Уильям Янг - Ева

– Я тебе повторяю, змея меня укусила, – настаивала Лили. – Яд медленно распространяется по всему телу. У меня все болит.

– Вот именно! Змея укусила тебя, чтобы передать свою силу. Понимаешь, о чем я говорю?

– Нет, не понимаю. Объясни.

– Смотри. Я не думаю, что в качестве Свидетеля ты в состоянии что-либо изменить, но вот как Лилит ты можешь исправить очень многое. Может быть, присутствие Лилит имеет огромное значение. Ты же уже наблюдала некоторые эпизоды этой истории, которые не были записаны и которые никто не видел. Верно?

– Ну, да. Видела, например, разговор Адама со змеей.

– Точно! – Он радостно улыбнулся. – Скажи, а у ножа, который змея подарила Адаму, есть какое-нибудь название? Может быть, это Мачиара?

– Да! – с удивлением ответила Лили. – А откуда ты это знаешь?

– Слава Тебе, Господи! – воскликнул Саймон. – Я так и знал! Теперь все становится понятнее.

– Ну, я рада, что хоть кому-то становится понятнее, – ответила Лили.

– Мачиара – это не простой нож. Это меч, который на протяжении долгих веков использовали для приношения в жертву животных, чтобы загладить вину Адама. Бог любит и ценит достойное жертвоприношение. А что Адам с этим ножом сделал?

– Не знаю. – Пытаясь вспомнить, Лили наморщила лоб. – Кажется, он взял его с собой в Райский сад.

– Отлично! – воскликнул Саймон и на мгновение задумался. – Тебе не удалось предотвратить измену Адама, но ты все равно в состоянии изменить весь ход истории.

Лили восприняла это последнее замечание Саймона как некую издевку, потому что понятия не имела, как сделать то, о чем он говорил.

– Ну, и как я смогу это сделать? – поинтересовалась она.

– Мне кажется, что змеиный укус дает тебе силу. Благодаря яду ты можешь быть более реальной, более осязаемой. На тебе как бы нарастает плоть в то время, когда ты находишься в том мире. Как Свидетеля тебя мало кто видит. Следовательно, в качестве Лилит ты можешь что-то изменить. Я пока еще не могу понять, как именно это сделать.

– Все это сплошные догадки, – заметила девушка.

– Я знаю, что делать. Думаю, зеркальце подскажет. Все, что ты видишь в нем, имеет огромное значение. Оно показывает тебе правду о себе самой, которую ты должна понять и, исходя из нее, действовать.

– Нет, Саймон, извини, не могу, – умоляющим тоном ответила Лили. – Если бы ты увидел в зеркальце то, что увидела я, ты бы точно не захотел находиться со мной в одной комнате. Я исчадие ада, омерзительный, подлый и низкий человек.

– Вот именно поэтому тебя и выбрали Свидетелем. Лилит, может, тебе и не очень приятно будет это услышать, но мне кажется, что Господь специально выбрал самое страшное орудие для того, чтобы добиться самого лучшего результата.

Саймон очень обидел ее своими словами, и первым инстинктивным порывом Лили было желание ударить его по лицу, но она сдержалась. Он сообщил ей далеко не самые приятные новости, но, тем не менее, она должна была признать, что в его рассуждениях есть определенная логика. Она подумала о том, что ничего в этом мире не происходит просто так, и почувствовала, что в ее жизни есть смысл, а у нее – миссия, которую она должна выполнить.

Саймон положил руку на ее плечо, и она ее не сбросила.

– Что я должна сделать? – спросила Лили.

– Примириться с тем, кто ты есть, и выполнить то, что суждено тебе судьбой! Но сперва нам надо попасть в хранилище и посмотреть на вещи, которые прибыли вместе с тобой в контейнере. Мне кажется, они помогут тебе вспомнить прошлое, понять, кто ты, после чего ты сможешь спокойно сделать то, что нужно.

– Но как мы туда попадем? Это же очень далеко… Ой, поняла! Ты подумал о перемещении из Картографической комнаты?

– Совершенно верно. Мы можем попасть в хранилище, вернуться и уложиться за десять минут. Ведь Джон говорил о десяти минутах? Разве тебе самой не интересно, что там хранится и кем ты была в той жизни?

– Мне немного любопытно, но, если честно, я боюсь того, что могу узнать.

– Другого выхода нет. Придется рискнуть. Для того чтобы выполнить данное тебе Господом предназначение, ты должна успокоиться и понять, кто ты.

– Не знаю, насколько я буду спокойной после того, что видела в зеркальце, и отрывочных воспоминаний.

Лили сделала над собой усилие, чтобы не вспоминать то, что пыталась выбросить из головы. Ее страшила неизвестность, но одновременно пугало то, что она может узнать.

– Лилит, тебе нечего терять!

Он был совершенно прав. Ей действительно нечего было терять. Отношения с Джоном, Анитой, Летти и Гералдом были, по сути, вымышленными. Всем им нравилась девушка, которой, в лучшем случае, просто не существовало.

Она кивнула, и Саймон выкатил ее в пустой коридор. Все спали. Через пару минут они уже стояли у карты Прибежища, быстро нашли на плане то место, где находились, и то, куда им надо было отправиться. Саймон дал ей треугольник.

– Дотронься треугольником до этого места. – Он показал пальцем на карте. – Я сделаю это сразу же за тобой.

Лили не заставила себя долго ждать. Она почувствовала дуновение ветерка и увидела вспышку света. Потом все на мгновение заволокло серой мглой, и когда она рассеялась, девушка оказалась в коридоре с каменными стенами. Тут же рядом с ней появился Саймон.

– Странное ощущение! – воскликнул он и замотал головой. – Дай секунду, чтобы прийти в себя.

Саймон велел Лили вставить свой треугольник в специальное углубление в стене, после чего через десять минут она автоматически перенесется назад в Подземелье. Сам он отошел к другому углублению в стене и тоже вставил в него свой треугольник.

– Слава Богу, что я быстро нашел место для моего треугольника. Теперь давай скорее искать контейнер. Ты помнишь номер?

– Один – одиннадцать – пятнадцать. То есть год и день, когда меня нашли, и мой возраст.

Почти пять минут ушло на то, чтобы найти нужную им дверь. Она была железной, наподобие задней двери грузовика, и с большим замком. Рядом висела табличка с цифрами 11115 и нечетким очертанием ладони.

Саймон кивнул в сторону отпечатка руки на стене:

– Давай открывай, у меня это не получится.

Девушка медленно подняла руку и приложила ладонь к очертанию на стене.

Механизм начал крутиться, и замок открылся. Саймон показал на ручку, словно сам не хотел к ней прикасаться.

– Не могу, – сказала девушка, – боюсь.

– Никто, кроме тебя, дверь не откроет, – твердо ответил Саймон. – Если не узнать, кто ты на самом деле, все мы навсегда погрязнем в тех проблемах, которые нам оставил Адам.

Лили прислонилась лбом к стальной двери и застонала. Она чувствовала себя так, словно на ее плечи легла неподъемная тяжесть.

– Почему все зависит только от меня?

Саймон не отвечал.