Владимир Цыбульский - Дикий остров

Какой-то разлад почувствовал Юнг под крышей из банановых листьев. Но ненадолго. Едва Тёма, ковырнув ножом тушку фазана и попробовав жаркое на вкус, разложил птицу по тарелкам все из тех же листьев, приправив ее солидными порциями печеных бананов, команда слилась в гурманском экстазе. Катя трогала подозрительно птицу за мелкое крылышко, кусала с опаской, но косточки обгладывала начисто.

— Черт, вот здорово! — слегка подвывал от восторга Тартарен.

Гена уплел свою порцию мгновенно, хищно посмотрел на очаг, потом на тарелки соседей, и Тёма, вздохнув, выдал ему дополнительно порцию бульона и пару сухарей.

— Тёмочка, ты гений, дай я тебя поцелую, — вытерев пальцы листом, сказала Света, подошла и чмокнула смущенного Тёму в губы.

— Нет, правда молодец, — нарушил неловкое молчание Тартарен. — Спаситель! Сначала с миногами. Теперь вот с птицей. Как это тебе в голову пришло насчет лука? И где так стрелять выучился?

— Там… — туманно объяснил Тёма.

— А вы представляете, как это было, — вскочил вдруг на ноги возбужденный Юнг. — Наткнулись мы на эту бамбуковую рощу там, на террасе, — продолжал он, посматривая на Светку. — Вдруг Тёма засуетился — бегает, бамбук щупает, головой качает, стволы к земле гнет. Думаю, зачем ему, на рыбалку собрался, что ли? Так у нас все равно ни крючков, ни лески. А он здоровенную такую палку выпилил, шпагат натянул, стрелу примеривает.

Света на Юнга глянула только один раз, поджав губы, и села к Тёме поближе, лаская его взглядом.

Юнг захлебнулся словами:

— Я думаю, чего это он… Из такой хрени стрелять-то нельзя. — Юнг подхватил лук и стрелу, продолжал, показывая для наглядности: — Стрела легкая, наконечника нет. Куда она полетит? А он птицу увидел — и р-раз!

Юнг натянул тетиву, приложился щекой, отпустил, целя в бревно сруба. Стрела завибрировала, слабо кувырнулась в воздухе, упала на песок, не пролетев и трех шагов. Светка прыснула. Юнг покраснел до слез. Тёма подошел, поднял стрелу, сказал, оправдывая то ли себя, то ли неловкость Юнга:

— Просто тут оперения нет. И наконечник действительно нужен.

— Просто кое у кого руки из задницы растут, — не удержалась Светка.

Крис возвысил голос, распорядился: Тёма с Юнгом доведут стрелы до ума и займутся изготовлением луков и дротиков. Он с Тартареном приступит к сооружению туалета из подручных средств.

— Зачем это? — не поняла Светка. — Я, например, как кошка. Мне в песочек писать нравится.

— Затем, — оборвал Крис. — Из соображений гигиены и профилактики.

Светка хмыкнула.

Девицам предписывалось заняться уборкой помещений, чисткой очага и приготовлением ужина.

— Не понял, — подал голос Гена. — Мне остаться-то можно?..

— Принят с испытательным сроком, — секунду задержав на нем взгляд, ответил Крис. — На сегодня поступаешь в распоряжение Кати и Светы.

— Че-его? — Волосы на голове Гены встали дыбом, и он словно припал на передние лапы.

— Тартарен, объясни.

— У нас, понимаешь, тут команда, — объяснил Тартарен. — Крис капитан. Его решения не обсуждаются. За неисполнение — предупреждение. Потом можешь возвращаться в джунгли. Знаешь, почему у вас там все перегрызлись?

— Догадываюсь, — насупился Гена.

— За работу, — тихо скомандовал Крис.

— Тёма, поучи меня стрелять! — подошла Света с луком и стрелой, бедрышком качнула, ногу Тёмы задела.

У Юнга, стоявшего рядом с луком на изготовку лицом к частоколу, сердце заныло.

Посмотрел на Светку. Что-то и она, и Катя, пока оставались днем одни, с собой умудрились сделать. Вымылись, волосы и одежду в порядок привели. У Светки обнаружилась длинная стройная шея, руки тонкие и мускулистые, маленькая высокая грудь и под венчиком светлых волос глаза с темной зеленью и черные, острые ресницы одинаково длинные сверху и снизу. Солнце в джунгли садится, отчего вся стройная фигуры Светы так и светится.

Диме показалось, что ничего подобного он никогда в жизни не видел, и тут же в горле он обнаружил комок обиды, дернул на себя тетиву, отпустил — стрела кувырнулась, упала на песок, не долетев до частокола.

И Света выстрелила, несмотря на помощь Тёмы, с тем же результатом.

— Неправильно ты учишь, — влез в тренировку Тартарен, у которого, надо сказать, стрелы тоже кувыркались как хотели. — Вот смотри, Тёма, как надо объяснять!

Подошел к Кате, обнял ее, руку положил поверх Катиной руки на лук, другую поверх на стрелу, нежно щекой прижался к ее щеке.

— Руки убери. Ты мне мешаешь, — не повышая голоса, сказала Катя.

— Пожалуйста, — отодвинулся Тартарен.

Тетива издала низкий густой звук, стрела свистнула и вонзилась в бревно.

Катя выверенным движением вставила вторую стрелу, пустила ее вслед за первой. Она легко вошла рядом.

— Это как это? — раскрыл рот Тартарен. — Ты что, мастер спорта по стрельбе из лука?

— Член сборной университета, — уточнила Катя. И повернувшись к Свете: — Тут главное, чтобы стрела не задела коленцем за лук. Бамбук, он, конечно, легкий. Но неровный. С утолщениями. Если стрелу не направить, обязательно при выстреле заденет за лук и не полетит. Вот смотри.

Вставила кончик с фазановым опереньем в тетиву, вскинула лук, потянула, приложилась щекой, мягко отпустила.

— Класс! — сказал Тартарен.

Светка лук воткнула в песок и ногой топнула. Крис подошел, вытащил лук из песка, вскинул, прицелился… Стрела трепетнула оперением среди посланных Катей.

Да-а, оглядел капитан свою команду: надувшуюся Светку, неловкого Юнга, Гену Жарикова, сидевшего спокойно на корточках над луком с порванной тетивой и кучкой поломанных стрел, — результат его тренировки.

— А чего мы паримся-то? — не понял всей этой возни с допотопным оружием Гена Жариков. — С кем война идет, капитан?

— А ты не заметил? Бегают тут по джунглям два десятка раскрашенных черных придурков, — вмешался Тартарен и потрогал рубец на плече. — Знаешь, как они с дротиками обращаются?

— Как же вы от них ушли без потерь?

— Сам удивляюсь. Думаю, наша мгновенная смерть в их планы не входила. Им надо было, чтобы мы там в яме на кольях помучились. Но планы их могут измениться. Тем более что они теперь точно знают, где нас искать.

— Так чего мы тут сидим? — оскалился Гена. — Уйдем в джунгли. Там растворимся. Меня вон они даже не заметили.

— Ага. Только ты теперь не один, — напомнил Тартарен. И сказал с досадой Тёме, колдовавшему над неудачной конструкцией дротика из бамбука: — Да брось ты эти палки. Все равно они против дротика как рогатка против танка.

— Рогатка? — наморщил нос Тёма.

— Рогатка! — мечтательно закатил глаза Тартарен. — Рогатка — это вещь! В некоторых странах ее приравнивают к огнестрельному оружию.