Дуглас Ричардс - Перепаянный

В "Манор Хилле" было четырнадцать ресторанов и фудкорт. [4] Food court (англ.) — зона торгового центра со множеством кафе, с площадкой со столами посередине. — прим. пер . Дэш и Кира нашли справочную и осведомились о ресторане с романтичной обстановкой. Под этим подразумевалось заведение с настолько тусклым освещением, что когда сидишь внутри, тебя сложно увидеть снаружи. В то же время такое освещение позволило бы им легко разглядеть входящих посетителей.

Двадцатью минутами спустя они сидели в кабинке в самой глубине ресторана "Пиццы Монтага для гурманов" — заведения с таким полумраком, которого сложно было бы ожидать от пиццерии, будь то для гурманов или простых смертных. Но им эта степень освещённости подходила идеально.

Официант издали отметил их гармонирующие предметы гардероба от "редскинс" и предположил, что у них свидание. Но, подойдя ближе и увидев испачканное и небритое лицо Дэша, изменил мнение. Должно быть, семейная пара, подумал он. Никто не отправился бы на свидание, настолько пренебрегая личной гигиеной.

Дэш заказал содовую, Кира — чай со льдом, и на двоих они взяли большую пиццу. Хотя Дэш знал, сейчас есть заботы куда поважнее, но тем не менее делить пиццу на двоих на его взгляд казалось чем-то сродни обеда с дьяволом; пусть этот дьявол, скорее всего, и спас Коннелли жизнь. Дэш по-прежнему намеревался сохранять такую эмоциональную отстранённость от женщины напротив, какую только можно.

Когда официант отошёл, Дэш незаметно достал пистолет и скрыл его на коленке под своей огромной толстовкой, держа палец на курке. Устроился на своём месте под неуютным углом, позволяющим одновременно вести наблюдение за Кирой и входом в ресторан.

После того, как официант вернулся с напитками и удалился снова, Кира сразу взяла быка за рога.

— Полагаю, ты не забыл, на чём мы остановились вчера ночью, прежде чем нас… э-э-э… прервали?

Дэш кивнул. Сложно поверить, что их разговор состоялся лишь вчера.

— Можно делать себя умнее, но при этом становишься психопатом, — сказал он.

Говоря, он продолжал с тревогой наблюдать за входом, внимательно изучая всех, кто оказывается рядом со ступеньками у входа в заведение, и осматривая посетителей молла, попадающих в поле зрения.

— Кто бы мог подумать, что ты так умело обращаешься со словами, — сказала Кира, тепло улыбнувшись. — Пожалуй, это самое сухое резюме на моей памяти.

— Мы не знаем, не прервут ли нас снова, — ледяным тоном сказал Дэш, подсознательно пытаясь противодействовать её теплу. — Раз уж тебе так не терпится убедить меня в том, что ты с террористами не сотрудничаешь, давай не будем тратить время.

— Согласна, — серьёзно сказала Кира. Она быстро привела мысли в порядок. — Я сорвалась с места через два с половиной года после того, как пришла в "НейроКьюэ". Когда достигла прорыва. Прежде чем я продолжу — у тебя нет вопросов о самой процедуре?

Размышляя на этот счёт, Дэш смотрел на группу девочек-подростков, идущих мимо ресторана. Те были одеты не по возрасту, сверкали разноцветной бижутерией.

— Сколько времени занимает трансформация? — спросил он.

— Около часа. Было страшновато делать её более длительной — без лучшего понимания процедуры и того, что она со мною делает.

— В том числе с твоим вновь обретённым восхищением работами Ницше?

— Да.

— Удивлён, что эффект длится так недолго.

— Когда его испытываешь, время растягивается. На данном уровне интеллекта число прозрений за один-единственный час просто потрясает. Чтобы сделать эффект перманентным, нужно вносить усовершенствования в физиологию. Уже через час начинаешь испытывать недостаток молекулярных прекурсоров для нейротрансмиттеров и дикую нехватку глюкозы. После каждой трансформации у меня уходили дни на то, чтобы прийти в норму. Решила испытывать её не чаще раза в неделю — в лучшем случае.

Дэш задался вопросом, правда ли то, что сказал ему Смит, когда они ехали в машине. Поскольку Кира прослушала их разговор, не было причин ходить вокруг да около.

— Так на что ты решила направить свой улетевший в небеса интеллект? — спросил Дэш. — Смит сказал, ты работала над продлением человеческой жизни, чтобы в конечном счёте победить смерть.

— Это правда, — признала Кира. — О деталях расскажу позже, но это одна из трёх главных целей, которые я перед собою поставила.

Дэш хотел было надавить сильнее, чтобы Кира рассказала о продлении жизни больше, но решил быть терпеливым и дать ей выложить всё, как сама захочет.

— А ещё две?

— Второй целью было добиться нового скачка интеллекта. В трансформированном состоянии для меня было ясно: возможен уровень существенно более высокий, чем я уже достигла, — сказала Кира, отхлебнула чай со льдом и поставила чашку. — Последней же моей целью было… — сказала она и смущённо запнулась. — …Сильно разбогатеть.

— А я-то уж было подумал, что ты Мать Тереза.

Кира кивнула.

— Я чувствовала, что ты так и отреагируешь, — сказала она. — В свою защиту могу сказать только, что деньги нужны мне были не для роскошной жизни. Я просто хотела быть уверенной: если для других проектов, к которым меня выведет повышенный интеллект, потребуется оборудование или ещё что-нибудь, вопрос денег меня волновать не станет.

— Бессмертному на жизнь потребуется приличная сумма, это уж точно, — признал Дэш.

Он выудил булочку из стоящей на столе плетёной корзинки, заполненной самыми разными хлебными изделиями.

— Разбогатеть — этой цели, уверен, ты добилась. То есть, если я сейчас вообще могу хоть в чём-то быть уверен, — недовольно продолжил он. И обвиняюще добавил: — Но я жду не дождусь, когда ты мне скажешь — каким образом сумела сделать это так быстро.

— Думаешь, я продала душу террористам?

— А почему нет? Даже если обычно ты не социопатка, ты же сама признаёшь: в продвинутом состоянии — ещё какая. С какой стати позволить мелочи вроде миллионов смертей встать у тебя на пути?

— Да ладно тебе, Дэвид, — резко и довольно раздражённо ответила Кира. — Ты сам подумай. Даже если бы я действовала в соответствии с моими социопатическими тенденциями — а это не так! — я была бы исключительной, а не глупой . Я достигла неизмеримого интеллекта. Творческого потенциала, по сравнению с которым Томас Эдисон — ничтожество. Уровня интеллекта, рядом с которым Стивен Хокинг показался бы умственно отсталым. С такими способностями — неужели ты всерьёз считаешь, что я бы годами работала над биологическим оружием, чтобы продать его людям, которые были бы счастливы прикончить меня за то, что я не закрываю лицо? — Она замотала головой от злости. — Я могла бы заработать миллионы на продаже одного только криптографического приложения, на обдумывание которого у меня ушли десять минут, или на любом числе прочих изобретений, которые можно моментально вывести на рынок. Как ты считаешь, сколько заплатило бы правительство за материал, полностью скрывающий тепловую подпись?