Джон Мэтьюз - Дневник убийцы

В тот вечер ожидался груз кофе, бразильского ореха и специй с Кубы. Лонеган поручил своим самым надежным людям, Джеку Келси и Кори Смиту, возглавить операцию. Они сидели в крытом фургоне в сотне ярдов от того места, где причалил корабль.

Возле корабля им была видна вооруженная охрана, следившая за перегрузкой мешков и ящиков в три крытых фургона, стоявших в конце дока. Но охрана смотрела вперед, а не назад, поэтому не заметила подплывшую лодку и тени людей, поднявшихся из нее на борт.

– Похоже, они будут внутри в любую минуту, – сказал Келси Смиту.

– Ага, – отозвался тот.

Они проследили, как мальчик лет одиннадцати проскользнул через бортовой иллюминатор, а за ним шмыгнули еще двое. Сзади близко подплыла еще одна лодка, едва заметная в чернильной темноте ночи.

Грабители знали, что в двух лодках скрывалась банда из десяти мужчин и четверых юных мальчиков и что еще столько же людей прятались между их фургоном и тремя другими, припаркованными подальше за складом.

Они точно знали, когда мальчишки откроют большие люки и скинут веревки для мужчин, чтобы те могли забраться на борт. Оружие было только у четверых, а остальные держали дубинки, но этого должно было вполне хватить, чтобы внезапно напасть сзади и обезвредить невооруженных членов команды и вооруженных охранников.

Увидев, как охранник положил ружье на трап и поднял руки, Кори и Джек сразу поняли, что атака закончена. По крайней мере, двое портовых грузчиков тоже были в игре Лонегана и поэтому не оказали особого сопротивления.

– Похоже, все идет хорошо, – заметил Смит и посмотрел на карманные часы. – Уже совсем скоро.

Келси кивнул, а потом, увидев несколько своих людей, шедших по трапу с мешками, произнес:

– Просигналю остальным.

Он взмахнул рукой, и через несколько секунд послышался тяжелый топот копыт и грохот железных колес по булыжной мостовой. Из-за склада позади налетчиков выкатились два фургона.

Шум сильно заглушил грохот четырех других фургонов, появившихся из-за другого гаража еще дальше позади них. Но в этих фургонах сидели люди, большинство из которых были вооружены винтовками и пистолетами.

Келси и Смит с ужасом наблюдали, как их людей били и как некоторые из них поднимали руки, сдаваясь. Послышалось несколько выстрелов, и показалось, что кто-то из членов их банды был ранен, но в темноте трудно было разглядеть, кто именно. Некоторые грабители побежали обратно к лодкам или спрятались в фургонах, сообразив, что в такой перестрелке они проиграли.

А потом с той стороны, где скрывались Джек и Кори, раздался леденящий голос:

– Джентльмены, вон из фургона!

Смит и Келси оглянулись и увидели Лайама Монэхэна с нацеленным на них дробовиком. Он подкрался так тихо, что они даже не почуяли его приближения. Затем из темноты возникли еще двое вооруженных людей – у одного из них с забинтованным плечом в руке был небольшой серебристый пистолет.

Тирни разрешил Дэнни Бреннану участвовать в операции, потому что хотел, чтобы люди Лонегана не сомневались, что это возмездие, и поняли, почему на них нападают.

Когда Бреннан подошел ближе, Кори и Джек заметили, что пистолет он держал в руке с забинтованным плечом. Здоровой же рукой Дэнни выхватил из-за пазухи дубинку, и они поняли, что сейчас произойдет.

– Хватит скалиться! – крикнул он, направившись к Келси, более крупному из сидящий в фургоне подельников, и обрушил удар ему на голову.

Джек слегка отклонился, и удар пришелся ему по плечу. Но со вторым ударом ему повезло меньше. Дубинка попала Келси прямо в голову, и он рухнул на землю.

– Заслал людей мордовать меня на моей собственной территории, да?! – Бреннан быстро ударил Джека еще четыре раза, пока обильное кровотечение не охладило его ярость, а потом взялся за пистолет. Плотно прижав его к правому глазу Келси, частично залитому кровью, он произнес: – Думаю, ты знаешь, что теперь произойдет, не так ли?

То, что должно было теперь случиться, обсуждалось заранее с Тирни и Монэхэном. Они специально решили надавить на самого влиятельного подручного Лонегана Джека Келси, но убивать его не собирались. Надо было только хорошенько его напугать и предупредить: « Никогда больше не посягай на нашу территорию и наших людей, иначе в другой раз мы будем жестче ».

Но они не заметили одного из тринадцатилетних мальчуганов Келси и Смита, появившегося ниоткуда. Возможно, ему хотелось выслужиться или показалось, что его босса вот-вот пристрелят.

Монэхэн и его люди были заняты взрослыми, которые могли бы оказать какое-то сопротивление. Они совсем не заметили мальчика, поднявшего валявшуюся дубинку и направившегося в сторону Бреннана.

Дэнни слишком поздно заметил, что это ребенок. Увидев лишь тень летящей в его сторону дубинки, он развернулся и рефлекторно выстрелил, попав мальчику прямо в грудь.

– Значит, когда выясняется, что вас застрелили на сцене, то это лишь пакет с кровью? – спросил Ардженти девушку, представленную Ральфом Беллини ее сценическим именем Эсмеральда.

– Да. Когда я хватаюсь за грудь, будто бы застреленная, взрывается мешочек, спрятанный у меня в руке, и появляется красная краска, – объяснила актриса. – А потом я падаю на сцену, словно мертвая.

В театр Торнтон Финли и Джозеф явились за час до начала спектакля. Ральф Беллини и его ассистентка обычно тоже приезжали в это время, чтобы подготовиться к выступлению.

Ральф поначалу неохотно распространялся об особенностях своего представления.

– Среди иллюзионистов и фокусников сильна конкуренция, каждый старается перенять у соперника самое лучшее. А еще существуют строгие правила Магического сообщества, запрещающие раскрывать секреты мастерства, – заявил он следователям.

Они поклялись, что все останется в пределах расследования и не попадет в газеты, и после таких заверений остановить Беллини стало невозможно.

Он откинул занавес в конце сцены, представив посетителям стеклянный стакан высотой в десять футов, до краев наполненный водой. Гвоздь его программы. Сбоку, к открытому верху стакана, поднималась винтовая железная лестница. Фокусник загнул уголок уса и лукаво улыбнулся, сообщив, что в своем представлении он изображает настоящего злодея.

– …А потом, сделав холостой выстрел, я вместе с ассистентом засовываю тело Эсмеральды в футляр и накрепко запираю его замками. – Он сделал жест в сторону своей помощницы и стоящего в стороне футляра. – Затем мы несем его по ступенькам на самый верх и бросаем в воду, чтобы у зрителей обязательно перехватило дух, когда он тонет.

Ральф завертел рукой, показывая, как ящик тонет, а потом более сложным движением руки указал в дальний угол сцены.