Стюарт Вудс - Полицейская сага

— Мне хотелось бы узнать, могу ли я положиться на ваши свидетельские показания в отношении мороженого с содой в этом заведении.

Уилл Генри рассмеялся.

— Ну, если свидетельские показания моих детей чего-то стоят, то все, что изготовляется в заведении мистера Бердсонга, вне конкуренции!

— Это прекрасное свидетельство! Вас бы не затруднила просьба зайти внутрь и что-нибудь для меня заказать?

Уилл Генри заколебался, но вовремя увидел лежащие на заднем сиденье костыли.

— Буду рад. Какое мороженое с содой: шоколадное?

— Вот именно. — И он передал Уиллу Генри двадцатипятицентовую монету. — Будьте любезны, попросите официанта вынести мне мороженое, когда оно будет готово. Не смею более покушаться на ваше время.

— Да что вы! — Уилл Генри зашел внутрь, подождал, когда будет готов заказ, и принес его сам вместе со сдачей.

Приезжий принял его из рук Уилла Генри и стал пить через соломинку, а Уилл Генри стоял рядом и улыбался.

— А-а-ах, это, действительно, шедевр! — Мужчина протянул руку. — Моя фамилия Рузвельт.

Уилл Генри пожал протянутую руку, чувствуя себя форменным идиотом.

— Конечно, я сразу же обязан был узнать вас. Наверное, все это из-за шляпы. Мы с женой голосовали за вас и мистера Кокса в 1920 году. Гардинг — не мой человек. Мы — демократы. Меня зовут Уилл Генри Ли. Немного странно встретить вас в Делано, мистер Рузвельт. Что вас привело сюда и заставило совершить столь дальний путь?

— Мы с семьей сняли дом в Уорм-Спрингсе. Надеемся, что воды помогут мне с моей болезнью. Плавание и купание, а не прием внутрь. — Уилл Генри кивнул. — Милый у вас городок. Да и название мне нравится. Делано — девичья фамилия моей матери и часть моего имени. Теперь я буду делать вид, что он так назван в мою честь.

Они расхохотались. Уилл Генри с удивлением обнаружил, что ему легко разговаривать с человеком, выдвигавшим свою кандидатуру на пост вице-президента Соединенных Штатов.

— Добро пожаловать в графство Меривезер, мистер Рузвельт. Надеюсь, что пребывание здесь пойдет вам на пользу, и мы часто будем с вами видеться. Чем еще могу быть полезен? Официант заберет стакан, стоит вам погудеть.

— Спасибо, начальник, у меня, действительно, есть одно дело, в котором я бы, с вашего разрешения, положился на вашу помощь, если вас не затруднит потратить на меня еще минуту. Полагаю, вы знаете мистера Хью Холмса из банка? Не были бы вы столь любезны пойти к нему и спросить, удобно ли ему будет спуститься на несколько минут ко мне в машину?

— Конечно. — Уилл Генри перешел дорогу, зашел в банк и просунул голову в окошечко служебного помещения, где банкир перелистывал один из гроссбухов.

— Извините, Хью. Мистер Франклин Делано Рузвельт лично припарковался перед аптекой и хотел бы, чтобы вы спустились к нему и побыли с ним, если у вас есть время.

Холмс вздернул брови.

— А, обязательно. Он друг Кларка Хауэлла из «Конститьюшн». Кларк предупредил меня, что он будет тут проездом в Уорм-Спрингс. Вы, наверное, знаете, что после выборов он тяжело заболел детским параличом.

— Читал об этом в газете.

— Кларк уговорил его приехать сюда для поправки здоровья.

Они вдвоем вышли из банка, и Уилл Генри остановился и стал наблюдать за тем, как Холмс перешел улицу, представился и, обойдя машину, отворил дверцу и уселся на свободное сиденье. Завязалась оживленная беседа. Уилл Генри подумал, что эти люди зажглись от общения друг с другом, как деревянный сухой дом от молнии. Какая жалость, что из-за болезни оборвется столь блестящая политическая карьера, подумал он.

Вскоре после первого визита Франклина Рузвельта в Делано произошло второе убийство. По крайней мере, вторым его считал Уилл Генри. Он узнал о нем, в общем-то, между делом у Скитера Уиллиса, который как-то без предупреждения приехал к нему в участок.

— Вчера ранним утром его обнаружил один ниггер на ограде из колючей проволоки в паре сотен ярдов от шоссе на Коламбус по ту сторону горы. — «Та» сторона горы находилась в графстве Тэлбот. — Он был застрелен в спину, как считает шериф Гулсби, из автоматического пистолета сорок пятого калибра. Маленькое отверстие в спине, большое на груди, откуда вышла пуля. Сам ничего больше не знаю. Слышал об этой истории от одного из помощников Гулсби во время заправки на колонке в Вудленде. Ездил в Олбани отвозить заключенного.

— На нем была одежда? Какие-нибудь следы на теле? — Страшное, тошнотворное ощущение охватывало Уилла Генри.

— Не знаю. А что, вы думаете, это похоже на тот ваш случай, ну, два, три года назад?

— Четыре с половиной года. — Уилл Генри встал и надел шляпу. — Думаю, что мне стоит поговорить с Джимом Гулсби.

Шерифа графства Тэлбот он нашел в здании суда в Тэлботтоне во время перерыва. Гулсби, пожилой мужчина, занимавший должность шерифа уже более двадцати пяти лет, хрупкого телосложения, с морщинистым лицом, был страшно ограничен во времени.

Когда заседает суд, это всегда так.

— А что было на том человеке?

— Рубашка и комбинезон, обуви не было. Ноги слегка ободраны. Похоже, он бежал. И налетел на ограду из колючей проволоки. Пуля прошла навылет.

— На теле обнаружены какие-нибудь следы?

— Чего? — Шериф обратился к помощнику. — Карлтон, они уже привели обвиняемого? А, черт, пойди посмотри, что их там держит. Судья давно уже должен был объявить о возобновлении слушания дела, а то всех удар хватит. — Он опять повернулся к Уиллу Генри. — Какие следы вы имели в виду?

— Были ли обнаружены заметные шрамы? Связывали ли ему руки или ноги?

Гулсби недоверчиво поглядел на него.

— Господи, да я просто не знаю! Обычно такого рода осмотр проводит коронер, но сегодня у него похороны в Вилья-Рика, так что я просто поговорил с ним по телефону. В свидетельстве о смерти я написал: «Смерть вследствие огнестрельного ранения», и он подпишет, как только приедет.

— А посмотреть на него можно?

— На мертвого парня? Он уже на полпути в Уэйкросс. В кармане нашли письмо с обратным адресом. Я позвонил туда шерифу, и отец этого парня приехал на грузовике и забрал его домой, чтобы похоронить сегодня утром.

— Подозреваемые есть?

— Да, наверное, «хобо». Мы тут нашли пустой лагерь, которого мы не знали, не слишком далеко от того места, где ниггер обнаружил тело. Денег и обуви при нем не было, так что их, похоже, забрали «хобо».

— Есть представление, в какую сторону он бежал?

Шериф на мгновение задумался.

— Положение его на ограде подсказывает, что он бежал или со стороны шоссе, или по направлению к нему. Трудно сказать. По-моему, он бежал к дороге, подальше от лагеря.

— Сколько ему, по вашей оценке, лет?

— Папаша его говорит, что ему только что исполнился двадцать один год, но на вид, по-моему, моложе. Послушайте, начальник, мне бы хотелось поговорить с вами поподробнее, но пора в суд. Что-нибудь еще?