Моника Али - Нерассказанная история

– Мне нравится твоя шея, – неожиданно выдохнула Лидия. – Я все время собиралась сказать тебе об этом. Но продолжай. Я слушаю.

– Спасибо, – кивнул Карсон. – Приятно, когда кто-то по достоинству ценит твою шею. Итак, второй дом этого парня, Стивенсона, тоже сгорел. Весь город говорит, будто он сжег дом ради страховки. Это Роксборо, город бедный, люди живут трудно, и во всех барах, где пьет Стивенсон, я слышал одну и ту же историю. Как он хвастался деньгами, которые скоро получит.

– Но это не означает, что он обязательно виновен! Может, он просто любит бахвалиться! Возможно, многие его не любят! Нужны другие доказательства.

– Я не смог! Не смог это доказать. Не смог определить, откуда начался пожар, не нашел свидетелей. Я не сумел ничего доказать, но в моих силах было отказать в выплате, я так и сделал. По моему мнению, ему повезло, что он не очутился в тюрьме за преднамеренный поджог! Но Стивенсон так не считал.

– Он злился?

– Совсем немного. Разнес меня в пух и прах.

– А подробности?

– Грязно ругался, звонил по ночам и все такое. И что хуже всего, я осознавал свою правоту, но постоянно оставалось место для крошечного сомнения. А вдруг он действительно несчастная жертва, и я превращаю его жизнь в ад? Однако третий сгоревший дом. Это все расставило по местам.

– Каким же глупцом нужно быть! Неужели думал, что его не разоблачат?

– Он перебрался в другой штат и сменил страховщика. Многие люди не понимают, что все страховые компании в таких случаях сотрудничают.

– Не опасаешься? – спросила Лидия, осторожно подбирая слова. – Он может обнаружить, что это ты в третий раз поймал его на месте преступления? Судя по всему, парень этот… нестабилен.

– Вероятнее всего, он не узнает. А если и узнает, от этого я не перестану спать по ночам.

– Что, если он… ты понимаешь…

– Псих? И явится за мной с пистолетом?

Он взял ее за руку:

– Взгляни на это с другой точки зрения. В первый раз все прошло без сучка и задоринки. Никто не погиб, никто не ранен. Он получает деньги. И никто ничего не теряет. Он уверен, страховая компания не обеднеет. Но в следующий раз являюсь я и все порчу. Он реагировал, как полагается обычному человеку. Был зол, но я ничего не слышал о том, что ему срочно понадобился психиатр.

Пока он говорил, она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Она слышала, как вибрирует в груди его голос, отдаваясь в ее виске. Ночью, при выключенном свете, когда они лежали в темноте, а он говорил с ней, Лидия чувствовала, что больше ей ничего не нужно. И если бы время остановилось и они оказались в пространстве, где слышится его голос, ощущается его дыхание на щеке, она была бы спокойна и счастлива.

Лидия взглянула на Руфуса, валявшегося на спине на коврике и предлагавшего миру свое беззащитное брюшко. Здесь он всегда чувствовал себя дома. Эстер объяснила бы его поведение тем, что он улавливает настроение Лидии. Возможно, Эстер и была права.

Перед сном Карсон повел Мадлен и Руфуса на прогулку. Вернувшись, он отодвинул штору и уставился на передний газон.

– Что там? – спросила Лидия.

– Ничего.

– Любуешься видом?

– Слышала, как лает Мадлен?

– Да, но думала, что она увидела белку или енота.

– Она бросилась за кем-то в заросли олеандров. Пришлось ее оттащить. Не знаю, что это было.

– Не погорелец ли, случайно?

Знает ли бойфренд?

Граббер сидел в общей комнате «Ночлега и завтрака», гостиной, как именовала ее миссис Джексон. Менее чем через час появится Лидия. Миссис Джексон отсутствовала. То ли ушла покупать бразильский воск для эпиляции интимных зон, то ли нанимать оркестр, что-то в этом роде. Трудно представить, что еще ей требуется для приготовления к визиту Лидии. Весь день она суетилась и бегала по дому. Раз пять, не меньше, извинялась за то, что потревожила Граббера. Если бы она, однако, знала, кого принимает, наверное, самовоспламенилась бы на месте!

Знает ли бойфренд?

Грабовски снова и снова задавал себе этот вопрос. Прошлой ночью ему пришло в голову: если последить за домом, можно кое-что выведать. Кто-то должен был помочь ей. Может, это и он. Правда, Граббер не помнил, видел ли этого парня до ее «смерти». Но вокруг нее всегда роилось столько людей, что это значения не имеет. Возможно, этот парень – телохранитель с яхты. Ей не впервые крутить романы с подобными людьми!

Ему даже не удалось снять их вместе. Зато есть фото, на котором она сидит, положив голову на руль. Очевидно, ей есть о чем подумать.

Он вспомнил день, когда она в одиночку отправилась в Итон и сидела точно в такой же позе, прежде чем выйти из машины. Очень личный момент… да, личный. Она была одна… если не считать того, что он снова последовал за ней. Часа через два было объявлено о разводе. Она пыталась взять себя в руки, прежде чем увидит сына. Предупредит.

Прошлой ночью передняя дверь оказалась открыта, и она вошла без стука. Позже ее бойфренд вывел собак, а Грабовски тем временем сидел в кустах и следил за домом. Правда, он сам не слишком хорошо понимал, что именно надеется узнать. Даже если они выйдут вместе, он не посмеет воспользоваться вспышкой.

Потом собака побольше стала обнюхивать его ноги, и он решил, что игра закончена.

Но бойфренд оттащил собаку, и та оставила Граббера в покое. Однако, войдя в дом, бойфренд отодвинул занавеску и осмотрел газон. И Граббер решил, что кое-что все-таки пронюхал. Если бы бойфренд догадался о чем-нибудь, наверняка стал бы ее защищать и держался начеку. И ни за что не оставил бы дверь открытой! Даже через десять лет опасался бы разоблачения.

Теперь нужно сосредоточиться на предстоящем визите, прежде чем сюда ворвется миссис Джексон. Как все устроить?

Сейчас ему требуется достичь одного. Но каким образом?

Граббер снова оглядел общую комнату. Два зеркала: одно – над камином, второе – на стене справа от мистера Джексона. Если встать здесь… но сначала предстоят официальные приветствия у самого порога, когда прибудет Лидия, поэтому стоять спиной к гостье невежливо и неестественно.

Мистер Джексон пошевелился во сне. Лежащие на подлокотниках руки задергались. Этот человек готов проспать все на свете. Может, он по ночам бодрствует? Очень сомнительно… Вероятно, он просто перемещается с кресла на кровать. Выглядит старше жены. Брюки натянуты едва не до подмышек. Брови нависают над глазами, нос – над верхней губой, а подбородок спускается на шею – мясистый каскад плоти, обваливающийся вниз.

Нужно подготовить все вроде декорации. Если сесть здесь…

Он поставил стул под углом перед мистером Джексоном. Так он все заметит в зеркале, которое отражает вход. Всякий вошедший увидит его в профиль. Нужно выглядеть так, словно он чем-то поглощен.