Саманта Янг - Поиграем

— Джим, — выдохнула я.

Он ослабил свою хватку, удивление и серьезность, кружили в его темных глазах.

— Я вернулся за тобой.

В шоке от услышанного, мои пальцы впились в его плечи. Что это значит?

Читая вопрос в моих глазах, он поставил меня на ноги, но не отпустил. Джим наклонил голову к моему уху, и произнес шепотом, правда от эмоций слова казались громкими:

— Я так скучал по тебе. И это ненормально, учитывая, как «долго» мы знаем друг друга. Но я чувствую, будто знаю тебя всю свою жизнь, Нора. Хотя, нет! Я вообще не знаю тебя… и все, что хочу в этой жизни — знать о тебе все. Хочу, чтобы я знал тебя лучше всех. Мысль о том, что какой-то другой парень получит такой шанс, физически ранит. Понимаю, ты можешь подумать, я потерял рассудок, но когда мы с Родди приехали в Лас-Вегас, все, о чем я думал, это про прекрасную Нору, и что в этом городе я моментально могу жениться на ней и увести домой.

Потрясенная до глубины души, я могла только смотреть на него, пока в голове пролетала тысяча мыслей.

Конечно, огромная часть меня думала, что парень спятил!

Но и была также часть, которая считала, что он совершенно искренен.

— Я люблю тебя, — Джим нервно улыбнулся мне. — Я влюбился в тебя. Ты не похожа ни на одну девушку, которую я когда-либо встречал. Кажется, ты мудрее своих восемнадцати. Я не могу разобрать, о чем ты думаешь, и это сводит меня с ума. Ты добра, заботишься о людях. И ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел в своей жизни.

Его прекрасные слова погрязли в беспорядочных мыслях.

Всплыло воспоминание о том, как Джим говорил, что я заслуживаю большего от жизни. Он оказался парнем, который не только предлагал любить меня, по-настоящему любить меня, но и предлагал в жизни большее.

Он предлагал мне бежать.

Не могу объяснить, насколько эта мысль захватила меня. Будто некому монстру, который скрывался внутри меня в течение долгого времени, кто-то открыл клетку. Это было эгоистично, поглощаемо и голодно. И так целеустремленно.

— Ты… ты просишь меня выйти за тебя и переехать в Шотландию?

Джим страдальчески кивнул.

— Ты думаешь, я сумасшедший, не так ли?

— Да. Абсолютно. Я так думаю.

Его хватка ослабла, и он опустил глаза.

— Я понимаю.

— Но… — Большая часть меня так и хотела сказать «да», хоть это так безумно.

Джим посмотрел на меня, в глазах застыла надежда и недоверие.

— Но?..

Несмотря на то, что чувствовала тошноту, я также испытала прилив адреналина. А его я не чувствовала в течение долгого времени. От этого я стала ощущать себя живой. На самом деле живой.

— Можешь дать мне день, чтобы подумать?

— День? — Джим быстро кивнул. — День я могу подождать.

— Хорошо. — Я всем телом дрожала. — Хорошо. — Я не могла поверить, что даже думаю об этом. — Приезжай сегодня в полночь. Паркуйся на улице подальше от моего дома. Тогда я дам ответ.

Джим издал дрожащий выдох.

— Я не могу поверить, что ты подумаешь об этом. Родди сказал, что я сумасшедший, но я… несмотря ни на что, не мог вернуться домой, не сказав, что я люблю тебя.

Страх и надежда были странными друзьями — я чувствовала легкомысленность. Я немного покачнулась, и Джим потянулся, чтобы поймать меня.

— Ты в порядке?

— Так много эмоций. — Я немного истерично рассмеялась. — Э-э… ладно… Я собираюсь подумать. Сегодня ночью?

— Сегодня ночью, — кивнул Джим. И затем он поцеловал меня мягко, сладко и пробормотал: — Иди, Нора. Я защищу тебя, дам тебе все. Обещаю.

Я оплатила счета, но едва помню, как сделала это. Не помню, говорила ли я с кем-то в «Мей», здоровалась ли с людьми, которых знаю всю свою жизнь. Я едва помнила, как садилась в автобус и ехала в нем пятьдесят минут. Но я очнулась, стоя у входа на кладбище графства Донован. Единственное, как могла описать свое состояние — словно кто-то поднял меня, и так сильно потряс, что мои внутренности поменялись местами.

Сжав скользкие от пота ладони в кулаки, я собралась с духом и заставила себя пройти через вход. Я не приходила сюда уже год. С тех пор как поняла, что застряла в Доноване.

После пятиминутной прогулки я нашла ее.

В вечной памяти

Мелани Дьюитт

1993–2005 гг

Любимая дочь, сестра и друг

Навсегда в наших сердцах

Как всегда, глаза и нос ужалили слезы, и я обрадовалась, что в этой части кладбища больше никого не было. Подошла к могиле и села рядом с черным надгробием.

— Привет, Мел… — Мой голос был слезный и хриплый. — Мне жаль, что я долго тебя не посещала.

Наступила тишина, и затем мягкий порыв ветра обезглавил высохшую розу на могиле Мели. Я засмеялась. Розы были моими любимыми цветами. Мел это знала.

— Я воспринимаю это как сердитый привет. И заслуживаю этого. Прости. — Я погладила надгробие и прислонилась к нему щекой, позволив свободно литься слезам. С Мелани я могла быть откровенна в своих чувствах. — Я просто не хотела тебя разочаровывать. Видела бы ты, как Стейси смотрит на меня. Боже, твоя сестра думает, что я неудачница. Хотя я так себя и чувствую… Знаю-знаю, ты так не думаешь. Но я тебя подвела, Мел. Я пообещала, что свалю отсюда, найду место, где проживу удивительную жизнь. Не только за себя, но и за тебя. Я обещала тебе, что сделаю свою жизнь экстраординарной для нас обоих. — Я вздрогнула, пытаясь взять себя в руки. — Все это было обещано тебе. Все. Но я все еще здесь… И я работаю в проклятом ресторане быстрого питания, и собираю оскорбления своего отца.

Нежный ветерок прошелся по волосам, и мне представилось, что это моя подруга. Я закрыла глаза, желая услышать ее голос, но с годами он исчез из памяти. Я все еще могла видеть ее лицо, как она улыбается, но как бы сильно не пыталась, больше не могла ее слышать.

— Я скучаю по тебе, — прошептала я. — Я скучаю по тому, кто меня знает. В самом деле, знает меня. Лучше, чем самого себя. У меня больше нет этого, Мел… И я знаю, эгоистично сидеть здесь и говорить об этом тебе, но, как и всегда, ты единственный человек, с кем я могу поговорить. — Я вытерла щеки и вздохнула.

После минуты молчания призналась:

— Я встретила кое-кого. Парня. Он из Шотландии. — Я улыбнулась, зная, насколько Мелани понравилось бы это. — Я думаю, он немного чокнутый: говорит любит, а сам знает меня всего несколько недель. На самом деле он даже не знает меня, — я нахмурилась, прислушиваясь к своим чувствам. — Я так скучала по нему, когда он уехал, так что думаю влюбилась в него. Но это рулетка, верно? Огромный риск. Он хочет, чтобы я вышла за него замуж. — Я рассмеялась. — Знаю-знаю, ты бы сказала, что я сумасшедшая. Ты думаешь, я спятила, только думая о женитьбе в восемнадцать. Мы всегда говорили, что никогда не будем такими девушками, и воплотим свои мечты, прежде чем подумаем о том, чтобы влюбиться… Но он хочет чтобы я поехала в Шотландию вместе с ним. Шотландия. Я никогда не была дальше Индианаполиса.