Б. Хэмел - Бэйсд

— Ну вот! — сказала Трейси, когда я дал гире упасть на пол, задыхаясь.

— Чёрт, разве не должно быть проще? — спросил я.

Она засмеялась.

— Ну, вообще, ты не должен был это поднимать. Ты намного опередил график.

— Что сказать? Я всё делаю на полную мощь.

— Ну вот. Всегда выкладывайся на полную.

Я засмеялся и улыбнулся ей. Несмотря на то, что она была моим личным инквизитором, женщина мне нравилась. А немногим ранее я узнал, что Трейси гомосексуальна, что избавляло меня от скрытых подкатываний и всякого прочего дерьма. Может это и звучало хвастливо, но я поимел слишком много своих друзей-девушек и только немногие из них остались моими друзьями. Мне не хотелось портить отношения и с физиотерапевтом.

И потом, это стало бы отличным материалом для Джесс.

— Всё. На сегодня хватит. — Я посмотрел вверх, когда команда начала отключать аппаратуру, а Джесс подошла к нам с Трейси.

— Закончили пораньше? — спросил я.

— Возьмём перерыв. Клифф хочет поговорить с тобой.

Я думал, что услышу о нём немного раньше, но знал, что, по крайней мере, одной беседы с отцом Бри мне не избежать.

— Кто такой Клифф? — спросила Трейси.

— Хозяин дома, — сказал я.

— И мой босс, — добавила Джесс. — И ещё немного хиппи.

Я засмеялся.

— Он хиппи из Лос-Анджелеса, и, по сути, это не считается.

— Хиппи с огромным банковским счётом, — сказала Джесс.

— Разве это не яппи? — спросила Трейси.

Я покачал головой.

— Нет, это другое.

— В любом случае, ты хорошо поработал сегодня. Увидимся позже.

Я будто вернулся в футбольную команду старшей школы: тренировки дважды в день каждый день.

— Увидимся, тренер.

Она засмеялась и ушла, чтобы переодеться или что она там делала в свободное время. Я оглянулся на Джесс.

— Когда он ждёт меня?

— Наверно, сейчас. Он возле бассейна.

Я вздохнул. Плохим парням не полагался отдых. Я встал с некоторым усилием, игнорируя попытку Джесс помочь. Она вручила мне трость, и я пошёл к выходу, накинув полотенце на плечи.

— Хорошо отдохнуть, ребята, — сказал я команде. Несмотря на то, что они тыкали камерами мне в лицо целыми днями, парни были неплохими людьми.

Я пошёл через кухню, чтобы выиграть время. Надеялся, что Клифф устанет меня ждать и уйдёт, чтобы делать всё, что ему заблагорассудится с избытком своего времени и денег, но мне не повезло. Он сидел у бассейна, одетый в свои обычные штаны цвета хаки и рубашку с зелёным воротником. Мужчина привстал, когда я приблизился, его глаза были скрыты за солнечными очками.

— Линкольн Картер, как поживаешь?

Я скорчил лицо.

— Хожу, более или менее.

— Это и в самом деле очень приятно видеть. В последний раз, когда я был дома, ты был в коляске.

Если честно, Клифф не утомлял меня своим присутствием в доме, хотя, по сути, должен был наблюдать за мной в течение всего испытательного срока. Однако плевать я хотел, чем он занимался, пока звонил моему куратору и не трахал мою мать.

— Физиотерапия проходит хорошо. Мне нравится Трейси.

— Я, правда, рад это слышать. У неё прекрасные рекомендации.

Я попытался сесть на стул рядом с ним. Хоть я и ненавидел себя за слабость, мне не удалось скрыть боль, которая отразилась на моём лице, когда я вытянул перед собой ноги, пытаясь справится с судорогами.

— Она заслуживает повышения.

— Может быть. — Секунду он смотрел на меня. — Как съёмки?

— Спроси Джесс. Она не показывает мне материал.

— Я говорил с ней, и кое-что видел, но хотел услышать твоё мнение. Это твой бренд и твой проект, если на то пошло.

— Не уверен, что понимаю, чего ты от меня хочешь, Клифф. Я не хотел этого начинать.

— Это не значит, что у тебя не должно быть мнения.

Я сжал челюсть, чувствуя, что начинаю злиться. Уже то, что он заставил меня сниматься в этом дерьмовом реалити-шоу, документальном фильме или в том, чем бы это ни было, и я не собирался хоть чем-то ему помогать. Насколько я понял, это был его проект, и я хотел как можно меньше принимать участия в нём.

— Пока это просто куча нарезок, где я стону и потею, и ещё какие-то интервью со мной. Не верю, что кому-то это будет интересно.

Клифф засмеялся.

— Да, возможно, ты прав.

— И всё-таки мы продолжим?

— Верь мне и Джесс. Мы знаем, что делаем.

— Ты спросил моё мнение, и оно заключается в том, что всё это пустая трата времени.

Он улыбнулся.

— Ладно. Возьму на заметку.

— Ты за этим меня звал?

— Ты часто видишься с Обри?

Я задумался, оказавшись обезоруженным. Я не ожидал этого вопроса.

— Не особо. Ровно столько, сколько приходится, мы ведь живём в одном доме.

— Хорошо. С ней все в порядке?

— Не знаю, спроси у неё.

— Ты ведь знаешь, какими бывают дети в её возрасте, — сказал он, качая головой. — Она не хочет ничего говорить своему папе.

«Может, потому что ты засранец?» — подумал я. Но вслух сказал:

— Она и со мной не особо откровенна.

— Я хочу попросить тебя об услуге, Линкольн.

— Ещё услуги?

Он засмеялся.

— Совсем небольшую. Не сближайся с Обри.

Я прищурился.

— Что?

— Я знаю, что вы двое сводные брат и сестра, но будь любезен, держись от неё подальше.

— Какого чёрта ты говоришь мне это?

Он вздохнул.

— Пожалуйста, ты ведь неглупый человек. Не принимай это на свой счёт.

— А как тогда я должен это принимать?

— Послушай, — сказал Клифф, снимая солнечные очки. — У Обри большое будущее. Я не знал, что она приедет домой, иначе придумал бы для тебя что-нибудь ещё. — Мужчина замолчал и вперился в меня взглядом. — У тебя имеется определённая репутация. Ты не можешь это отрицать. Я знаю, ты благородный парень, но это так.

— И ты не хочешь, чтобы я запятнал нашего непогрешимого ангела?

— Собственно, да.

— Засранец.

— Знаю. Это непросто не принимать на свой счёт. Но внешность и репутация имеют значение, независимо от их правдивости. Я знаю, ты хороший парень, но весь мир не знает. У Обри невероятно блестящее будущее впереди, но я боюсь, что её будут ассоциировать с человеком, у которого такая репутация, как у тебя, и это уничтожит все шансы получить работу её мечты.

— Иисусе, Клифф. Я будто смотрю дешевый фильм. Сюжет похож на «Грязные тайны».

Он засмеялся.

— Кроме того, что вы родственники.

— Да, от этого сюжет ещё более шокирующий.

Я вдруг осознал, что сжимаю кулаки, и мне захотелось съездить по его самодовольной роже, и бить по ней до тех пор, пока он не истечёт кровью.

— Понимаю. Ты считаешь, что я последний засранец. Но, несмотря на то, что я о тебе знаю и на то, кто ты есть на самом деле, намного важнее то, каким люди видят тебя. Я не хочу ставить под удар будущее Обри только потому, что она ассоциируется с Бэйсдом Картером. Даже если Линкольн Картер хороший парень.