Дункан Кайл - Потайной ход

Я не мог остаться равнодушным при виде всей этой красоты, хотя у меня были сомнения, смогу ли я удержаться на доске. Ведь я не занимался серфингом почти год. Кроме того, здесь я вряд ли кому-то попадусь на глаза. Никому и в голову не придет искать меня на большом расстоянии от берега.

Я съехал вниз и на доске отправился в море. Приобретенные в детстве навыки остаются на всю жизнь. После двух часов плавания на серфе я так устал, что болели все мышцы и кости. Я лег в тени и уснул. Когда проснулся, опять схватил доску и ушел туда, где возникали буруны. Чтобы добраться к ним, нужно преодолеть большие волны. Одну я недооценил, и она меня швырнула с такой силой, что я с трудом удержался на доске. Я взлетел в воздух и тут заметил невдалеке предмет, напоминающий перископ подводной лодки.

В этот момент солнце, казалось, померкло, я вернулся к действительности. Могло так случиться, что меня узнали, хотя человека с мокрыми волосами, облепившими лицо, вряд ли так легко распознать. Но возможность того, что меня засекли, существовала. Я подождал следующей хорошей волны, взобрался на доску и помчался к берегу. Быстро оделся, сел в машину и пустился в обратный путь по розовой пыли. На дороге остался след, который виден за полтора километра, мой след там не единственный. Через час или около того пыль разнесется по всей дороге.

Недалеко от Кейпа в естественном амфитеатре расположен винный завод с виноградниками. Но нынешним вечером там зазвучит не только пение москитов. Оркестр Лондонской филармонии, выступавший в Сиднее, должен был лететь в Сингапур, но его уговорили прервать путешествие и дать в Западной Австралии концерт. К Культуре, которая здесь пишется с прописной буквы, австралийцы относятся с большим уважением. Поэтому все граждане Западной Австралии, несмотря на погоду и расстояние, устремятся на концерт на всех видах транспорта: на самолетах и вертолетах, на машинах всех марок — от самых древних до новеньких «роллс-ройсов», а жены гуртовщиков — в четырехколесных экипажах. Сливкам местного общества представится возможность, надев смокинги и вечерние туалеты, «выехать в город»: очаровательные дамы смогут показать себя и свои бриллианты, а того и другого в Перте хватает. Это был превосходный замысел, поддерживаемый верой в то, что все австралийские змеи уползут прочь, оставив виноградники любителям музыки и участникам пикника. Для меня идея была привлекательна еще и тем, что я смогу встретить Боба среди виноградных кустов, и с ним будет Джейн. Более того, в этой неразберихе мы с Джейн сможем незаметно ускользнуть.

Я припарковал машину достаточно далеко от места, где должен состояться концерт, чтобы потом было легче уехать и не попасть в пробку.

Знойный день угасал, наступил столь же жаркий вечер. В машине не было кондиционера, и неизвестно, что лучше — сидеть с закрытыми окнами и изнемогать от зноя или опустить стекла и отдать себя на съедение москитам. Я решил окна не открывать.

Около шести вечера на небе в разных направлениях вспыхнули огни, это летел цвет Перта, чтобы приземлиться на местном полевом аэродроме. Пыль из-под колес поднялась до небес. Змеи и те, наверное, устремились к холмам, заслышав шум, а москиты уже предвкушали обильную трапезу. Когда совсем стемнело, я выбрался из машины и направился к виноградникам, слегка топая ногами, чтобы предупредить змей о моем приближении. У ярко освещенного амфитеатра уже собралась толпа, и я смог спокойно стоять и наблюдать за происходящим, не привлекая ничьего внимания.

По моим предположениям, я находился на пятнадцать или восемнадцать метров выше длинных рядов стульев, поставленных лицом к оркестру. Слева возвышался старый дом, перестроенный под ресторан. Вход в концертный зал был напротив меня. Справа — место для оркестра, а позади — величественные старые эвкалипты. Я рассматривал разноцветные фонарики, развешенные на ветвях, прожекторы, освещавшие деревья и камни. Мое хорошее настроение внезапно улетучилось, потому что я увидел Сергея, в его очках с синими стеклами и черной шляпе, который шел по краю амфитеатра, а затем начал спускаться вниз по тропинке. Я разглядывал его в бинокль. По тому, как он держался и оглядывался вокруг, я понял, что он кого-то высматривает. На нем был смокинг, в руке он держал бумажный листок, наверное, билет, а в зубах — сигарету в мундштуке.

Сергей появился на концерте не просто так, подумал я, видимо, узнал, что я буду здесь, и он осведомлен о существовании Джейн, хотя не знает, как выглядит она сегодня. Джейн придет с Бобом Коллисом. Она хитра и что-нибудь придумает для маскировки. Я смотрел вниз и ждал, украдкой поглядывая в просвет между виноградными лозами. Смогу ли я узнать Джейн в непривычном для нее наряде? Да, конечно, любимая девушка и все такое... Я старался посчитать в уме, сколько времени мы провели вместе, и оказалось, не так уж и много: в общей сложности месяц, причем большую часть времени она была в брюках и старой рубашке, а иногда в военной форме. А женщины умеют при помощи иной прически и нового платья изменять внешность, как хамелеоны. Я должен увидеть ее до того, как это сделает Сергей.

Но не сумел. И все из-за Боба Коллиса и его манер. Если бы он вошел первым с бутылкой в одной руке, с бокалом в другой, с друзьями по обеим сторонам, тогда я бы сразу узнал его. Но Боб Коллис был не похож на себя, пижонистый, галантный, — он осторожно, бережно вел Джейн несколько впереди себя. Честно говоря, я оказался не очень бдительным и внимательным. А Сергей не упустил ничего.

Я лениво наблюдал за одной дамой в платье из голубой тафты, в сережках и ожерелье с бриллиантами и за ее спутником в синем смокинге и галстуке под цвет платья... И вдруг я увидел, как рядом с ними возник Сергей. Негодяй был быстр, словно змея! Секунду постоял с безразличным видом, а в следующую — вынырнул рядом с этой женщиной. Только тогда я понял: дама в голубом — загримированная Джейн в черном парике, а ее спутник — бедный Боб, тоже переодет, чтобы его не узнали. Сергей доказал свою проницательность. Он не нашел меня, но это и не было нужно: он знал, что Джон Клоуз прямиком направится к Джейн.

Я решил подойти незаметно и похлопать Сергея по плечу, но мне это не удалось. Он опередил меня, вежливо поздоровавшись.

— Добрый вечер, мистер Клоуз! Какая радостная встреча! — Волшебник, нет сомнения. Затем сладким голосом произнес: — А где ваши места? — И когда Боб Коллис ответил, пробормотал: — Какое приятное совпадение! Я сижу в следующем ряду.

— Как вам это удалось? — в свою очередь спросил я.

Он слегка пожал плечами.

— Никак, — и протянул мне стодолларовую купюру. — Неплохо бы выпить шампанского, приятель, лучше всего — французского.