Александр Варго - Ожившие

— I don’t want to kill you [24] Я не хочу убивать тебя (англ.). , — сказал Айс, внимательно следя за Исви. Тот тяжело дышал, ощупывая свободной рукой раненый бок.

Айс показал жестом, чтобы Исви бросил топор. Пожав плечами, тот подчинился, но в глазах затаился мстительный огонек.

— Start a boat [25] Заводи лодку (англ.). , — сказал Айс, делая шаг в его сторону, и в этот момент Исви внезапно выбросил вперед левую руку.

Его указательный палец с длинным, твердым, как панцирь черепахи, ногтем целил в глаз, но необыкновенная реакция Айса снова спасла его. Он успел отклониться назад, хотя кривой ноготь все равно попал в веко, глубоко распоров кожу. Из раны брызнула кровь, и Айс, разъярившись неповиновением Исви, сам прыгнул на него.

И хотя в любое другое время победа Айса над ним была бы под большим вопросом, в этот раз преимущество, бесспорно, было на стороне этого шепчущего демона в тюрбане. Айс сбил Исви с ног, слегка оглушил его ударом в ухо и, заломив руку за спину, уселся на него сверху.

Исви угрюмо молчал. Странно, но он даже не хотел больше сопротивляться, на него навалилась какая-то неизъяснимо-гнетущая апатия, и он покорно ждал смерти.

Но Айс не собирался просто убивать его. Одной рукой сжав горло Исви, лезвием ножа он сковырнул струпья с огрызка носа поверженного противника. Боль была чудовищной, и Исви заорал, пытаясь из последних сил скинуть с себя мучителя.

— I warned you, — нежно произнес Айс и усилил нажим, позволяя лезвию проникать все глубже в оголенный хрящик. — Worms eat your rotten fresh [26] Я предупреждал тебя… Черви жрут твою гниющую плоть ( англ .). .

Исви орал как сумасшедший, и наверняка все закончилось бы его смертью, но в каюту, словно цунами, ворвался Валик. Айс застыл с ножом в руке. Вид у парня был такой, словно ему чудом удалось вылезти из кипящего котла в аду. Взъерошенный, с ополоумевшим взглядом, рот открыт в безмолвном вопле, губы блестят от слюны.

— Она умерла!! — завизжал он.

Раздувая ноздри, как взбешенный бык на корриде, этот тщедушный паренек ринулся к Айсу, у которого в руке все еще был нож.

— Это все ты! Она умерла! Почему вы стояли на месте?! Это вы убили ее! — захлебываясь плачем, вопил он. Его очки соскочили, повиснув на одном ухе, и Валик безуспешно пытался поправить их трясущейся рукой.

Айс без видимых усилий отпихнул бьющегося в истерике юношу, и Валик, взвизгнув, отлетел к стене, как котенок. Он сел на корточки и, обхватив свою кучерявую голову, зарыдал. В каюту бесшумно вошла Катрин.

— Чего это с ним? — равнодушно спросил Айс. Он уже потерял интерес к Исви и лишь затолкнул ногой топор под койку.

— Она умерла, — выдавила из себя Катрин.

— Я сразу сказал, что ничего не гарантирую, — подавил зевок Айс.

Катрин вздохнула:

— У Влада проблема с башкой. Похоже, он свихнулся. Лежит и с ней разговаривает, как с живой.

— Это ожидаемая реакция, — закивал Айс, словно каждый божий день ему доводилось наблюдать нечто подобное. — Не трогайте парня. Думает, что она жива, — ну и пусть думает. Если вы его разубедите, то наживете себе дополнительные проблемы.

Валик немного успокоился, но все еще продолжал икать и всхлипывать. Исви с трудом поднялся на ноги и, отыскав среди мусора на полу какую-то замусоленную тряпку, заткнул ею кровоточащую дыру на лице.

— Почему мы стоим на месте? — задала вопрос Катрин.

Айс бросил через плечо с видом, словно этот вопрос был наитупейшим, который он когда-либо слышал:

— Ты видишь, куда плыть? Я — нет. А у нашего доблестного штурмана… э-э-э… кратковременное расстройство здоровья.

— Но ведь… — Катрин замялась, — но ведь когда мы уехали с острова, было еще светло!

— Исви чинил мотор, — парировал Айс. — Пока вы спали.

— Что это была за жидкость в бутылке? — спросил Валик. Он убрал руки от лица и выпрямился.

— В какой бутылке? — прищурился Айс.

— Не прикидывайся шлангом, — вскипела Катрин. — Вы дали нам воды, а потом мы все отрубились, как после передоза.

Айс хмыкнул:

— Это не МОЯ вода. И я не знаю, что там было. Спрашивайте у него, — он не без отвращения махнул рукой в сторону Исви, который продолжал стоять истуканом с окровавленной тряпкой у лица.

Валик залился истерическим смехом:

— Вы отлично знаете, что мы не разговариваем на его языке. И что вы все тут заодно, не так ли?

— Моя мама говорила: «Я никогда не спорю, потому что и так всегда права», — сказал Айс. — И я с ней согласен. Я не буду с вами спорить и что-то доказывать.

Валик подошел вплотную к Айсу. Тот чуть удивленно улыбнулся, словно увидел перед собой какого-то особенного клопа.

— Кто ответит за смерть нашей подруги?

— Вы, — тихо ответил с едва сдерживаемой яростью Айс. Он перестал ухмыляться, и его небесно-голубые глаза превратились в мертвые бойницы. — Вы, парень. Вы притащились туда, где вас никто не ждал, полезли черт-те куда и должны были отдавать отчет своим действиям. Я не обязан вам вытирать сопли и подтирать задницы. Я виноват в том, что отрезал руку вашей девчонке? Она бы и так сдохла через полчаса, если бы осталась под плитой. А вы бы до сих пор торчали на острове, пока не поубивали друг друга из-за жажды и пекла.

— Мы могли бы попробовать поднять камень с помощью твоего друга, — дрогнувшим голосом проговорил Валик, и Айс засмеялся:

— Он мне не друг.

Валик беспомощно посмотрел на Катрин, ища у нее поддержки.

— Почему вы дрались? — спросила она.

— Поспорили, у кого член больше. Исви проиграл.

— Издеваешься?!

— Это не ваше дело, — жестко сказал Айс.

— Угу, ты прав. Нас будут искать, — сказала Катрин с расстановкой. — И если ты что-то задумал, скажи сразу.

Но Айс лишь отмахнулся и показал жестом, что ребятам больше нечего тут делать. Подавленные, Валик и Катрин поднялись на палубу.

Луна стремительно бледнела, а на востоке начинало светлеть небо.

— Бедная Маришка, — покачала головой Катрин и смахнула слезу. Она была настолько потрясена смертью подруги, что до сих пор не верила в ее кончину. Катрин вцепилась пальцами в планшир, уставившись на алеющий горизонт.

— Куда мы плывем, Катя? — жалобно проскулил Валик. — Где мы?

Девушка молчала. Она не знала, куда они плывут, зато она отчетливо понимала, что еще никогда не испытывала такого страха перед будущим.

Так прошло несколько часов.

Ближе к полудню, когда солнце уже жарило вовсю, наверх, припадая на раненую ногу, поднялся Исви. Он посмотрел в небо, убрал от лица заскорузлую от засохшей крови тряпку и сунул ее в карман. Перевязочного материала на судне все равно нет, так что толку от нее никакой. Скоро все закончится. Он предчувствовал это.

Он зашел в рубку и задергал какие-то рычаги на пульте управления. С пятого раза двигатель нехотя завелся.