Роберт Шекли - Лабиринт Минотавра (сборник)

Довольно ей было подойти к нему на фут или ближе, как он начинал дрожать. А если она прикасалась к нему, он буквально падал в обморок. Может, это и было в своем роде лестно, но отнюдь не вело к великому сексуальному удовлетворению, для какого была создана Меллисента. В сущности, об удовлетворении вообще не могло идти и речи. Артур был слишком переполнен благоговейным уважением к ней и ненавистью к себе, чтобы коснуться ее или позволить ей коснуться себя.

В общем-то она не собиралась брать инициативу в свои руки. Богини, хотя в принципе ничего не имеют против агрессии, все же предпочитают, чтобы за ними ухаживали обычным порядком и чтобы решительные действия предпринимали мужчины. А для Артура самая мысль о том, чтобы физически приблизиться к ней, была равносильна оскорблению величества, почти равна богохульству.

Неважно, сколько раз она прямо говорила ему об этом, – он никак не мог взять в толк, что она жаждет его. Он все равно спрашивал себя: кто я такой, чтобы меня возжелала богиня? И в ответ всегда слышалось: несчастный зануда, вот ты кто. И уж такие мысли не могут вести к успешному ухаживанию.

Меллисента поняла его затруднения. К тому времени она вполне разобралась в психологии мужчин, даже изучила ее на скорую руку, и распознавала низкое мнение о себе, когда сталкивалась с чем-то подобным. Она решила выждать благоприятного момента – а Артур пусть пока попривыкнет к ней.

Обдумав еще раз совет Гермеса, она решила поискать нового консультанта и договорилась о беседе с Минохом, некогда верховным богом сирийцев – ближайших соседей ливанцев. Она поддерживала с ним дружеские отношения с давних пор и привыкла ценить мудрость старшего бога.

Разыскав Миноха на ранчо в западной части Божьего царства, она начала без обиняков:

– У меня возникла проблема.

– Я мог бы догадаться и сам. На твоем совершенном лобике пролегла морщинка. Не позволяй никаким проблемам портить свою внешность, моя дорогая.

– Тогда помоги мне выпутаться.

И она поведала Миноху, как ее угораздило влюбиться в смертного, как она отправилась к нему и как он отверг ее, да и теперь, по-видимому, благоговейно боится.

– Ты когда-нибудь любила смертного прежде? – осведомился Минох.

– Нет, никогда. Мне это даже в голову не приходило.

– Каждому лишь свой собственный опыт в науку, – изрек Минох. – И все же то, что испытываешь ты, нет-нет да случалось и прежде. И всякий раз возникали трудности. Со стороны смертных.

– Он, кажется, не в силах забыть, что ниже меня.

– С полным на то основанием. Он обыкновенный человек. А ты богиня.

Меллисента испустила вздох.

– И с этим ничего не поделаешь?

– Есть один способ. Право, я удивлен, как ты сама до него не додумалась.

– Поведай!

– Слушай меня внимательно, моя дорогая. В том, что я скажу, присутствует доля риска, но результат почти гарантирован. Ты не думала о том, чтобы сделать ему подарок?

– Это он должен осыпать меня подарками!

– Артур! – позвала Меллисента вечером, едва они остались одни.

– Да, любовь моя?

– Хочу сделать тебе подарок.

– Ужасно мило с вашей стороны. Но, пожалуй, не стоило бы…

– Тебе не интересно, что именно я дарю?

– Уверен, вы и сами скажете, когда захотите.

Меллисента вздохнула. Почтительность, присущая Артуру, порой просто выводила из себя. Однако сегодня она твердо решила, что останется милой и ласковой.

– Вот, дорогой.

Она достала коробочку, спрятанную на груди, и протянула Артуру. Тот принялся вертеть коробочку в руках, бормоча:

– Красиво, очень красиво…

– Открой.

– Ну конечно. Я как раз собирался это сделать.

Он открыл коробочку – там оказалось кольцо. Вроде бы железное и совсем простенькое, не считая того, что по окружности выгравированы занятные письмена.

– Замечательно красивое, – сказал Артур, но таким скучным тоном, что Меллисента едва сдержала желание пнуть его.

– Надень.

– Не знаю, стоит ли. Со мной ничего не случится?

– Артур, – произнесла Меллисента, уже не в силах сдержать мелькнувшей в голосе угрозы, – скорее с тобой что-нибудь случится, если ты не послушаешься.

– Ладно. Хорошо. – Он надел кольцо на указательный палец – оно пришлось впору. – А теперь?

– Теперь лучше бы тебе ненадолго прилечь.

– Зачем мне лежать?

– У кольца есть определенные… качества. К ним надо привыкнуть.

Артур внезапно побледнел.

– Я чувствую что-то непонятное!

– Ну да, – отозвалась Меллисента. – Так, наверное, и должно быть.

– Какой-то свербеж в желудке.

– Именно в желудке чаще всего проявляется первый эффект.

– Первый эффект чего? Меллисента, что вы вложили в кольцо?

– Ничего плохого, дорогой. Полежи чуть-чуть. Будешь доволен, это я тебе обещаю.

Артур подчинился и лег. Меллисента отошла в уголок и уткнулась в журнал мод. Прошло двадцать минут. Она еще не изучила все последние парижские модели, когда Артур вскочил с кровати.

– Что? – спросила она, не поднимая глаз.

– Меллисента, что вы со мной сделали?

– С чего ты взял, что я что-то сделала?

– Только посмотрите на меня!

Отложив журнал, Меллисента оглядела его с головы до ног. Ему пришлось сменить одежду, поскольку он стал гораздо крупнее. Росту в нем теперь было более шести футов, и плечи пропорционально расширились. Волосы, прежде тусклые, мышиные, сделались золотыми и кудрявыми. Даже черты лица изменились. Короче, надевая кольцо, он выглядел болваном, а теперь стал супермолодцом.

– Нравится? – осведомилась Меллисента. – Вот такой я выбрала для тебя подарочек.

– Но что вы сделали?

– Я дала тебе внешность и способности полубога.

– Мне? Полубога?

– Полюбуйся сам на себя.

– Внешность – полдела. Настоящий полубог обладает способностями, недоступными обыкновенным людям.

– Проверь себя. Увидишь, что ты превосходишь всех во владении оружием, да и в борьбе без оружия тоже, что ты знаешь назубок все полезные заклинания… И многое другое умеешь тоже.

– Многое другое? Что?

– Твои возможности укрепились во всех отношениях, – ответила Меллисента сдержанно. – Если ты понял, что я подразумеваю.

– Вы подразумеваете то, что, по-моему, подразумеваете?

Она быстренько прочла его мысли, чего обычно избегала: чтение мыслей означало бы непрошеное вторжение в чужую жизнь и дурное собственное воспитание. Но на сей раз это представлялось необходимым.

– Да, – подтвердила Меллисента, – ты прав. Ты приобрел несравненные возможности в самых сладких областях жизни, а также несравненную способность наслаждаться ими.

– Ух ты! – воскликнул Артур.