Уоррен Мерфи - Цвет страха

– Кто такой Микки Уэйзингер?

– Президент корпорации Сэма Бисли, – равнодушно отозвался Римо.

– Значит, он и есть возмутитель спокойствия.

– Самая большая шишка в компании.

Чиун взглянул на ученика:

– Ты что, не собираешься брать эту шишку в плен, как было запланировано?

– Не сейчас. Я бастую. – Римо склонил голову. – А ты?

– Я тоже не прочь отдохнуть.

Ученик кивнул.

– Какой славный розовый цвет! – сказал он.

– Восхитительный, – отозвался Чиун.

– Умиротворяющий, – добавил Римо. – Я никогда не был любителем розового, но парень, который выдумал такой оттенок, знал, что делает. В жизни не чувствовал себя так спокойно.

Мастер Синанджу тряхнул бородкой.

– Монго Маус – великий мышонок, даже если он служит силам зла.

– Величайший, – поддакнул ученик.

Герои мультяшек перевернули плетеную корзину и жестами пригласили Микки Уэйзингера использовать ее в качестве трибуны.

Микки встретил вежливый шелест аплодисментов, и он ответил на приветствие, по-никсоновски воздев руки кверху.

– Господа! – заговорил он. – Я пришел к вам с миром.

Новый взрыв рукоплесканий, улыбки...

– В этот торжественный день памяти павших я пришел к народу Виргинии, чтобы предложить перемирие. Я знаю, что в последнее время разногласия между нами обострились, но думаю, нам удастся их преодолеть.

На лицах, залитых теплым розовым сиянием, появились улыбки.

– Я пришел не затем, чтобы превратить историю в источник дохода, а чтобы исправить ее. Корпорация Сэма Бисли готова протянуть руку не только достойным жителям Виргинии, но и доблестным солдатам, воссоздающим исторические сражения. Любой из вас, кто захочет, сможет получить работу.

Ответом ему были долгие продолжительные аплодисменты.

– Ты слышал? Он предлагает нам работу!

– Он предлагает ее вам уже несколько месяцев! – рявкнул полковник Дикси. – А я-то думал, ребята, что вы откажетесь наотрез.

– Да, но до сих пор он не говорил об этом вот так, обращаясь непосредственно к нам.

– Ага. Когда я вижу его во плоти, он кажется мне славным искренним парнем.

– Особенно в этом розовом свете.

– Розовом? – спросил полковник Дикси.

– Ну да. Ты что, не видишь розовый свет?

– Я плохо различаю цвета, путаю зеленый с красным. Мне все равно – что розовый, что пурпурный.

– В таком случае ты лишился высочайшего наслаждения, какое только бывает в жизни.

– О чем вы? – спросил Нарвел Боггз, пытаясь уразуметь, что же произошло.

– Уважая чувства жителей Виргинии и других штатов Юга, мы решили построить павильон под названием «Если бы Юг победил», – продолжал Микки Уэйзингер.

Южане заметно оживились.

– В нашем парке поставят автоматы с играми виртуальной реальности, в которой Юг неизменно одерживает победу!

Оживление в рядах южан продолжало нарастать.

– Ну и, разумеется, мы надеемся послужить истории, отразив подлинные события и развязку... э-э-э...

Уэйзингер подхватил выпавший из его уха капсюль и торопливо вернул его на место.

– Войны между американскими штатами, болван ты этакий, – раздался в наушнике раздраженный голос Дяди Сэма.

– ...развязку войны между американскими штатами, – сообщил Микки толпе ликующих северян. Впрочем, южане тоже ликовали, причем с таким пылом, как будто всегда считали подлинный исход Гражданской войны поводом для радостных торжеств.

– Вот здесь, перед этими камерами, – продолжал Уэйзингер, – мне хотелось бы покончить с былой враждой, зарыть в землю томагавк и попросить вас поддержать наш грандиозный замысел.

Воодушевленные бойцы ринулись вперед столь внезапно, что оратор торопливо спрыгнул с корзины, собираясь искать спасения в кратере. Но пес Гампи и лось Маки схватили его и вновь водрузили на плетеный мыльный ящик [11].

К Микки потянулись нетерпеливые энергичные руки, и он стал пожимать их со всей возможной скоростью.

Внезапно толпа заволновалась, словно простыня на ветру; расталкивая людей, к оратору протиснулся человек в серо-алом одеянии и, схватив Микки за глотку, принялся его душить.

– Э-экк! – всхлипнул Микки.

– Быть может, кого-то ты и сумел превратить в труса, но только не меня! – прогремел полковник Дикси. – Сейчас я сломаю твою жидовскую шею!

– Нет, нет, прошу вас!

– Пожалуйста, прекратите, полковник!

– Этот человек – приятель Монго. Он не хотел нас обидеть.

– Э-экк! – повторил Микки Уэйзингер, и в ту же секунду окружающий мир померк в его глазах, а в слуховых каналах раздался шум, напоминавший рев океанского прибоя.

Сквозь шум послышался сердитый голос:

– Мне видно все, что у вас происходит. Пообещай ему...

– Я могу сделать вас богачом, – сдавленным голосом произнес Микки, повторяя слова, звучавшие в наушнике.

– Полковник Дикси не продается! Его душа чиста, словно дожди Джорджии.

– Я могу предложить вам нечто большее, чем богатство. Мы выпишем вам официальную лицензию компании Бисли!

– На кой черт?

– Вы станете членом почтенной семьи наших персонажей.

Полковник ослабил свою удушающую хватку.

– Хочешь сказать, я стану приятелем Монго?

– Скажи ему, Монго.

– Конечно! – воскликнул Монго, выныривая откуда-то справа и размахивая лапами в желтых перчатках. – Дружище, нас ждут захватывающие приключения!

– Значит, у меня будет собственная книжка комиксов? – спросил Нарвел, обращаясь к своему пленнику.

– Комиксы, мультфильмы, видеоигры и выступления на публике – все, что только пожелаете. Мы сделаем вас талисманом «Америкен-Бисли».

– Согласен, черт побери! – отозвался Нарвел Боггз и не прогадал: события нынешнего дня превратили его в преуспевающего дельца с капиталом, который к концу века должен был перевалить за четверть миллиарда долларов.

А Микки Уэйзингер еще долго откашливался, прежде чем лицо его вновь обрело здоровый цвет, а легкие заработали как положено.

– Вероятно, все это было обычным недоразумением, – сказал Римо учителю. Ликующая толпа тем временем подхватила и понесла на своих плечах Микки Уэйзингера и полковника Дикси.

– Войны всегда разыгрываются из-за сокровищ. В данном случае сокровищем была земля, и враждовавшие стороны наконец пришли к взаимопониманию. Битва окончена.

– Полагаю, теперь мы можем вернуться домой, – заметил Римо и тут же резко обернулся, высмотрев в толпе знакомую фигуру.

– Кто это, Римо?

– Французская журналистка.

Женщина в берете и синем платье осторожно пробиралась вдоль кратера, запруженного умиротворенными солдатами. Приложив к уху аппарат спутниковой связи, она с видимой горячностью что-то говорила в микрофон.

– Что она говорит? – спросил Римо. – Я не понимаю по-французски.