Джон Мэтьюз - Дневник убийцы

Сидя на лавке позади Бёрджеса, Ардженти заметил взгляд Тирни, когда тот посмотрел на них из дальнего конца зала суда. Прижав палец к губам, Майкл подмигнул инспектору.

Джозеф резко отвернулся и тупо уставился перед собой. Не стоило ему встречаться с Тирни лично.

Судья задал несколько вопросов, чтобы разъяснить основные моменты представленного дела с каждой стороны, и сделал свое заключение.

Ардженти заметил, что в этот момент Джеймсон проверил свои карманные часы. Стало ясно, что Бёрджесу сделать больше ничего не удастся, и, несомненно, Финли почти решился на конференцию для прессы, которую они планировали устроить позже.

– Мое решение по процедуре суда будет принято в конце этого месяца; на заседании смогут присутствовать только обвинение и защита. – Лоундес решительно взглянул на представителей защиты и обвинения и захлопнул свою папку. – Извещение будет направлено вам в должное время.

Когда он встал, возглас судебного пристава «Встать! Cуд удаляется!» почти утонул в общем шуме зала.

На конференции в Темперанс-холл ожидалось человек пятьдесят-шестьдесят, но в то утро в «Нью-Йорк таймс» на первой странице появилась колонка, призывающая всех желающих узнать из первых рук последние новости об убийствах светских девушек.

Никто из прочитавших заметку Конрада Малгрейва не заметил ее ироничного подтекста. В зале могло уместиться двести человек, но люди заполнили даже проходы между кресел, и стало ясно, что следовало выбрать более просторное помещение.

По тому, как Джеймсон запинался в словах, рассказывая о последних находках, Ардженти понял, как сильно устал его друг.

Он решил вмешаться.

– Из громадной работы, проведенной моим коллегой в последние несколько дней, видно, что наконец-то найдена связь между всеми предполагаемыми жертвами. Чего нельзя было сказать по прошлым изысканиям. Мы откладывали эту конференцию только ради того, чтобы избежать любых ошибочных заявлений.

– Таких, как история с пекарнями, – раздался во втором ряду голос репортера из «Геральд», сопровождаемый хохотом. – Может быть, стоило отложить и это заявление тоже?

– Полагаю, то же самое можно сказать и о заявлении о воскрешении из мертвых Потрошителя, – произнес Ардженти, скосив глаза на Конрада Малгрейва, сидевшего поодаль в том же ряду. – Чего можно было бы избежать, если б кое-кто предварительно подумал.

Он говорил с Малгрейвом в тот день, когда было опубликовано письмо, и убедившись, что оно было напечатано, озвучил свое неодобрение в следующей форме:

– Зная историю этого дела, так же как и вы, и то, что все прошлые признанные письма были написаны от руки, разве вы не обратили внимания на то, что это письмо может быть фальшивым?

– Наша работа заключается в том, чтобы просто сообщать новости, а не анализировать их, – возразил журналист.

– Может быть. Но если для вас важнее посеять панику, а не сообщать достоверную информацию, тогда в будущем мой департамент будет осторожнее относиться ко всему, что публикуется в вашей газете .

После таких комментариев и упреков Ардженти подумал, что Малгрейв будет более сдержан и осторожен. Но когда этот репортер подался вперед, инспектор догадался, что он по-прежнему находится на взводе.

– Мистер Джеймсон, вы заявляете, что только в двух случаях готовы с уверенностью определить схожие отметины от игл, – начал журналист.

– Да, но это лишь потому, что в предыдущих случаях процесс тления уничтожил такие мелкие раны, – объяснил Финли.

Однако Конрад продолжил, словно не услышав его:

– Тем не менее теперь вы уверены, что во всех случаях это является общей причиной смерти светских девушек.

Джеймсон промокнул пот на лбу. От газовых горелок в переполненном небольшом зале стало невыносимо жарко.

– Мы смогли провести тесты других жертв, их кровотока и состояния прилегающих органов, что подтвердило нашу теорию.

Малгрейв медленно кивнул.

– Но это во многом все еще теория, а не уверенное заявление, которое вы обещали в начале этой конференции.

– Я… Я полагаю…

– И вы также заявляете, что есть другие жертвы, еще не опознанные, причиной смерти которых могли быть признаны такие заболевания, как сердечный приступ, простуда или чахотка.

– Да, верно.

– И каким может быть число этих жертв?

Ардженти и Джеймсон переглянулись. Мэр Уоткинс тоже посмотрел на них с дальнего края стола. Хотя они и старались собрать конференцию как можно скорее, чтобы развеять слухи о Потрошителе, все трое решили, что окончательное число возможных жертв может посеять такую же панику.

– Это чисто умозрительно, – произнес патологоанатом. – Теперь нам не поможет никакая цифра. Мы только можем сказать, что шесть жертв, о которых нам известно, были убиты именно этим способом.

– Вы сами признали, что такая причина смерти установлена лишь у трех из шести девушек, – повел бровью Конрад. – Следовательно, даже если говорить о всего полудюжине дополнительных случаев, это означает, что вы подтвердите только треть общего числа возможных случаев. Далеко от тех «окончательных» данных, про которые вы заявляете теперь.

– Я… Я осмелюсь сказать, что мы могли бы рискнуть. – Финли снова промокнул лоб.

Опасаясь, что от усталости он мог стушеваться под ударами вопросов, Ардженти готов был вмешаться, но на губах криминалиста вдруг мелькнула сухая улыбка – его фирменный знак, что он обрел уверенность.

– Но это на сто процентов более бесспорно и убедительно, чем письмо и сопроводительная статья, которые вы сочли нужным опубликовать в вашей газете на днях, мистер Малгрейв, – сказал он.

Обезвреженный колкостью и хохотом со стороны соперников в том же ряду, Конрад до конца конференции так и не смог ничего сказать.

– Думаю, все прошло хорошо, – прокомментировал Джозеф, когда они собирали свои бумаги.

– Да… в итоге. Приношу извинения, что не сразу пришел в себя, – вздохнул Финли.

Ардженти состроил гримасу:

– Этого надо было ожидать, учитывая те часы, что вы с Лоуренсом потратили на доказательство своей теории. Можете законно гордиться собой.

– Да. Полагаю, что могу.

Джеймсон слабо улыбнулся, и инспектор почувствовал беспокойство. Конечно, добившись такого прорыва, его другу следовало быть более оживленным и довольным. Казалось, что его все еще что-то тревожило в этом деле, хотя, возможно, он просто устал от работы.

Ардженти сделал глубокий вдох.

– Хотя бы результатом теперь будет то, что ни одна девушка на Манхеттене не выйдет из дома без сопровождения.

– Не уверен, что это поможет, – возразил Финли.

– Отчего же? – повел бровью Джозеф.

Джеймсон напомнил ему об их испытаниях на улицах всего несколько дней тому назад.