Кшиштоф Кесьлевский - Декалог

Магда. Алло.

Томек не отвечает.

Магда. Считаю до трех. Раз, два, три…

Томек. Алло.

Магда. Смотришь?

Томек. Да.

Магда. Ну смотри. Наглядись. Я передвинула тебе тахту. Заметил?

Томек. Да.

Магда. Желаю приятно провести время.

Кладет трубку, открывает дверь; бородач даже не успевает ее за собой закрыть, как Магда его обнимает. Дверь сама захлопывается под их тяжестью. Магда снимает с бородача куртку, тянет его к тахте, бородач гасит свет, но Магда немедленно снова зажигает лампу. Когда, обнаженные, они падают на тахту, Магда что-то говорит бородачу; тот внезапно садится и быстро натягивает на себя простыню. Магда в восторге смеется; бородач подходит к окну. Смеющаяся Магда показывает ему пальцем на дом напротив. Бородач собирает одежду и выбегает из комнаты; через минуту он появляется на площадке между домами, останавливается перед домом Томека и смотрит наверх.

Бородач. Эй! Подонок!

Огромный дом с несколькими сотнями окон с перспективы бородача кажется неприступной крепостью. Томек отрывается от трубы и смотрит на бородача в окошко.

Бородач. Подонок! Почтальонишка! Выходи!

Из окон высовываются головы, бородач кричит громче.

Бородач. Выходи, трус, сволочь!

Томек идет. Проходит через комнату удивленной его внезапным появлением хозяйки, сбегает по лестнице вниз; перед подъездом бородач. Томек останавливается перед ним.

Бородач. Это ты, голубчик?

Томек. Я.

Бородач. Подними руки.

Томек послушно поднимает руки, замирает в боксерской позе. Бородач маленький, но крепкий. Обходит Томека с разных сторон, удивленно качает головой: непонятно, что его так удивляет, может быть, мальчишеский вид Томека? Вдруг изо всех сил без предупреждения бьет Томека в челюсть. Томек падает. Бородач, присев на карточки, хлопает его по щеке. Томек открывает глаза, и бородач помогает ему встать.

Бородач. Никогда больше так не делай. Вредно для здоровья.

Хозяйка кладет Томеку на лицо холодный компресс. У Томека разбита губа, и под глазом растет синяк.

Хозяйка. Не огорчайся. На самом деле они сильных не любят. Они любят слабых.

Томек. Кто?

Хозяйка. Девушки.

Томек закрывает глаза. Хозяйка подходит к столу и старательно, как это всегда делает Томек, прикрывает фланелевой тряпочкой его трубу.

Томек с распухшим лицом втаскивает в лифт полный ящик молока. Поднимается на Магдин этаж. Тихонько, почти на цыпочках, подходит с бутылкой к ее двери. Когда уже собирается отойти, дверь открывается: на пороге полуодетая Магда.

Магда. Я так и думала, что это ты. Хочешь зайти? Никого нет… Это ты повесил на ручку ключик от часов?

Томек кивает.

Магда. Красивый у тебя видик… Не умеешь драться?

Томек. Нет.

Магда. Почему ты за мной подсматриваешь?

Томек. Потому что… Потому что я люблю вас. Правда. Люблю.

Оба говорят шепотом.

Магда. И чего… чего б ты хотел?

Томек. Не знаю.

Магда. Хочешь меня поцеловать?

Томек. Нет.

Магда. Хочешь пойти со мной… хочешь со мной переспать?

Томек. Нет.

Магда. Может, хочешь, чтоб мы вместе куда-нибудь поехали? На Мазуры или в Будапешт?

Томек отрицательно мотает головой.

Магда. Так чего же ты хочешь?

Томек. Ничего.

Магда. Ничего?

Томек. Ничего.

С минуту стоят молча.

Томек. Вы простудитесь. С утра холодно.

Магда. Да.

Томек. Мне нужно это разнести

Показывает на незакрытый лифт и оставленный там ящик с молоком, заходит в лифт, но, что-то сообразив, возвращается обратно, стучит, Магда сразу открывает дверь.

Томек. А можно… разрешите пригласить вас в кафе?

Перед включенным телевизором хозяйка с развернутой газетой и авторучкой.

Томек. Можно мне… взять костюм Мартина?

Хозяйка. Бери. Он в сумке, чтобы моль… Погоди…

Читает по газете.

Хозяйка. «Вы перехватываете инициативу, чтобы как-то оживить скучную вечеринку, нет?»

Томек задумывается. Он никогда ни на какой вечеринке не был.

Томек. Нет.

Оставляет дверь открытой, понимая, что последуют еще вопросы. Вытаскивает из полиэтиленового мешка темно-синий костюм. Женщина продолжает задавать вопросы.

Хозяйка. «Вы подражаете человеку, которого считаете лучше себя. Да, нет?»

Томек. Нет.

Хозяйка. «Любите зарабатывать и тратить деньги?»

Томек надевает брюки.

Томек. Нет.

Хозяйка. «Относитесь к эротике и сексу, как к чему-то необязывающему?»

Томек. Нет.

Томек видит в зеркале свою нескладную фигуру в плохо сидящем и тесноватом костюме. Женщина кончила задавать вопросы; она подсчитывает очки и входит в комнату Томека с газетой в руке.

Хозяйка. У тебя нуль. От нуля до двадцати пяти очков: «Вы часто принимаете невыгодные для себя решения. Этот стресс дорого вам обходится. Будьте более осмотрительны, относитесь к жизни так, как она того заслуживает».

Томек украдкой вытаскивает из-под белья письма. Прячет их в карман пиджака. Потом, когда хозяйка углубляется в изучение результатов теста, засовывает в карман стеклянный шар.

В кафе «Телимена» сидит молодежь: сумки через плечо, свитера, расстегнутые рубашки. Томек в идиотском костюме с не менее дурацким букетом стоит около раздевалки, мешая проходу. Он не знает, что наверху есть галерея.

Магда (за кадром) . Эй!

Окликает Томека, перегнувшись через перила. Томек озирается, поднимается по лестнице, протягивает Магде огромный букет.

Магда. Спасибо… Как тебя зовут? А то я и не знала, как кричать…

Томек. Томек.

Магда. Магда.

Томек целует ей руку. Он все время на нее смотрит, и Магда, несмотря на свой опыт, теряется, не знает, как с ним разговаривать и о чем. Цветы она хотела положить на стул, чтобы не мешали, но оставляет у себя.

Магда. Закуришь?

Томек не курит. Магда достает сигарету, а Томек — как полагается — встает со стула с зажигалкой.

Магда. Сколько тебе лет?

Томек. Девятнадцать.

Магда. Расскажи что-нибудь… о себе.

Томек улыбается. Улыбка у него обаятельная, лицо сразу меняется. Зубы у Томека красивые, ровные.