Кен Фоллетт - Опасное наследство

Эдвард уже играл в баккара. За столом рядом с ним стояло пустое кресло, и Мики сел в него. Никто ничего не сказал по поводу его отсутствия.

Ему раздали карты.

– Выглядишь как-то не очень, – сказал Эдвард.

– Да, – спокойно произнес Мики. – Наверное, суп сегодня был несвежим.

Эдвард взмахом руки подозвал официанта.

– Принесите этому человеку бокал бренди.

Мики посмотрел на свои карты. Девятка и десятка, идеальная комбинация. Он поставил соверен.

Сегодня удача на его стороне.

Через два дня после гибели Солли Хью посетил Мэйзи.

Она сидела одна на диване в черном траурном платье, из-за которого выглядела маленькой и совершенно незначительной на фоне пышного убранства гостиной в роскошном доме на Пиккадилли. На лице ее застыла печаль, а красные глаза говорили о бессонных ночах. Сердце Хью сжалось.

Увидев Хью, она встала и бросилась в его объятья.

– Ах, Хью. Он был лучшим из нас!

При этих словах Хью не мог сдержать слез. До этого он был слишком ошеломлен, чтобы плакать. Гибель Солли была ужасной, он менее всех других заслуживал такой страшной участи.

– Да, в нем не было никакой злобы, – сказал Хью. – Он просто был не способен на дурные чувства. Я знал его пятнадцать лет, и он со всеми был исключительно добр.

– Почему такое происходит с хорошими людьми? – спросила Мэйзи, сдерживая рыдания.

Хью задумался. Всего лишь несколько дней назад он узнал от Тонио Сильва, что Мики Миранда убил Питера Миддлтона. Поэтому он никак не мог отделаться от мысли, что и к смерти Солли каким-то образом причастен Мики Миранда. Полиция сообщила, что перед своей гибелью Солли спорил с неким хорошо одетым джентльменом на улице. Хью видел, как Мики входил в клуб «Коуз» примерно в то же время, поэтому этот негодяй точно находился поблизости.

Но мотивов убивать Солли у Мики не было. Напротив, Солли собирался заключить сделку о совместном финансировании железной дороги в Санта-Марии, которая была так нужна Мики. Зачем ему убивать своего благодетеля? Хью решил не делиться с Мэйзи своими подозрениями.

– Это трагическая случайность, – сказал он.

– Извозчик говорит, что Солли толкнул какой-то человек. Если свидетель невиновен, то почему он убежал?

– Возможно, он пытался ограбить Солли. По крайней мере, так пишут в газетах.

Газеты все были посвящены исключительному случаю – жуткой гибели известного банкира, одного из самых богатых людей мира.

– Воры ходят в вечернем костюме?

– Было почти темно. Извозчик мог ошибиться.

Мэйзи отстранилась от Хью и села.

– Если бы ты немного подождал, то мог бы жениться не на Норе, а на мне.

Хью поразился ее откровенности. Та же мысль промелькнула у него через несколько секунд после того, как он услышал новость, но он устыдился ее. Как это типично для Мэйзи – сказать вслух о том, что думают они оба! Он не знал, что отвечать, поэтому отделался глупой шуткой:

– Если бы Пиластер взял жену из Гринборнов, то это была бы не свадьба, а слияние.

Мэйзи покачала головой.

– Я не Гринборн. Семья Солли так на самом деле и не приняла меня.

– Тем не менее ты, должно быть, унаследовала изрядную долю банка.

– Ничего я не унаследовала, Хью.

– Но это невозможно!

– Это так. У Солли не было своих денег. Его отец выделял ему ежемесячно большую сумму, но не передал часть капитала, и все из-за меня. Даже этот дом мы снимали. Мне принадлежат одежда, мебель и украшения, поэтому голодать я не буду. Но я не наследница банка, как и малыш Берти.

Хью удивился тому, как семейство Солли обошлось с его женой, и рассердился.

– Старик ничего не дал даже своему внуку?

– Ни пенни. Сегодня я виделась со своим свекром.

При этих словах Хью, как друг Мэйзи, почувствовал себя лично оскорбленным.

– Это возмутительно.

– Зато я подарила Солли пять лет счастья, а в обмен он мне подарил пять лет светской жизни. Теперь я могу вернуться к обычному существованию. Продам украшения, вложу деньги в акции и буду спокойно жить на доход.

У Хью с трудом укладывалось это в голове.

– Ты что, уедешь жить к родителям?

– В Манчестер? Ну, не настолько уж я отчаялась. Останусь в Лондоне. Рейчел Бодвин открывает больницу для незамужних рожениц, буду работать у нее.

– О больнице Рейчел много говорят. Многие считают это скандальной затеей.

– Тогда она мне точно подойдет!

Хью все еще был раздосадован тем, как Бен Гринборн обошелся со своей снохой. Он решил заехать к нему и постараться переубедить его, но Мэйзи он об этом не скажет. Ему не хотелось подавать ей ложных надежд.

– Только не принимай необдуманных решений, ладно?

– Каких, например?

– Например, не выезжай из дома. Гринборны могут попытаться конфисковать твою мебель.

– Хорошо, не буду.

– И тебе потребуется адвокат для защиты твоих интересов.

Мэйзи покачала головой.

– Я больше не принадлежу к тому классу людей, которые вызывают адвоката, как вызывают лакея. Мне нужно следить за расходами. Не стану обращаться к адвокату, пока не буду уверена, что меня обманывают. И я не думаю, что такое случится. Бен Гринборн не настолько бесчестный человек. Он просто строгий: тверд, как железо, и столь же холоден. До сих пор поражаюсь, как у него мог родиться такой добрый и отзывчивый сын.

– Да ты философ, – сказал Хью, восхищаясь ее мужеством.

Мэйзи пожала плечами.

– У меня была удивительная жизнь, Хью. В одиннадцать лет я была бродяжкой, а в девятнадцать богачкой.

Она дотронулась до кольца на пальце.

– Этот бриллиант, пожалуй, стоит больше всех денег, что моя мать видела за всю жизнь. Я устраивала лучшие балы в Лондоне, встречалась с известными людьми, танцевала с принцем Уэльским. Я не жалею ни о чем. Ну разве что о том, что ты женился на Норе.

– Она мне очень дорога, – сказал Хью не слишком убедительно.

– Ты сердишься, что я не пошла на связь с тобой, – снова откровенно высказалась Мэйзи. – В тебе бушевала страсть, и ты выбрал Нору, потому что она напоминала тебе меня. Но она – это не я, и теперь ты несчастлив.

Хью поморщился, словно его ударили. Ее слова поразительно походили на правду.

– Тебе она никогда не нравилась.

– Можешь считать, что я ревную, и, пожалуй, ты прав. Но я по-прежнему уверена, что она тебя не любит и что вышла за тебя только ради денег. Надеюсь, хотя бы это ты понял со времени вашей свадьбы?

Хью подумал о том, как Нора отказалась заниматься с ним любовью чаще одного раза в неделю и как изменилось ее настроение, когда он сделал ей подарок. Почувствовав себя несчастным, он отвернулся.

– Ей тоже приходилось несладко. Не удивительно, что она захотела обеспечить себя, как только появилась возможность.

– Не настолько она была нуждающейся, как я в свое время, – презрительно сказала Мэйзи. – Тебе же тоже пришлось оставить школу из-за недостатка денег. Дурным стремлениям нет оправданий. В мире полно бедняков, которые понимают, что любовь и дружба гораздо ценнее любого богатства.