Даниэла Стил - Благословение

После того как они познакомились и привыкли друг к другу, доктор достала две анкеты и начала заполнять их. Она задала им массу вопросов, касающихся состояния их здоровья как в прошлом, так и в настоящем. Брэд был приятно удивлен, заметив, что жена ведет себя с врачом абсолютно непринужденно и откровенно делится с ней интимными вещами. Она сказала, что делала аборт, когда ей было девятнадцать лет, хотя об этом ужасно не любила вспоминать, и Брэду она призналась в этом как-то ночью, изрядно выпив перед этим, и добавила, что с того дня, когда она это сделала, и по сей день она чувствует себя преступницей. Правда, у нее были веские причины, оправдывающие ее нежелание иметь ребенка: она была на первом курсе колледжа, и ребенок лишил бы ее возможности продолжать учебу, а отец ребенка, первый мужчина в ее жизни, исчез, узнав о беременности Пилар. На помощь и сочувствие родителей она не могла рассчитывать. В отчаянии Пилар решилась на аборт, который сделала нелегально в испанском квартале. И теперь, уже не в первый раз, она удивилась тому, что тот давний аборт может быть причиной того, что она теперь не может забеременеть. Но доктор Вард заверила ее, что это совсем не обязательно.

— Многие женщины, перенесшие даже по нескольку абортов, рожают после этого совершенно нормальных детей, и совсем не обязательно, что после аборта женщина не может забеременеть. Вот если во время аборта в организм попадет инфекция — тогда другое дело. Но судя по тому, что вы рассказали, все у вас было в порядке. — Ее слова сразу же успокоили Пилар.

Они поговорили о детях Брэда, о том, как супруги предохранялись все эти четырнадцать лет, и после того, как она узнала то, что касалось их двоих, она начала задавать вопросы, касающиеся только Пилар, и в конце концов сообщила ей, что, исходя из ее ответов, она не обнаружила ни малейшего повода считать, что у нее могут возникнуть проблемы с зачатием ребенка.

— Существует ли какая-нибудь определенная причина, по которой вы здесь оказались? Судя по вашим рассказам, волноваться пока совершенно не о чем, а три месяца бесплодных стараний зачать ребенка — довольно незначительный срок, чтобы обращаться к специалисту. — Доктор Вард говорила уверенным тоном, с дружеской улыбкой на губах, и Пилар чувствовала, что она ей все больше и больше нравится.

— Это все подходит шестнадцатилетним, доктор Вард. Мне же уже сорок три. И я не думаю, что располагаю достаточным количеством времени, чтобы чего-то ждать.

Да, это правда, и мы сразу можем сделать кое-какие анализы, проверить ваш гестагенный уровень, который может влиять на способность организма забеременеть; обследовать вашу щитовидную железу и выявить работу пролактина все с теми же целями. Было бы желательно выяснить ваш гестагенный уровень выше обычной точки, чтобы убедиться, что яйцеклетка оплодотворяется. Надо будет ежедневно измерять температуру, чтобы составить график базальной температуры тела, как мы его называем, БТТ. Также вы можете попробовать принимать слабый возбудитель с хломифеном, посмотрим, может, это подействует. Обычно сорокалетним женщинам хломифен не всегда помогает, но, если вы хотите, мы можем попробовать. Этот гормон заставит ваш организм вырабатывать больше гестагенных веществ, что поможет вам забеременеть.

— У меня из-за этого могут вырасти волосы на подбородке? — не удержалась от вопроса Пилар, но Хелен Вард только рассмеялась в ответ.

— Никогда о таком не слышала. Хотя вы, может быть, будете чувствовать легкое напряжение, что-то наподобие стресса в течение тех пяти дней, пока будете принимать лекарство, и еще несколько дней после этого. У некоторых возникают незначительные проблемы: ухудшается зрение, появляются слабые головные боли, тошнота, иногда наблюдается резкая смена настроения, но в большинстве случаев ничего серьезного не происходит.

— Я думаю, мне стоит попробовать, — уверенно сказала Пилар. — Может быть, можно попробовать что-нибудь более сильное? Гормональные уколы, например?

— Не думаю, чтобы это сейчас было так уж необходимо. Не стоит слишком усердствовать, вмешиваясь в естественный ход вещей.

Она не хотела форсировать события, не имея для этого веских оснований. Доктор Вард полагала, что, если бы у пациентки были серьезные проблемы, она сама попросила бы ее принять более действенные меры. Она могла попросить сделать ей искусственное оплодотворение, когда с помощью гормонов в яичниках образуются несколько яйцеклеток, потом они извлекаются оттуда и оплодотворяются в пробирке спермой мужа, после чего помещаются в матку, в надежде, что это вызовет беременность. Оплодотворение яйцеклетки таким способом иногда бывает очень удачным, но только в том случае, когда и сперма, и яйцеклетки — абсолютно здоровы, но даже и тогда нет гарантии, что женщина наверняка забеременеет. Но для Пилар в ее возрасте об искусственном оплодотворении не могло быть и речи. Многие медицинские центры уже давно отказались делать его сорокалетним женщинам. К тому же этот процесс — не из легких. Для его успеха необходим вводить в организм большие дозы гормонов, а для того, чтобы манипулировать с яйцеклеткой, нужен очень опытный специалист, так что только десять или двадцать процентов этих операций были успешными. И те немногие беременности, возникшие в результате искусственного оплодотворения, считались чуть ли не даром божьим.

Доктор Вард взяла у Пилар кровь для нескольких простых анализов, выписала ей рецепт на хломифен, попросила ее начать измерять температуру по утрам перед тем, как встать с постели, и показала, как составляется график БТТ. и, наконец, дала ей набор пробирок и инструментов, с помощью которого Пилар должна была выделить лютеинизирующий гормон перед овуляцией.

— У меня такое впечатление, будто я вступила в морскую пехоту, — пожаловалась Пилар Брэду, когда они уходили, нагруженные набором пробирок и указаниями доктора о том, когда им теперь положено заниматься любовью.

— Надеюсь, что это не так. Мне она понравилась. А ты что думаешь? — На Брэда произвели большое впечатление ее мудрость и осторожность. Она отказалась сразу принимать серьезные меры, так как прекрасно понимала, что Пилар достаточно хорошо осведомлена в этом вопросе и прекрасно знает, к чему могут привести слишком поспешные и ошибочные решения.

— Мне тоже она понравилась. — Хотя Пилар была слегка разочарована, в глубине души она надеялась, что доктор сотворит какое-нибудь чудо. Но та, оказалось, придерживалась консервативных методов, хотя именно это и было им нужно. В любом случае их выбор был ограничен из-за возраста Пилар. Она была стара для искусственного оплодотворения, если бы даже оно им понадобилось. Может быть, она стара даже для хломифена, хотя испробовать его она собиралась.