Реймонд Хаури - Убежище

Он назвал хакиму координаты Абу Барзана, хотя это и не имело смысла, но ничего другого ему не оставалось. Нужно было как-то выпутываться из положения. Омар сразу ввел координаты в миниатюрный цифровой навигатор — значит, бандит знает английский, заметил себе Корбен, — и на карте возникла карта района сирийско-турецкой границы и стрелка на город Диярбакыр. Омар удовлетворенно кивнул.

По ястребиному лицу хакима пробежала тонкая усмешка.

— Пора ехать, — сказал он и жестом приказал Омару забрать Корбена.

Один из людей передал Омару стопку одежды и обувь, которые тот швырнул на пол. Корбен натянул на себя потрепанные брюки цвета хаки, темно-серую рубашку и военные ботинки. Омар достал пластиковые наручники и велел Корбену соединить руки. Тот нехотя повиновался. Омар стянул ему запястья, затем достал черный матерчатый мешок. Схватив Корбена за плечи, он круто развернул его и, собираясь надеть мешок ему на голову, скомандовал: «Ялла, имши!», то есть «Шевелись!».

Корбену надоело, что его весь день шпыняют.

— Отстань, гад! — закричал он и, выдернув одну руку, оттолкнул Омара. — Я сам.

Омар прижал его к двери с криком «Имши, ялла!», но Корбен сопротивлялся, и тогда хаким приказал Омару оставить его в покое. Со злостью взглянув на Корбена, тот сунул мешок ему в руки и отошел.

Прижав ухо к двери, Эвелин прислушивалась к шуму в коридоре. Она слышала, как отпирали дверь, и с ужасом думала, что привезли еще одну жертву или, что еще хуже, забирали для очередного мучительного эксперимента ее безумного тюремщика.

Тут она услышала мужской голос, выкрикнувший что-то по-английски с американским акцентом. Соотечественник! Слов она не смогла различить, но, судя по уверенному и сильному голосу, он был в нормальном состоянии.

Потом послышалась какая-то возня, и Эвелин догадалась — мужчину выводят, а он сопротивляется.

Как поступить, лихорадочно соображала она. Подать голос? Тогда человек узнает, что она находится здесь, в одной из камер. Если ему чудом удастся вырваться на свободу, он сообщит о ней. Вместе с тем она боялась подвести соотечественника и навлечь на себя кару за нарушение режима.

Наконец она решила воспользоваться шансом и не думать о последствиях.

— Помогите! — изо всех сил закричала она. — Меня зовут Эвелин Бишоп, я гражданка США. Меня похитили в Бейруте. Прошу вас, сообщите в посольство! — Она стучала кулаками по толстой двери. — Помогите! Помогите мне выбраться! Сообщите обо мне!

Она умолкла и стала прислушиваться, вся дрожа от волнения, отчаяния, надежды и страха пыток.

Но ей ответила полная тишина.

Она сползла на пол и обхватила голову трясущимися руками.

Услышав крики Эвелин, Корбен замер. Он повернулся и бросил взгляд на выходящие по обе стороны длинного коридора двери, пытаясь определить, в какой она камере. Ее голос, казалось, звучал где-то рядом, но приглушенные звуки могли исходить из любой соседней камеры.

Впрочем, сейчас это не имело значения. Ведь он ничего не мог сделать. Он посмотрел на невозмутимое лицо хакима, следившего за его реакцией.

Затем губы хакима скривились в язвительной усмешке.

— Решайте сами, хотите стать героем или предпочтете вечную жизнь?

Корбена бесило, что этот выродок, этот сумасшедший втянул его в свою игру, что он дразнит и искушает его. Он ненавидел хакима и себя самого — за то, что уступил ему. Заключил сделку с дьяволом. Но такого рода сделки не приводят к добру. Если бы у него появилась сейчас возможность как-то переиграть своих тюремщиков, выбить у них мозги и освободить Эвелин и других пленников, сделал бы он это?

Он не был в этом уверен.

И если ему пришлось бы выбирать, признался он себе, вряд ли он на это пошел бы. Слишком много стояло на кону. Слишком высока была цена.

Мрачно посмотрев на хакима, он дал ему ответ, накинув мешок себе на голову. И, оказавшись в темноте, он надеялся — отчаянный крик Эвелин не будет слишком долго его преследовать. Со временем он затеряется в вечности.

Двухтурбинный самолет королевской авиакомпании «Бичкрафт» оставил позади роскошное побережье Средиземного моря и устремился на север, в Турцию.

Миа удалось без особого труда незаметно выскользнуть из отеля и уехать в автомобиле Кирквуда, ждавшего ее за углом. В аэропорту им не пришлось проходить через формальности, их сразу повели к маленькому самолету с уже включенными двигателями. Как только они поднялись на борт, самолет взлетел. Все это доказывало важное положение ООН в Бейруте, тем более несколько тысяч ее миротворцев поддерживали на юге страны спокойную обстановку.

Диярбакыр находился на северо-востоке от Бейрута, и для прямого полета нужно было пересечь Сирию по диагонали, но сирийское воздушное пространство строго контролировалось. Кирквуд предпочел обходной путь, хотя и более дальний. Они летели на север, держась подальше от сирийского неба, пока не достигли турецкого побережья. Там они свернули направо и полетели на восток, вглубь материка, к Диярбакыру.

Миа отвернулась от иллюминатора, за которым уже маячила на горизонте береговая линия, как только Кирквуд вернулся после разговора с пилотами. Он уселся напротив и развернул карту.

— Приятеля Фаруха зовут Абу Барзан, — сообщил он Миа. — Он пересек границу вот здесь, в Заху, и вчера въехал на территорию Турции. — Кирквуд показал на карте место пересечения границы недалеко от точки, где встречались Турция, Сирия и Ирак. — Он находится в Диярбакыре. — И он поставил указательный палец на городок, находящийся на расстоянии примерно пятидесяти миль севернее сирийской границы.

— И здесь он встретится с покупателем?

Кирквуд кивнул.

— Там нас встретят два частных охранника, они отвезут нас к нему.

Все происходило слишком быстро. Миа не знала, как воспринимать неожиданный поворот событий.

— Как вам удалось его выследить?

Кирквуд замялся, затем ответил, складывая карту:

— Это было несложно. По сравнению с Багдадом Мосул маленький городок, а он повсюду хвастался, что заключил очень выгодную сделку.

— И как вы думаете получить у него книгу?

Казалось, Кирквуду не нравятся ее настойчивые вопросы.

— Он сам отдаст нам книгу и остальные вещи, лишь бы мы не отправили его назад, в Ирак, где он может оказаться под судом за контрабанду.

— А его покупатель? — не унималась Миа. — Ведь он может оказаться из этой банды!

Кирквуд покачал головой.

— Скорее всего это просто еще один торговец древностями из Лондона или Франкфурта, — решительно ответил он. — Вряд ли он представляет для нас интерес. Нас интересует только книга, которая даст нам возможность вернуть Эвелин.

Миа озабоченно задумалась. Со времени ее телеобращения она ничего не знала о бандитах, и ей не нравилось, что у нее нет связи ни с посольством, ни даже с Корбеном.