Стюарт Вудс - Полицейская сага

— Ты поджидала их позади трейлера, — механически повторил он. — А потом?

— Потом я, так сказать, их рассеяла.

— Да ну? И как же ты это сделала?

— При помощи ружья.

— Что?

— Всего лишь мелкой дробью, — обиженно проговорила она. — Картечью я не стреляла. Я ее приберегала на тот случай, если они кинутся непосредственно на меня. Но этого не случилось. Они убежали.

— А где ты взяла ружье?

— Купила. У Мак-Киббона.

— Ролф Мак-Киббон продал тебе ружье?

Она резко повернулась и посмотрела ему прямо в лицо.

— А почему бы и нет? Я умею, как сто чертей, стрелять из ружья! Я выросла на отцовской земле с оружием в руках!

— Но, Триш, нельзя стрелять из ружья по людям. Ты в кого-нибудь попала?

— А как же! Ты что, считаешь, что я могу промахнуться с такого расстояния?

— Господи, ты кого-нибудь убила?

— Нет, только ранила чью-то гордость. Сегодня утром я услышала, что какой-то человек, по описанию это был Эмметт Спенс, и с ним еще трое приезжали в больницу в Лагрейндж и что-то там выдумывал насчет неудачного похода за чужими арбузами. Полагаю, что у каждого из жопы выковыряли уйму дроби.

— О, Господи! Даже не верится. — Он покачал головой. — Моя жена встречает с ружьем клан!

— Это было необходимо. А ты бы, конечно, попытался урезонить их словами!

Он стал хохотать, и она присоединилась к нему. Они в истерике катались по переднему сиденью машины, и по щекам текли слезы. Только через несколько минут Билли оказался в состоянии говорить.

— Так вот почему меня весь день подначивали и все мне подмигивали! Вот почему Брукс так веселился! Господи, какая жалость, что меня при этом не было. Да еще не кто-нибудь, а Эмметт Спенс! — И они опять расхохотались.

Фокси разбудила собака, ткнувшись носом ему в ухо. Он дернулся, очнулся на мгновение, внимательно осмотрелся, а затем успокоился и снова лег на траву. Легкий ветерок обдувал задний двор и слегка шевелил верхушки сосен над головою Фокси. Он с удовольствием потянулся, испытывая радостное чувство уверенности. Был уже понедельник, и мальчик держался хорошо, даже по временам, казалось, ему все это нравилось. Да, выходные прошли с толком, и парень, похоже, продержится, по меньшей мере, еще день.

Фокси встал, надел форменную фуражку и прошел в дом через кухонную дверь, что-то насвистывая.

Санни проснулся в прекраснейшем настроении и буквально плясал от радости. Он пару раз ухмыльнулся — уже давно он не чувствовал себя до такой степени здорово! Заехал в участок, чтобы убедиться, что Чарли не спит, а находится на дежурстве. На эту неделю ночные дежурства достались Чарли.

— Привет, Санни!

— Ну, и как, молодец, у тебя дела?

— А ты сегодня парень-гвоздь! Поедешь на ярмарку?

— А ты еще сомневался, дружок? Смотри, сегодня будь начеку и рот не разевай! И не смей ни с кем тут трахаться!

— Слушай, Санни, а как насчет завтра: ты думаешь, с большим жюри все будет о'кей?

— Чарли, я же сто раз тебе говорил, нечего бояться. В большом жюри папа Эмметта Спенса и парочка его приятелей. Они никогда ничего не сделают белому «копу» за то, что он убил ниггера. Так что веди себя тихо и смирно все двадцать четыре часа, и мы выйдем из всего этого чистенькими. И нам задует легкий попутный ветер!

— Ну, что ж, надеюсь, Санни, что будет именно так, а то все это дело меня страшно беспокоит.

Санни повернулся на сто восемьдесят градусов.

— Заткнись, зараза чертова! Мне осточертело твое нытье! — Тут Санни взял себя в руки и успокоился. Сейчас нельзя распускаться. Он нервничал не меньше Чарли, но не собирался этого показывать. Лучше он выпустит пар на ярмарке, а завтра будет в чертовски великолепной форме.

По пути он остановился около отеля и заплатил портье десять долларов за очередную пинту «Эрли Таймс». Вот засранец-ниггер, заламывает такую цену! Попозже, когда все уляжется, надо будет что-нибудь придумать в связи с ним и его контрабандным бизнесом!

— Иисус, Мария и святой Иосиф, откуда все это взялось? — спросила Патриция, указывая через ветровое стекло на яркие огни и аттракционы, оживляющие ярмарочную территорию в сентябрьских сумерках. — Это что, собственность клуба «Киваниз»?

Билли засмеялся.

— Нет, нет, это передвижной городок развлечений. Клуб является спонсором ярмарки, так что он организует павильонную демонстрацию экспонатов и присуждает призы, а городок развлечений он специально нанял для того, чтобы обеспечить посетителям игры и аттракционы. Кстати, по-моему, клуб получает процент от выручки.

— По правде говоря, я ожидала нечто, похожее на английский деревенский праздник. Горы пирожков с мясом и всякие там «Прицепи ослу хвост».

— Не беспокойся, чего-чего, а уж пирожков-то хватит. Кстати, ты помнишь, что я судья конкурса на лучший пирог? Между прочим, не забудь спросить рецепт.

— Ты же сказал, что, пока ты жив, не будешь есть приготовленную мною еду.

— Да, не буду, пока мы будем в состоянии держать повара или кухарку. Но ведь соревнующиеся леди этого не знают, и им будет лестно, если ты спросишь, как они это готовят.

— А скот выставят?

— Конечно, будет целый битком набитый павильон. Черт, как это мне не пришло в голову дать тебе судейство по племенному скоту? Ты понимаешь в этом деле не хуже любого из здесь присутствующих, и фермерам бы это только понравилось.

— Может быть, я куплю несколько голов для фермы. Кстати, нам нужен бык.

У ворот они купили входные билеты и зашли в первый из павильонов, бродя от одной витрины к другой, мимо маринованных огурцов и пирогов, а также школьных поделок. Жали руки, поздравляли экспонентов, принимали поздравления по поводу предстоящего прибавления семейства.

Они наткнулись на Хью Холмса и доктора Фрэнка Мадтера. Доктор Фрэнк держится не так хорошо, как мистер Холмс, подумал Билли. Кожа да кости. Холмс отозвал Билли в сторонку.

— Что думаете насчет завтрашнего большого жюри?

— Боюсь, много шума из ничего. Если бы мы могли рассчитывать на прорыв, на свидетеля, подтверждающего заявление Маршалла, получить дополнительный материал на Баттса и Уорда, то не исключено, что мы бы оказались в лучшем положении. А что слышно в связи с выборами?

Холмс улыбнулся.

— Пока что самое знаменательное событие — это классная стрельба вашей жены. О таком слагаются легенды. Эта история поднимет вас на недосягаемую высоту не только на период выборов. Как жаль, что я не купил ружье Джинни сорок лет назад!

— Я своей жене ружья не покупал. Она сама его купила. И сказала мне об этом только тогда, когда все уже было позади.

— Ну, и правильно. Вы бы ее только отговаривали.

— Она мне сказала то же самое.

— Знаете, что в этом году впервые за все время Хосс Спенс не выставляет скот? Он чувствует себя страшно униженным, и зол, как черт, на Эмметта.