Даниэла Стил - Быстрые воды [litres]

На столе стояла большая ваза для фруктов, в которой лежали два стетоскопа. А в салатнице были сложены коробки с лекарствами. Жюльетта огляделась по сторонам, удивляясь тому, что не обнаружила никаких следов наводнения.

– Похоже, все осталось так, как и было, – сказала она.

Она смущенно подняла с пола несколько белых халатов и повесила их на крючок в ванной комнате. А потом попыталась привести в порядок тапки.

– Вы вообще проводите здесь хоть какое-то время? – спросил Шон.

Он был удивлен спартанской обстановкой ее квартиры. Все было печальнее, чем он ожидал. Квартира выглядела как место для ночлега, каким она и была для Жюльетты. Они заглянули в холодильник, в котором ничего не было, кроме засохшего лимона и банки диетической кока-колы.

– Я стараюсь бывать здесь как можно реже, – смеясь, ответила ему Жюльетта. – Я здесь только сплю, а когда у меня есть время, меняю постельное белье. Иногда я сплю прямо в больнице, если перерыв между моими дежурствами слишком короткий. И я никогда не ем дома.

– Вы еще хуже, чем я, – заметил Шон. – У меня в холодильнике две банки классической кока-колы и бутылка пеллегрино. Вы обставили меня с лимоном. Но зато у меня в морозилке уже три года лежит замороженная пицца. – И тут он удивил ее еще больше. – Не хотите ли как-нибудь поужинать со мной? Настоящий ужин, не моя антикварная пицца. Похоже, нам обоим это не повредит.

Он улыбнулся ей в неверном свете фонаря.

– Это было бы славно, – тихо сказала Жюльетта, хотя она не могла себе представить, как они смогут поддерживать отношения. Это не вписывалось в их рабочие графики, но, может быть, они смогут стать просто друзьями.

– Вы когда-нибудь надеваете обычную одежду, когда вы не на работе?

– А как же, я надевала платье на первое причастие. Белое, из органди. А моя невестка подарила мне на Рождество эротическое белье. – Шон рассмеялся над ее словами. – Я до сих пор не сняла с него ярлычки.

– Я думаю, мы отлично подходим друг другу, – откровенно заявил Шон.

Они собрались уходить, потому что делать в ее квартире им было нечего. Но он был прав, Жюльетта испытала облегчение оттого, что ее дом не затопило и она не лишилась того немногого, что там было. Ей было бы очень жаль, если бы ее книги намокли и даже если бы пострадали ее любимые тапки. Ей потребовалось два года, чтобы разносить их.

– С чего вы это решили? Почему бы вам не пойти на свидание с девушкой, одетой в нормальную одежду, в туфлях на каблуках и с макияжем? Я отложила все это до того времени, когда окончу ординатуру. Я не люблю, когда меня что-то отвлекает от работы.

Это было правдой, к тому же свидания с мужчинами казались ей гораздо более скучными, чем занятия медициной.

– Может быть, нам обоим необходимо немного разнообразить свою жизнь, – сказал он, пристально глядя на нее.

– Это правда, – согласилась Жюльетта. Шон нравился ей. Ей нравилась его честность, та карьера, которую он для себя избрал, и явное отсутствие эгоизма, что делало его таким непохожим на таких самовлюбленных типов, как Уилл Хелтер из ее отделения. – Но почему вы выбрали меня?

Что он нашел в ней? Этого она не могла понять. Она никогда не считала себя роковой женщиной или даже просто привлекательной для мужчин особой. Она так привыкла работать с мужчинами бок о бок, что уже не рассматривала их как потенциальных партнеров. Они были для нее просто коллегами и приятелями, и она знала все их слабости и недостатки.

– Ответ на это очень прост, – сказал Шон, когда она закрыла дверь и опустила ключи в карман своего халата. – Вы красивы, умны и добры. Это идеальная комбинация, которая встречается очень редко, – пояснил он.

Они сели в машину, и он включил зажигание.

– Да, хороших парней тоже найти непросто, особенно умных, – улыбнулась Жюльетта. – А у большинства врачей немыслимо огромное эго. Их трудно принимать всерьез, и их невозможно терпеть дольше пяти минут.

Она видела, что Шон был совсем не таким, несмотря на его красивую внешность. Но, как и она, он мало думал о своих собственных достоинствах.

– Так что вы об этом думаете? Поужинаем как-нибудь, когда все немного придет в норму? – спросил он по дороге в больницу.

– Конечно. Почему бы и нет? Только предупредите меня заранее, чтобы я взяла взаймы платье у кого-нибудь из медсестер, – пошутила она.

Шон покачал головой.

– Нет, вы мне нравитесь такая, какая есть. Не стоит беспокоиться. Вы отлично выглядите в халате, – сказал он. – Просто наденьте то белье, которое подарила вам невестка, на случай если мы захотим узнать друг друга поближе.

Несмотря на ее мешковатый халат, он видел, что у нее роскошная фигура.

– Может быть, я берегла его для вас, просто не знала об этом, – кокетливо сказала Жюльетта, а потом повернулась к нему, когда он припарковал машину у входа в отделение экстренной помощи. – Вдруг, по иронии судьбы, этот чертов ураган принесет нам что-то хорошее, после того как доставил столько горя множеству людей? Может быть, и в нем есть что-то положительное? Я уже много лет не думала о своей личной жизни.

– Я тоже. Но когда я встретил вас, я словно проснулся и вспомнил, что мне тридцать пять лет и я еще не умер. Мы помогаем людям пережить катастрофы, но у нас тоже есть право на маленькие радости. Вы когда-нибудь задумывались над этим?

– Нет, но, может, стоило бы, – серьезно сказала Жюльетта. – Это ведь их катастрофы, а не наши. И было бы славно немного вместе отдохнуть.

– Вот это разговор!

Он посмотрел на нее, и его охватило огромное желание поцеловать ее, но он сдержался. Когда и если это произойдет, он хотел, чтобы это было чем-то особенным, наполненным смыслом для них обоих, а не просто небрежным жестом, каким это явилось бы сейчас.

– Я заеду завтра, чтобы повидать вас, – пообещал он.

Жюльетта вышла из машины и, обернувшись, улыбнулась ему.

– Спасибо. Я чудесно провела время. И спасибо за то, что дали мне возможность побывать дома. Я постараюсь не забыть купить свежий лимон, когда вы соберетесь навестить меня.

– Отлично!

Жюльетта помахала ему и направилась к дверям, а Шон проводил ее взглядом. Раньше он никогда не заводил романов с теми, с кем ему приходилось встречаться по работе. Но всегда что-то бывает в первый раз. И в тот момент, когда он увидел ее, он подумал, что в ней есть что-то особенное. А теперь он был убежден в этом.

– Где ты была? – спросила Михаэла, когда Жюльетта вернулась в отделение.

Она пришла со своего перерыва на двадцать минут позже, чем следовало, и это было непохоже на нее.

– Я ездила домой проверить, как там дела, – сказала Жюльетта.

Она достала из кармана сандвич, чтобы съесть его перед тем, как вернуться к работе.

– И как там? – участливо спросила Михаэла, готовая выразить свое сочувствие, если наводнение нанесло ущерб ее дому.