Дэвид Бекхэм - Моя команда

Несколько дней спустя Стива представили нам в качестве нового тренера первой команды. Когда тебе столько помогали в отработке самых различных элементов игры, как это было в моем случае, причем начиная с первых дней, еще в команде «Риджуэй Роверз», было бы неправильно говорить о «наилучших методах тренировки» или о «самом лучшем тренере». Но о чем бы я все же сказал наверняка, так это о том, что Стив Маккларен привнес в эту непростую работу очень своеобразные — и очень личные — качества. Его техническая оснащенность, его организованность, его умение снабжать подопечных информацией на тренировочном поле были и остаются абсолютно непревзойденными. Кроме того, ему присущ действительно открытый ум. Как только Стив слышал о чем-то новом, он немедля это опробовал. И если оно срабатывало, мы использовали такое новшество в дальнейшей работе. Но и в противном случае мы, предпринимая попытку, ничего не теряли. И когда в феврале 1999 года он пришел на «Олд Траффорд», то очень быстро завоевал y всех спортсменов подлинное уважение.

«Юнайтед» — это команда, всегда способная и готовая к борьбе, даже на тренировках. Игроки то и дело активно прессингуют друг друга, а также тренерский штаб. Мы жестко идем в отбор. Время от времени отец-командир должен вмешиваться в тренировку и остужать страсти, потому что атмосфера слишком накаляется. Причем в этом клубе дела обстоят именно так на всех уровнях, начиная с молодежных команд. Так уж мы все воспитаны — в духе отчаянного желания победить, невзирая на то, что это всего лишь игра пять на пять, на тренировке в пятницу утром. Стив сразу уловил этот дух и понял также, что в нашем стиле главным является владение мячом, а посему он заботился о том, чтобы весь тренировочный процесс сосредоточивался именно на этом. Кроме того, новый второй тренер не раз заставлял нас веселиться. В моменты свободного полета своей фантазии Стив Маккларен выглядел на поле действительно весьма элегантно; мне кажется, он считал себя кем-то вроде Гленна Ходлла, когда раздавал хитроумные пасы на тренировочных полянах Каррингтона. Когда Стив пришел в клуб, мы уже набрали приличный ход, но он прекрасно поддержал парней, полностью нацеленных на «Ноу Камп», хотя сам смог наложить действительно свой, сугубо оригинальный отпечаток на игру команды только в следующем сезоне.

«Манчестер Юнайтед» в последние сезоны навлек на себя немалую критику в связи с отношением клуба к розыгрышу кубка федерации, особенно после того, как команда не стала защищать звание его обладателя в 2001 году, когда нас попросили участвовать в новом чемпионате мира среди клубов, организованном ФИФА в Бразилии. Могу сказать в этой связи лишь то, что наш отец-командир — равно как и каждый футболист «Юнайтед» — любит участвовать в самых различных соревнованиях, и не в последнюю очередь по той причине, что они сыграли столь важную роль в том сезоне, когда мы сделали триплет и победили сразу в трех главных турнирах. И в кубке федерации наша рубка в третьем круге с «Ливерпулем» была одним из самых впечатляющих событий сезона 1998/99 годов. «Ливерпуль» благодаря усилиям Майкла Оуэна забил нам почти сразу после начала игры, а затем мы в течение последующих восьмидесяти минут так и сяк давили на них, но не сумели создать при этом ни единой действительно хорошей голевой ситуации. Надо сказать, атмосфера на стадионе была настолько же благоприятной, как если бы я играл в родных стенах «Олд Траффорда». Возможно, на ход матча повлиял тот факт, что это была кубковая встреча, а «Ливерпуль» имел в этом турнире больше болельщиков, чем в премьер-лиге. Но в этот, уже почти безнадежный момент на замену вышел Оле Гуннар Солскьер (мне сейчас кажется, что в том сезоне он всегда выходил на поле со скамейки запасных). И мы почти сразу сравняли счет. Затем Оле в самом конце основного времени забил победный гол, и публика пришла в неистовство: на сей раз драматизм сюжета был столь же напряженным, как и соперничество двух конкурентов. Но победил все же «Юнайтед».

Кубковым матчам вообще присуща особая острота. Лига чемпионов становится намного более захватывающей и для болельщиков, и для игроков именно на той стадии, когда соперники играют на вылет. В 1999 году нам в четвертьфинале по жребию выпало играть против миланского «Интера». В любом случае это был бы захватывающий матч, но здесь с самого начала особый шум вызывал тот факт, что предстояла первая встреча на футбольном газоне Дэвида Бекхэма и Диего Симеоне, который на уровне клубного футбола выступал тогда за «Интер», попав в его состав как раз после чемпионата мира и матча в Сент-Этьенне. Никого, похоже, особенно не интересовало, кто победит в этой паре; по меньшей мере, половина предматчевых прогнозов посвящалась вопросу о том, кто перед началом первой встречи, намеченной на «Олд Траффорде», будет и кто не будет пожимать руку конкретного соперника.

Что же касается меня, то единственной проблемой, которая для меня действительно имела значение, была сама игра. Впрочем, существовало одно соображение, по поводу которого я принял решение заранее: я попробую после финального свистка заполучить футболку Симеоне (теперь она красуется у меня дома рядом с формой всех других видных футболистов, против которых я выступал на протяжении своей карьеры). В голове у меня сидела в тот вечер еще одна мысль — единственная мысль, которая, быть может, казалась мне более важной, чем футбольный матч, в котором я готовился выступать. Виктории предстояло произвести на свет нашего ребенка, и это могло произойти в любой день. Я сидел в имевшемся на «Олд Траффорде» зале для игроков, ожидая, когда нужно будет пойти на общее собрание команды перед началом встречи, и в этот момент зазвонил мой мобильный телефон. На экране дисплея высветился номер Виктории. Это оно. Оно произошло. Как оказалось, Виктория сообщила мне, что у нее был приступ резкой боли, но в целом все обстоит хорошо. Она чувствовала себя прекрасно и желала мне удачи, и я отправился на собрание команды со спокойной и ясной головой.

Перед играми Лиги чемпионов игроки хозяев поля, прежде чем мяч будет введен в игру с центра поля, продвигаются вдоль шеренги соперников, обмениваясь с ними рукопожатиями. Я до сих пор помню настоящий взрыв фотовспышек, когда я лицом к лицу оказался с Симеоне. В ходе самого матча мы не очень-то часто видели друг друга вблизи, исключая единственный эпизод, когда мы почти столкнулись, и он попал мне бутсой по лодыжке. Мне никогда не узнать, сделал он это умышленно или нет. Важным здесь было то, что я никак не отреагировал. Этот вечер превратился для нас в большой успех. В первой половине я сделал два хороших навеса, которые отлично использовал Дуайт Йорк, и заключительный счет так и остался 2:0. «Интер» оказался командой, против которой действительно трудно играть, но указанный результат был вполне справедливым. Я чувствовал себя счастливым человеком, когда после окончания встречи снова разговаривал с Викторией по телефону. Она рассмеялась от удовольствия, после того как я сказал ей, что заполучил футболку Симеоне и что тот даже чмокнул меня в щеку, когда мы в конце покидали поле. А с моей Спайс-девушкой мы договорились, что на следующий день я после тренировки отправлюсь в Лондон.