Мартин Гилберт - Черчилль. Биография

В первые две недели после начала войны Черчилль получил письмо от Колина Торнтон-Кемсли, который полгода назад безуспешно боролся с ним за место в парламенте в его избирательном округе. «Вы неоднократно предупреждали нас о немецкой опасности, и вы были правы, – написал Торнтон-Кемсли из армейского лагеря. – Кузнечик в траве уже не гордится тем, что оглашал поле своим стрекотом. Прошу не утруждать себя ответом – вы, несомненно, чрезвычайно заняты на своем посту, который, к нашей всеобщей радости, заняли в это опасное для Британии время».

Черчилль ответил, написав своему бывшему оппоненту: «Я твердо уверен, что англичане обязаны быть честными друг перед другом с самого начала этой тяжкой борьбы, и, на мой взгляд, с прошлым покончено».

Утром 4 сентября на совещании Военного кабинета Черчилль, в надежде ослабить огромное давление немецкой военной мощи на польском фронте, предложил нанести совместный удар французской армии и британской авиации по линии Зигфрида, вынудив немцев оборонять свою западную границу. Его предложение не прошло. Но это стало постоянной целью Черчилля: искать любую возможность для активных действий, ускорять любые меры, не допускать рутины и проволочек. Каждый день он диктовал десятки записок своим подчиненным с предложениями о новых действиях или с вопросами. Вечером 4 сентября он говорил своим советникам: «Первый лорд направляет эти записки своим морским коллегам для рассмотрения, критики и корректировки и надеется получать предложения к действиям в желаемом смысле». Когда вопрос оказывался срочным, Черчилль наклеивал на свою записку ярко-красную полоску, на которой были напечатаны два слова: «ВЫПОЛНИТЬ СЕГОДНЯ».

Немецкие подводные лодки начали систематически топить британские торговые суда. Черчилль сделал предложение, пометив его как «чрезвычайно важное», чтобы сводки новостей Адмиралтейства «поддерживали репутацию его правдивости». Область его ответственности быстро вышла за пределы войны на море. 6 сентября Чемберлен назначил его в комитет Военного кабинета, чтобы оценить количество британских сухопутных войск и время, за которое они будут полностью укомплектованы. Это решение неоднократно откладывалось довоенным правительством. «Мы должны занять свое место в строю, – заявил Черчилль своему комитету 8 сентября, – если хотим сохранить альянс и выиграть войну». Он поставил задачу сформировать к марту 1940 г. двадцать британских дивизий, готовых к боевым действиям вместе с французами, и еще пятьдесят пять, полностью экипированных и готовых к боевым действиям, – к концу 1941 г. Но против ускоренной подготовки новых сухопутных дивизий выступило Министерство авиации на том основании, что это может негативно сказаться на темпах самолетостроения. Мобилизация заводов, на которой Черчилль неоднократно настаивал в годы пребывания не у дел, проходила слишком медлительно, чтобы соответствовать военным нуждам Британии в самый нужный момент.

Черчилль продолжал настаивать на строительстве теневых фабрик [37], которые, если их не создать заранее, нельзя построить внезапно, когда в них возникнет срочная надобность. 9 сентября Черчилль написал Кингсли Вуду, который не верил в возможность создания пятидесяти пяти армейских дивизий в течение двух лет без ущерба для военно-воздушных сил: «Простите меня, если я предлагаю к вашим услугам свой опыт и знания, обретенные на практике». Черчилль уже предполагал худшее, обусловленное нехватками и задержками довоенного времени, но внешне демонстрировал полную уверенность. Узнав, что посол Британии в Риме сэр Перси Лорен уже выступал за возможность мирных переговоров после поражения Польши, Черчилль записал: «Похоже, Лорен недооценивает нашей решительности. Ему следует вернуть более бодрое расположение духа».

9 сентября в обстановке строжайшей секретности первые части британского экспедиционного корпуса без потерь переправились во Францию. Черчилль, чьи боевые корабли сопровождали их, повторил одно из своих величайших достижений августа 1914 г. Дважды за двадцать пять лет он обеспечил благополучную переброску британской армии во Францию.

В этот же день для облегчения изучения массы технических материалов, поступающих к нему ежедневно, и для проведения научно-исследовательской проверки новых научных идей Черчилль назначает Линдемана «личным советником первого лорда по научным вопросам». Через месяц он делает его руководителем специального статистического отдела в своем личном кабинете с задачей предоставления «еженедельной картины процесса всего нового производства с демонстрацией отставания от сроков контрактов». Линдеман и команда, работавшая под его руководством, также представляли еженедельные доклады о производстве боеприпасов, торпед и поставках топлива. Через короткое время доклады Линдемана стали неотъемлемой частью повседневной работы Адмиралтейства. Черчилль каждое утро тщательно изучал их, высматривая слабые места или потенциальные опасности, чтобы бороться с ними.

Как и в августе 1914 г., первый наступательный план Черчилля для британского флота предполагал вторжение на Балтику. Он предложил провести морскую экспедицию в составе двух линкоров, вооруженных 15-дюймовыми пушками, для обозначения угрозы морскому побережью Германии. 12 сентября он изложил свою идею советникам, указав датой желательного осуществления этого плана март 1940 г. «Я предлагаю эти идеи к вашему рассмотрению, – написал он, – в надежде на готовность преодолеть все трудности». Через два дня он настоятельно просил Военный кабинет использовать всю наступательную мощь британской авиации для ударов по немецким предприятиям, производящим синтетическое горючее, которые расположены «в удалении от гражданского населения». Кингсли Вуд в ответ заявил о необходимости держать «малые и разрозненные военно-воздушные силы» Британии в неприкосновенности до тех пор, пока нет угрозы самой Британии. Он сказал, что к марту 1940 г. положение «неизмеримо улучшится».

15 сентября Черчилль доложил Чемберлену об обнаружении «большого количества артиллерии военного времени», которое он сам отправил на хранение в 1919 г. Пушки и боеприпасы, которые он, как министр вооружений, в то время направил на склады, теперь могли представлять «серьезное подспорье не только для наших небольших экспедиционных сил, но и для великой армии». Вечером Черчилль на поезде отправился на военно-морскую базу в Скапа-Флоу, где в очередной раз убедился в очень медленном процессе предвоенной подготовки. Оборонительные сооружения Скапа не могли быть подготовлены ранее весны 1940 г. Он также выяснил, что во флоте недостаточно эсминцев для сопровождения каждого линкора.