Magenta - Шпеер

Не выдержав, он отодвинулся от Северуса и бессмысленно уставился в мутное окно, залитое косыми струями дождя. Ресницы задрожали, что-то горячее и мокрое поползло по лицу, не принося облегчения.

Внезапно Северус дернул его за плечи с такой силой, что голова Гарри мотнулась, как у куклы, развернул к себе и с яростью впился ртом в губы, раня зубами, больно и страшно, до кисло-сладкого привкуса крови. Г. Дж. испуганно всхлипнул — умопомешательство и близко не походило на поцелуй. Неожиданно Северус резко отстранился. Глаза его, широко распахнутые, казались страшными.

— Наши отношения — это НАШИ отношения! — прохрипел он. — Ты не понимаешь, что я сейчас способен убить за одно дурное слово, за шутку, за один грязный взгляд, брошенный на тебя?! Хочешь этого, Liebling, скажи, хочешь?

Сметенный ударной волной понимания, Гарри задрожал от восторга и ужаса. Разгадка черных глаз была пугающей — в них пылало чувство, готовое защищать его до крови.

— Северус, — он повалился ему на грудь, обнимая за шею и скользя дрожащими губами по шелку рубашки. — Мой Северус!

Тот молча, до боли, сдавил его в руках.

— Площадь Сохо, — крикнул сидящий за стеклом таксист.

* * *

Гарри распахнул дверь приемной и тут же наткнулся взглядом на длинную худую спину программиста, нависшего над компьютером Гермионы. Корпус системного блока был снят. С видом озабоченного патологоанатома в прозекторской Люпин ковырялся в пыльной начинке.

— Мистер Поттер? — блеснула зубами Ученая Бобриха. — Вы уже выздоровели?

Девушка с сомнением уставилась в лицо директора. Наверняка углядела покрасневшие глаза и прокушенную губу, сердито подумал Гарри.

«На себя бы посмотрела», — он покосился на ее волосы, торчащие так, будто секретарша получила порцию электрошока в голову.

— Все в порядке, мисс Грейнджер, — сухо сказал он. — Доброе утро, мистер Люпин. Что-то случилось? — без особого интереса спросил он.

Явление Люпина само по себе не было чем-то из ряда вон выходящим — его звали, если что-то сбоило в компьютере, терялись данные, нападали вирусы или исчезало подключение к серверу. Но сейчас, видимо, дело обстояло значительно хуже.

— Винчестер сгорел, — безрадостным голосом сообщил Люпин. — Стабилизатор вышел из строя, а вы молчали. Возможно, из-за перепадов напряжения...

— Стабилизатор еще вчера работал! — захлопала глазами секретарша. — И что теперь делать?

— Посыпать голову пеплом, — проворчал программист. — То, что вы хранили на жестком диске, погибло. Ваша рабочая папка лежит на сервере, так что ничего страшного.

— Ничего страшного? — взвилась Гермиона. — Презентации, фотографии... — она вдруг побледнела. — Господи! Там же была наша книга!

— Какая книга? — озадаченно спросил Гарри.

Лицо девушки из бледного превратилось в ярко-розовое. В глазах мелькнул испуг.

— Автобиография мистера Риддла!

— Хе, — только и сказал Люпин, спрятав в усах злорадную улыбку. — Сколько раз вам всем твердить, делайте копии или храните ваши папки на сервере, кому они нужны!

— Ну конечно, никому, кроме сисадмина и всего «Хога»! — секретарша сердито тряхнула торчащими во все стороны кудрями. — Ладно, — слегка успокоилась она, — в конце концов, наш файл у мистера Локхарта.

— Вы серьезно хотите, чтобы Снейп редактировал «Автобиографию»? — полюбопытствовал Гарри, совершенно не огорченный бесславной гибелью секретарского винчестера.

Гермиона вздернула нос.

— Уже не нужно, — заявила она. — Мистер Муди дал Гилдерою людей из «Роял Пресс», вчера всё сделали, только верстка осталась.

— За один день? — вытаращил глаза директор. — Нам бы так!

— Наши не хуже, — обиженно сказала Гермиона. — Если заплатить по-человечески.

Люпин одобрительно хрюкнул.

— А что с печатью? — проигнорировал наглую реплику об оплате Г. Дж.

— У «Роял Пресс» своя типография. Получше, чем курятник мистера Вайнера, — Гермиона огорченно оглядела скелет погибшего компьютера. — Кофе сделать, Ремус?

— Ох нет, спасибо, — испугался Люпин.

Подхватив под мышку погибший системник, программист послал Гарри загадочную улыбку и зашагал прочь походкой болотного аиста.

Директор Поттер прошел в свои апартаменты, плюхнулся в кресло и, включив ноутбук, со вздохом погрузился в праведные труды.

* * *

Как пролетело время до обеда, Гарри не заметил, с головой окунувшись в рабочую рутину. Поначалу его слегка отвлекало легкое жжение в задней части тела, мешающее спокойно сидеть и навевающее далекие от работы мысли. Несколько раз директор выбирался в разведывательных целях на балкон, каждый раз обнаруживая, что Северус по-прежнему сидит за столом — на редактора наседали сотрудники, неугомонные авторы и неизвестные Г. Дж. визитеры. Заглянуть, как Карлсон, случайно прогуливаясь за окном, было бы глупо, с досадой думал директор. Не похоже было, что Северус собирается обедать: через стекло в редакторском логове блестела бильярдным шаром лысина разговорчивого господина Вайнера и полыхали огоньками рыжие макушки нескольких Уизли.

Извевшись муками голода, директор Поттер не выдержал, захлопнул балконную дверь и решительным шагом направился в убогий буфет «Хог-Экспресса».

В последние дни Гарри слегка пугал собственный аппетит: он съедал за день столько, сколько раньше не осиливал за три.

Сообразив, на что тратится энергия, он мысленно улыбнулся.

«Шатц и до меня ел, как питон, — въедливо подсказал ревнивый внутренний голосок. — За пятерых австрийских горцев! И не толстеет, вот ведь!»

Завалив поднос буфетной снедью, директор оглядел зал, кивнул сотрудникам, которых не имел счастья видеть с утра, и прошел в тихий уголок к окну. Кроме ковыряющих пудинг Джинни, Гермионы и поддерживающей форму капустным салатом мадам Хуч, поблизости никого не было.

Гарри улыбнулся Джинни, пристроился за столик так, чтобы не видеть несносных девиц, и голодным тигром вонзил зубы в подсохший сэндвич.

— Герми, а правда, что Снейп курить бросил? — послышался голос рыжей художницы.

— Вроде бы да, — отозвалась Гермиона. — Лучше бы ехидничать бросил. Но это неизлечимо.

— О-о, ну всё, — протянула Джинни. — Теперь вам конец. Помню, как папа с куревом завязывал... Кидался на всех, как бешеный, посуду бил. Нервы сдают, — объяснила она, что-то жуя.

Гарри уничтожил сэндвич и принялся за второй, вслушиваясь краем уха в девчоночью болтовню за спиной.

— Да ну, Хиггинс сегодня само спокойствие, — возразила Гермиона. — Добрый, как младенец Христос.

Джинни взвизгнула от смеха и закашлялась, подавившись пудингом.

— Христос! — пискнула она. — Снейп!

— Не поверишь, он мне утром волосы пригладил, — понизила голос секретарша. — Думала, издевается, как всегда, а он с таким серьезным заботливым лицом...