Кен Фоллетт - Опасное наследство

Мики никогда особенно не ценил девственность, но было бы забавно посмотреть на испуганную незнакомку, для которой все это еще в новинку.

– Сколько ей лет?

– Семнадцать.

«То есть скорее двадцать три», – подумал Мики, зная, как Эйприл оценивает возраст своих девушек. И все же интересно, что она там приготовила.

– Ты видел ее?

– Да, но она в маске, конечно же.

– Разумеется.

Интересно, что ее привело сюда? Наверняка какая-нибудь провинциальная девчонка, сбежавшая из дома и оказавшаяся в Лондоне без гроша в кармане. А может быть, ее похитили с фермы или она работала горничной по шестнадцать часов в день за шесть шиллингов в неделю?

Его руки коснулась женщина в едва прикрывавшей глаза черной маске-домино. Мики сразу же узнал Эйприл.

– Настоящая девственница, – сказала она.

Уж она-то не упустит возможности вытянуть из Эдварда небольшое состояние за привилегию воспользоваться сомнительной девственностью девчонки.

– Ты сама щупала ее между ног? – недоверчиво спросил Мики.

Эйприл покачала головой.

– Это необязательно. Я и так понимаю, когда девушка говорит правду.

– Если я не почувствую, что там что-то порвалось, то не заплачу, – предупредил Мики, хотя оба знали, что платить будет Эдвард.

– Договорились.

– И что она там напридумывала про себя?

– Говорит, что сирота, воспитанная дядей. Он захотел поскорее сбыть с рук обузу и пообещал выдать ее замуж за одного старика. Когда же она воспротивилась этому браку, он выгнал ее на улицу. Я спасла ее от тяжелой работы.

– Ты настоящий ангел! – с сарказмом воскликнул Мики.

Он не поверил ни единому слову в этой истории. За маской выражения лица Эйприл было не разглядеть, но он был уверен, что она что-то скрывает.

– А теперь хотелось бы узнать правду, – сказал он, окинув ее более строгим взглядом.

– Я уже все сказала. Если не хочешь, то у меня на примете еще шесть мужчин, которые заплатят столько же, если не больше.

– Да-да, мы хотим ее, – нетерпеливо вмешался Эдвард. – Хватит спорить, Мики. Давай посмотрим на девчонку.

– Третья комната. Она ждет.

Мики с Эдвардом поднялись по лестнице, на ступенях которой сидели обнимавшиеся парочки, и прошли в комнату номер три.

Девушка стояла в углу. На ней было простое муслиновое платье и плащ с полностью закрывавшим лицо капюшоном с прорезями для глаз и рта. В душу Мики снова закрались подозрения. Вдруг им подсунули необычайную уродину? Это что, розыгрыш?

Между тем девушка дрожала, очевидно от страха, и Мики почувстствовал, как внутри его разгорается страсть. Чтобы запугать ее еще больше, он быстро пересек комнату, грубо расстегнул ворот ее платья и просунул руку к груди. Она поморщилась, в ее голубых глазах отразился ужас, но она осталась на месте. Груди у нее были маленькие и плотные.

Ее страх пробуждал в нем зверя. Обычно они с Эдвардом сначала некоторое время играли с женщиной, но сейчас он решил действовать напролом.

– Залезай на кровать и становись на колени, – приказал он.

Она подчинилась ему. Он взобрался на кровать сзади и поднял ее юбку. Из уст девушки вырвался слабый крик. Под юбкой у нее ничего не было.

Проникнуть в нее оказалось легче, чем он ожидал: должно быть, Эйприл дала ей крем для смазки. Почувствовав сопротивление девственной плевы, он ухватился за ее бедра и решительно потянул к себе. Пленка порвалась, девушка принялась всхлипывать, и это настолько возбудило Мики, что он почти тут же разрядился.

Встав с кровати, он освободил место для Эдварда. На его члене краснели пятна крови. Он ощущал некоторую досаду от того, что все прошло так быстро; ему вдруг захотелось вернуться домой и лечь в кровать с Рейчел. Потом он вспомнил, что она ушла от него, и ему стало еще хуже.

Эдвард тем временем перевернул девушку на спину. Она едва не скатилась с кровати, он ухватился за ее лодыжки и подтянул к себе. При этом капюшон частично слетел с ее лица.

– О бог ты мой! – выпалил Эдвард.

– Что там? – спросил Мики без особого интереса.

Эдвард стоял на коленях между бедер девушки, зажав свой член в руке и с изумлением взирая на ее полуоткрытое лицо. Мики догадался, что он ее узнал. Девушка попыталась натянуть капюшон ниже, но Эдвард перехватил ее руку и полностью откинул капюшон.

Их взорам предстали большие голубые глаза и детское личико жены Эдварда Эмили.

– Это действительно что-то новенькое! – воскликнул Мики и расхохотался.

Эдвард заревел от ярости.

– Ты, грязная корова! Ты меня опозорила!

– Нет, Эдвард, – бормотала она сквозь рыдания. – Ты не так понял, я хотела помочь тебе! Помочь нам!

– Теперь об этом все узнают! – крикнул Эдвард и ударил ее по лицу.

Эмили застонала и попыталась вырваться. Он ударил ее снова.

Мики смеялся как сумасшедший. На его взгляд, это был самый смешной случай во всей его жизни: мужчина приходит в публичный дом и встречается со своей женой!

В комнату ворвалась Эйприл.

– Оставь ее! – крикнула она и попыталась оттянуть Эдварда от Эмили.

Эдвард оттолкнул ее.

– Я наказываю свою жену, не мешай!

– Ты идиот. Она только хотела ребенка.

– А получит мой кулак!

Борьба на кровати продолжилась. Эдвард размахнулся, но в этот момент Эйприл ударила его по уху. От неожиданности и боли Эдвард испустил вопль, а Мики едва не упал на пол, заходясь в истерическом смехе.

Наконец Эйприл оттянула Эдварда от его жены.

Эмили встала с кровати, но, как ни странно, не попыталась тут же убежать. Вместо этого она заговорила с мужем:

– Давай попробуем еще. Пожалуйста, Эдвард. Я сделаю все, что ты захочешь! Все, что тебе угодно!

Эдвард снова налетел на нее с кулаками. Эйприл ухватила его за ноги, и Эдвард упал на колени.

– Беги, Эмили, пока он тебя не пришиб! – крикнула она.

Эмили выбежала из комнаты в слезах.

– Я разберусь с этой паршивой сучкой! – не унимался Эдвард, грозя пальцем Эйприл.

Мики упал на диван, держась за бока и покатываясь от хохота.

Одним из самых ожидаемых событий лондонского сезона был бал, который Мэйзи Гринборн устраивала в честь середины лета. Она всегда приглашала самый лучший оркестр, подавала самые изысканные деликатесы, украшала помещение самыми лучшими декорациями и не скупилась на шампанское. Но главной причиной, по которой все старались попасть на этот бал, был, конечно принц Уэльский.

На этот раз Мэйзи решила на своем балу представить свету новую Нору Пиластер.

Затея, конечно, была рискованной, потому что в случае неудачи пострадать могла репутация не только Норы, но и самой Мэйзи. Но если все пройдет хорошо, то никто больше не посмеет отзываться о Норе с пренебрежением.

Перед балом Мэйзи дала обед для небольшого круга знакомых из двадцати четырех человек. Принц приехать не смог, но на обеде присутствовали Хью с Норой, выглядевшей великолепно в небесно-голубом платье с атласными бантами. Открытое платье особенно выгодным образом подчеркивало бледную кожу ее плеч и пышные формы груди.