Александр Грибоедов - Горе от ума. Пьесы

Муромский( в сторону скоро считает). Десять копеек — три тысячи…

Варравин( продолжает). Теплоты душевной стало, говорят, более…

Муромский( та же игра). Да, десять копеек — еще три тысячи… шесть тысяч долой…

Варравин. Сочувствия к нуждам ближнего — все это развилось, усилилось.

Муромский( та же игра). Стало, двадцать четыре тысячи серебром.

Варравин. Вот это самое они прогрессом и называют.

Муромский( вслух). По чести, ваше превосходительство, приказный бы этого не взял.

Варравин( нежно). Взял бы, достопочтеннейший. Взял бы…

Муромский( твердо). Нет, он бы этого не взял.

Варравин ( сухо). Как вам угодно. ( Берет со стола бумаги.)

Муромский( мягче). Право… того… а я бы полагал… десять.

Варравин( кланяясь и резко). Имея по должности моей многосложные занятия, прошу извинить. ( Уходит в кабинет.)

Муромский (один).

Муромский( подумавши). Двадцать четыре тысячи — это — это — восемьдесят четыре тысячи начетом! Где я их возьму? Их у меня нет, видит бог, нет… Что же, стало, Стрешнево продавать? Прах-то отцов — дедов достояние… а дочь по миру… Так нет! Не отдам!.. Еду! К кому ни есть еду! Лбом отворю двери, всю правду скажу! ( Стихает.) Кротко, складно скажу, Лидочку с собой возьму; не камни же люди; за правого бог! ( Уходит скоро.)

Варравинвыходит из одних дверей, Тарелкиниз других.

Тарелкин. Каков, ваше превосходительство, уперся! Ну, я от него такой невежливости не ожидал.

Варравин( с досадою). И что же! Вздумал предложение делать на третью долю.

Тарелкин. Однако таки предложение сделал. Эх, ваше превосходительство! махнуть бы вам рукой.

Варравин. Я сказал, нельзя.

Тарелкин. Он вот ехать хочет.

Варравин. Куда?

Тарелкин. Не знаю. Не камни, говорит, люди; за правого бог.

Варравин( соображая). Я полагаю, он бросится к князю.

Тарелкин. Другой дороги нет, как к князю.

Варравин( думает). А как обставлено у вас это дело; все ли исправно?

Тарелкин. В величайшем порядке.

Варравин. Распутие-то мне приготовлено ли?

Тарелкин. В лучшем виде. Я за этим, по приказу вашему, особое наблюдение имел и даже своевременно с тятенькой списывался.

Варравин. Ну, что же тятенька?

Тарелкин. Он развалил их на три партии.

Варравин. Так.

Тарелкин. Одни пошли на выпуск: оправдать и от суда освободить.

Варравин. Так.

Тарелкин. Вторые — оставить Муромскую относительно любовной связи в подозрении. Третьи — обратить дело к переследованию и постановлению новых решений, не стесняясь прежними.

Варравин. Ну вот и хорошо, вот и распутие! Вот когда мне три путя вы уготовали — да когда к ним подведешь начальство, так куда хочешь, туда его и поворачивай!

Тарелкин. Кроме этих мнений, и солисты оказались.

Варравин. Пускай.

Тарелкин. И одно мнение по новой формуле.

Варравин. По какой это?

Тарелкин. А не не-веро-ятно!..

Варравин. А — да! В каком же смысле?..

Тарелкин. Изволите видеть: относительно незаконной связи Муромской с Кречинским вопрос подвинут далее, а именно, что при такой-де близости лиц и таинственности-де их отношений ( поднимая палец) не не-веро… ятно… что мог оказаться и ребенок…

Варравин. Н-да, это можно.

Тарелкин. Очень можно, а старику куда щекотливо кажется; так вот его как шилом в бок — так и подымает.

Варравин( подумав) . Гм… подымает… это хорошо!.. Ну, стало, пусть его к князю и едет. Хорошо бы, если бы его так направить, чтобы он явился к нему утром, ранехонько, пока тот по залам разминается да содовую пьет…

Тарелкин. Это можно, ваше превосходительство.

Варравин. Да чтоб он в самую содовую попал!.

Тарелкин. В самую содовую и попадет!..

Варравин. А если попадет, то он неизбежно там напорется… и как только тот по своей натуре на него крикнет, так он опять у нас и будет.

Тарелкин. Будет, ваше превосходительство, непременно опять здесь будет.

Варравин. Так и делайте. ( Хочет идти.)

Тарелкин( принимая просительную позу). Ваше превосходительство.

Варравин( вспыхнув) . Как?.. Опять?!

Тарелкин( та же игра). Сил нет!

Варравин. Да вы на смех!

Тарелкин. Помилуйте ( показывая на горло), я воооот как сижу.

Варравин. Да вы что показываете мне? Разве это новое; вы целый век вооот как ( тот же жест) сидите.

Тарелкин. Будьте милостивы, выкупите меня разочек; не морите измором, ради бога! Я совершенно потерялся, жизнь в горечь обратилась; ведь меня на улицах, как зайца, травят…

Варравин. Кто вас травит?

Тарелкин. Кто? — Кредиторы. Вы как думаете — я кругом должен, я и дворнику и ему должен. Как только сунусь на улицу — пырь мне в глаза — кто? — Кредитор. Я уж куда попало; в переулок, так в переулок, в магазин, в лавку, раз в полпивную вскочил; ну что, помилуйте, ведь себя компрометируешь. А портной, да к тому же немец… так совершенно остервенился! У меня, изволите видеть, кухарке приказ строжайший: дома нет и кончено — хоть тресни… Так верите ли богу, намедни силою ворвался. Слышу — ломятся, а у меня этак трюмо, — ну я, делать нечего, залез туда, скорчился и сижу… Так что же: поискал он меня да подметил, видно, как харкнет за трюмо-то — прямо мне в рожу!..

Варравин. Ну!..

Тарелкин. Ну и плюнул. Ха! что возьмешь-то? Вышел, подлец, в сени, да, не говоря дурного слова, и кухарке в рожу… ну помилуйте, ну, ей-то за что?

Варравин( берет со стола бумаги). Однако как же можно?

Тарелкин. Ну судите сами, ваше превосходительство, как же это можно? Так я к тому говорю: что же это за существование? Всякий и говорит-то тебе с омерзением. Ну помилуйте, это, почитай, первая вещь, до которой каждый добивается; ты что хочешь себе думай, а почтение мне окажи.

Варравин( уходя в кабинет). Ну это конечно, я с этим согласен, а почтение он таки окажи.

Тарелкин( следуя за ним). Да! А почтение ты мне, подлец, все-таки окажи…

Занавес опускается .

Квартира Муромских. Утро. Декорация первого акта, посреди комнаты стоит стол с бумагами.