Стюарт Вудс - Полицейская сага

— Ладно, — проговорил один из них. — Не будем углубляться. Допустим, что он, действительно, решил избавиться от Линдона. Кого мы хотим, и почему?

— Вы хотите спросить, кого он хочет, не так ли?

— Нет, я не оговорился. Он обязательно задаст нам этот вопрос, и мы должны быть готовы к ответу.

— Южанина или человека с Запада, — произнес кто-то.

— Но обязательно либерала, — уточнил другой.

— А разве на Западе или Юге бывают такие?

— Ну, тогда, относительно.

— Ага.

Несколько минут шел обмен мнениями и жонглирование именами.

— Эти имена я слышал еще до съезда, еще до Линдона, — проговорил старший из тех, тот, кто задал вопрос первым. — Есть у нас кто-то новенький, свеженький, кого мы пока не принимали в расчет? Неужели нам не хватает воображения для решения задачи?

— А как насчет вице-губернатора штата Джорджия?

Все головы повернулись в сторону говорящего. Этот человек до сих пор не произнес ни слова.

— Как его фамилия: Ли? Да, идея неожиданная и свежая, Дэвид. Объясните-ка, как она пришла вам в голову, — попросил старший.

Автор предложения, Кэсс, был евреем из Нью-Йорка, окончившим нью-йоркский университет, а вовсе не католиком из Бостона, окончившим Гарвард. И старшего заинтриговало, почему подобное предложение поступило именно от такого человека.

— О'кей, — проговорил Кэсс. — Забудем на минуту, что он всего лишь вице-губернатор штата и не известен в национальном масштабе. К этому я еще вернусь. Начнем с того, что он незаурядный человек.

— Что он из себя представляет?

— Родился на ферме в семье хлопковода-неудачника, ставшего впоследствии начальником полиции маленького городка. К несчастью, его отец был застрелен из ружья. Воспитан твердой женской рукой; хорошая школа, юридический факультет, война. Пилот бомбардировщика, базирующегося в Англии. Десанты на поле боя не высаживал, зато как-то привел «Б-семнадцатый», дырявый, как решето, на свою базу и благополучно посадил вместе со всем экипажем, а большинство командиров приказало бы покинуть находящийся в таком состоянии самолет. Женат на ирландке, с которой познакомился в Лондоне, имеет одного сына, прекрасную юридическую практику и животноводческую ферму. Уже давно завоевал репутацию защитника черных, когда тем приходится туго.

— Вот теперь рассказ становится интересным!

— Несколько сроков в сенате штата, проявил себя энергичным и результативным политиком, несмотря на слухи о некоторой мягкотелости по вопросам сегрегации. А теперь, внимание! Поддерживал Джей-Эф-Кея, когда на съезде 1956 года его выдвигали в вице-президенты.

— Похлопаем, похлопаем! Вот это дальновидность!

— Не так, чтобы очень. В 1959 году избран вице-губернатором, поддерживал Линдона в 1960.

— Вот сука!

— Не обязательно. Он быстро пришел в себя, когда пошла наша кандидатура, и во время всеобщих выборов, когда люди типа Германа Толмеджа отсиживали свои зады. Ли вывернулся наизнанку. Без него мы бы не получили Джорджии.

— Это уже лучше.

— По вопросам налогообложения умеренно-консервативен. Но в Джорджии с иными взглядами по бюджетно-фискальным вопросам на избрание надеяться нечего. Однако, был глашатаем умеренности и компромисса по вопросу межрасовых отношений. Оказывал нажим в отношении предоставления черным лучших рабочих мест, поддерживал десегрегацию в общественных местах. Рассказывают историю, очевидно, вполне достоверную о том, как его жена однажды отогнала стадо клановцев при помощи охотничьего ружья.

— Без дураков? Да это же убойный материал! Вообразите, как его можно подать во время кампании!

— Ага. Как я уже сказал, в штате Массачусетс за пламенного либерала его не выдать, но мы-то говорим о Юге!

— Похоже, Дэвид, вы специально прорабатывали его кандидатуру. Тогда расскажите нам, почему, по-вашему, он пошел за Линдоном в шестидесятом, раз уж он поддерживал Джей-Эф-Кея на пост вице-президента в пятьдесят шестом.

— Помните такого парня по имени Хью Холмс?

— Ага, он как-то был связан с Рузвельтом, не так ли?

— Неофициально. Рузвельт постоянно с ним встречался во время поездок в Уорм-Спрингс. И, по-видимому, весьма его уважал. Так вот, Ли — протеже Холмса, а Холмс и Линдон знакомы с незапамятных времен. Подозреваю, что именно это обстоятельство повлияло тогда на решение Ли. Но теперь он твердо в нашем лагере.

— А как он выглядит?

— Как полная противоположность тупой, отъевшейся роже. Приятный южный акцент, одевается аккуратно и со вкусом, выглядит моложе своих сорока восьми, в хорошей форме благодаря игре в теннис. Стиль одежды консервативный. Не гигант мысли, но сообразителен. Много ездит по свету, знаком кое с кем из политиков в Англии и Ирландии благодаря семье жены.

— Его жена католичка?

— Нет. Из протестантской семьи. Ходит вместе с ним в баптистскую церковь. Животноводством, кстати, занимается именно она, и знает свое дело отлично. Красивая женщина, прекрасный активист избирательных кампаний.

— О'кей. Теперь: на чем его могут подловить? Выпивка? Женщины?

— Выпивает умеренно, во всех смыслах открыт, как на ладони. А если даже и погуливает на стороне, то делает это так, что ни одна живая душа об этом и понятия не имеет.

— А Джей-Эф-Кей знаком с ним лично?

— Они встречались несколько раз. Нашли общий язык. Во время избирательной кампании Бобби целый день провел с ним в Атланте. И этот парень произвел на него приятное впечатление.

— Звучит чересчур хорошо, чтобы быть правдой.

При свете костра было видно, как Кэсс улыбается.

— Да, забыл сказать, что он является бригадным генералом воздушных сил национальной гвардии. Командиром авиатранспортной группы.

— Ну, Дэвид, хватит сочинять!

— Я еще никогда никому не морочил голову!

— Да Барри Голдуотер от всего этого наложит в штаны! О'кей, так в чем же дело? Почему его не знают, как следует?

— Потому, что он всего лишь вице-губернатор. А вы можете назвать вице-губернатора хотя бы одного штата, за исключением вашего Массачусетса?

— Нет, и теперь, когда вы об этом сказали, я понял, в чем дело. Так как же ему перейти этот барьер политической неизвестности?

— На выборах шестьдесят третьего он баллотируется в губернаторы. В штате Джорджия это делается в нечетные годы. И все же есть одна зацепка.

— Ну?

— Расовый вопрос встал ребром. Если он будет баллотироваться, как либерал, то победить ему будет нелегко.

— А если он сойдет с дистанции, нам он бесполезен.

— Верно.

— И, как вы полагаете, каковы его шансы?

— На данный момент, равные с соперником. Причем могут стать намного хуже. Неверный шаг, опрометчивое высказывание, и он спущен в мусоропровод.

— Тогда почему мы вообще говорим о нем на столь ранней стадии?