Джесс Уолтер - Великолепные руины

Всех лошадей, мулов и даже собак колонисты уже съели. Теперь суп варят из седел, старых одеял и кожаных шнурков. Из чего угодно, лишь бы у талой воды появились вкус и запах. В доме Эдди осталось всего несколько кусочков медвежьего мяса. Выбора нет. Эдди собирает добровольцев. Только семнадцать человек готовы отправиться с ним: двенадцать мужчин и мальчишек, пять женщин. Они мастерят из веток и веревок снегоступы и пускаются в путь. Два мальчика сразу поворачивают назад, снег для них слишком глубокий. Даже в снегоступах при каждом шаге люди проваливаются на метр.

Пятнадцать человек сражаются с природой. Два дня уходит лишь на то, чтобы добраться до расщелины. Эдди развязывает мешок на одном из привалов, и сердце у него обрывается. Жена собрала ему в дорогу остатки медвежатины. Пожертвовала собой ради него. Эдди плачет. Он оглядывается и видит дым, поднимающийся над его хижиной.

Неужели единственный способ спасти любимых – это оставить их здесь, а самому идти вперед?

Они продолжают путь. Много дней отряд пробирается по заснеженным тропам, карабкается в горы и спускается по склонам. Налетают бураны. Людям приходится остановиться, снег залепляет глаза. На то, чтобы пройти километр, уходит несколько дней. Кусочков медвежьего мяса надолго не хватает. Люди слабеют от голода. Один из них, Фостер, предлагает пожертвовать кем-нибудь ради спасения остальных. Он предлагает тянуть жребий. Эдди возражает. У каждого человека должен быть шанс. Уж лучше выбрать двоих мужчин, и пусть они дерутся, пока один не убьет другого. Эдди вызывается быть первым. Никто не поднимается с места – нет сил. Наутро просыпаются только тринадцать человек: умирают старик и мальчик. Выбирать не приходится. Путники разводят костер и жарят мясо погибших.

Но мы не показываем подробностей. Это всего лишь… часть трагедии. Люди связывают экспедицию Доннера с каннибализмом. Но те, что спаслись, рассказывали потом, что куда страшнее были голод и отчаянье. Отряд идет вперед много дней. Эдди старается подбодрить товарищей. Умирают еще несколько человек, их тоже съедают. В живых остаются все пять женщин и только четверо мужчин. Двое индейцев и двое белых – Эдди и Фостер. Фостер предлагает застрелить краснокожих и съесть их. Но Эдди против. Он предупреждает индейцев, и те успевают скрыться. Фостер в ярости бросается на Эдди, их разнимают женщины.

Почему мужчины умирают, а женщины остаются жить? У женщин больше подкожного жира, а вес меньше, и пробираться по снегу им легче. Злая шутка судьбы: мужчин убивают мускулы.

Отряд в пути уже восемнадцать дней. Восемнадцать дней они пробираются через горы, ледяные иглы впиваются в щеки. Наконец отряд спускается туда, где снега нет. Семь скелетов идут по лесу. Они видят оленя, но у Эдди нет сил поднять ружье. И все же он целится, стреляет… и промахивается. Эдди бросает ружье на землю. Люди жуют траву, как коровы. А потом Эдди замечает дымок. Индейская деревня. Его спутники уже не могут встать с земли, и Эдди бредет в деревню один.

Вы помните, что золотая лихорадка началась в сорок девятом? До этого в Калифорнии людей почти не было. На месте нынешнего Сан-Франциско стоял городок Эрба-Буено, в нем жили несколько сотен человек.

Камера показывает ранчо у подножия гор. Рядом журчит ручей, кое-где еще видны проплешины снега. Камера отъезжает все дальше, и мы видим, что на много километров вокруг нет жилья. Где-то там, в углу экрана, двое индейцев поддерживают изможденного человека. Камера снова придвигается, и мы видим костлявую фигуру, свалявшуюся бороду, грязные лохмотья, босые ноги. Этот человек…

Вильям Эдди! Ему дают воды. Немного муки, большего его желудку не вынести. Из глаз Эдди катятся слезы.

– Еще шестеро остались в индейской деревне, – шепчет он.

За ними отправляется отряд. Эдди вывел из гор Форстера и пять женщин. Восемь человек погибли в пути. Эдди рассказывает фермерам о тех, кто остался в горах. Он смог! Он дошел!

Но это еще не конец. Первая часть – путь в горы, вторая – путь из ущелья к людям. И наконец, третья – спасательная экспедиция. Семьдесят человек в горах ожидают помощи. Отряд из сорока кавалеристов отправляется на поиски. Возглавляет экспедицию самовлюбленный полковник Вудворт.

Эдди и Фостер не могут пойти с ними, они еще слишком слабы.

Эдди просыпается и видит, как мимо окна едут всадники. Десятки человек.

Несколько дней Эдди мечется в лихорадке. Наконец он приходит в себя. Его первый вопрос: что с остальными. Хозяин дома говорит, что полковник Вудворт остановился в двух днях пути отсюда, пережидает снежную бурю.

Семеро солдат сумели-таки прорваться через перевал. Сами чуть не погибли. Вывели они только двенадцать человек: снег оказался слишком глубоким, да и колонисты совсем ослабели. Некоторые из них умерли в пути.

Эдди долго молчит.

– Что с моей семьей?

Хозяин опускает голову.

Когда солдаты добрались до ущелья, жена и дочь Эдди были уже мертвы. Сынишка выжил, но взять его с собой не вышло: слишком он мал, чтобы идти по снегу.

Эдди садится на постели. Он должен идти. Сын Фостера тоже остался в лагере. Враги заключают перемирие и договариваются отправиться в горы вместе.

Они находят лагерь спасательной экспедиции. Вудворт говорит, что весенние бури очень опасны и его люди с места не сдвинутся. Но Эдди не готов сдаться. Он предлагает двадцать долларов за каждого вынесенного из ущелья ребенка. Несколько солдат соглашаются, и отряд пускается в путь. Они чуть не погибают в горах. Наконец Эдди, Фостер и несколько уцелевших солдат, едва передвигая ноги, добираются до ущелья. Страшное зрелище! На снегу валяются разделанные тела. Куски плоти свисают с крюков, как связки сосисок в мясной лавке. И запах! И отчаянье! Оставшиеся в живых утратили человеческий облик. Эдди едва находит в себе силы зайти в хижину, которую построил в начале зимы. В ней жила его семья, и семья Фостера тоже.

Сын Фостера жив! Отец плачет, прижимая ребенка к груди. Но Эдди опоздал. Его мальчик умер несколько дней назад. Тела нигде нет. Вильям Эдди потерял всю семью. Он в ярости бросается на Кесеберга, который выжил лишь потому, что ел трупы детей. Кесеберг падает. Он уже не человек, он просто животное. Да он и не был никогда человеком. Эдди поднимает руку… и опускает ее. Он не может убить.

Эдди лежит на снегу и смотрит в небо – небо, с которого упала та самая, первая снежинка. Фостер склоняется над Кесебергом. Раз Эдди не может убить эту тварь, Фостер все сделает сам.

– Оставь его, – раздается голос убитого горем Эдди. Он знает, что зверь притаился в каждом из нас, что все мы можем в него превратиться. – Пусть живет, – говорит Эдди.

Вильям Эдди просто выжил. Он смотрит на горы. Человек не вправе рассчитывать на большее. Только на то, чтобы выжить. Перед лицом истории, страданий, смерти мы осознаем, сколь мы беспомощны и сколь самоуверенны. Наш удел – корчиться, укрываясь от ветра, умирать от голода, бороться со зверем в себе. Это и есть жизнь.