Барбара Данлоп - Брошь Афродиты

— С кем?

— С парнем на улице.

— Только что?

Что, черт побери, за идиотский вопрос?

— Да, только что. А ты сегодня целовалась с несколькими?

— Ты имеешь в виду Брэдли?

— Я не знаю, как его зовут.

Ее щеки вновь порозовели. Сейчас Сидни выглядела скорее смущенной, чем испуганной.

— И ты звонишь в детективное агентство только потому, что увидел, как Брэдли Слендер поцеловал меня?

— Я позвонил в детективное агентство, потому что ты провела полдня с этим Брэдли вместо того, чтобы выполнять свою работу.

— Я была с ним всего пару минут.

— Как обидно! — фыркнул Коул.

— Ты думаешь, у нас с ним был секс?

В комнате повисла тишина, и Сидни негодующе уставилась на своего собеседника.

— Ты целовалась с ним, — пожал плечами тот.

— Но это не я, а он поцеловал меня. В щеку. На улице.

— Что-то я не заметил, чтобы ты дала ему пощечину.

— Но я и не поцеловала его в ответ. Мне просто хотелось, чтобы он поскорее ушел. Я провела весь сегодняшний день, разыскивая информацию о броши. И я скорее покончу с собой, чем пересплю с этим человеком.

Что-то внутри Коула расслабилось. Плохой знак! Неужели он устроил всю эту сцену только из ревности?

Ее глаза сверкали от гнева, когда она подошла к нему ближе.

— И ты обидел меня, придя к подобному выводу. И все из-за того, что я переспала с тобой.

— Прости!

— Это не дает тебе права…

— Прости!

Она перевела дух.

— Ты хам. Знаешь это?

— Я хам, — кивнул он.

— Тебе должно быть очень стыдно, — она приставила указательный палец к его груди.

— Да. Мне очень стыдно, — снова кивнул он. Сидни взглянула ему в глаза, и ее голос смягчился.

— Я очень надежный человек и, если надо, могу предоставить соответствующие рекомендации.

— Мне не нужны рекомендации, — прошептал он.

— Тогда что тебе нужно? — она пыталась понять выражение его лица.

Что ему нужно? Знать, что она на его стороне и у ее поступков нет скрытых мотивов. А кроме того, и это, пожалуй, самое важное, быть уверенным в том, что чувства не возобладают над его разумом. Ему было стыдно сознаться, но он становился рабом собственной страсти.

Когда он вдыхал аромат ее волос, что-то смутное и сильное просыпалось в нем, затмевая все остальное. Ему хотелось обнимать ее, целовать и заниматься с ней любовью.

Эриксоны всегда получали то, что хотели. А Коул хотел Сидни.

Он склонил голову и приблизил свои губы к ее.

Сидни могла отойти, если бы захотела, но она не отодвинулась. Он погрузил руки в ее волосы. Как же он мог не заметить, какие они шелковистые!

— Я так соскучился, — прошептал он. — Я так по тебе соскучился.

Неужели прошла всего неделя с того дня, когда они занимались любовью? Эта неделя показалась ему вечностью.

— Я тоже очень соскучилась, — выдохнула она, и ее горячее тело прижалось к нему. — Но ты женишься на ком-то другом…

— А для тебя это просто деловое соглашение…

Их поцелуй с каждой секундой становился все более чувственным и глубоким.

— Коул, — простонала Сидни. — Что ты со мной делаешь?

— Что ты делаешь со мной? — пробормотал он в ответ.

Она обхватила его шею руками.

— Коул, пожалуйста… — выдохнула она.

— Проси все что угодно, — отозвался он.

— Нам пора идти.

— Что?

Она отодвинулась.

— Нам нужно ехать в Майами.

Коул решил, что он ослышался.

— Что?

— Я кое-что узнала… И позвонила Гвен… Нам нужно лететь в Майами.

Он внимательно взглянул на нее.

— Сейчас?

— Сейчас. Здесь Брэдли. Мы не можем терять время.

От одного лишь упоминания имени Брэдли у Кроула кровь забурлила в венах.

— Ты так называешь наши объятия? Пустая трата времени?

Сидни отступила на шаг назад и уперла руки в бока.

— Послушай меня внимательно, Коул Натаниэль…

Он замер.

— Я хочу тебя так, как никогда еще до этого никого не хотела. И будь у меня выбор…

— Ты хочешь меня?

— Да.

— Но мы уезжаем?

— Да!

— Как интересно! Ты, значит, хочешь меня? — Жизнь тотчас показалась Коулу не такой уж мрачной. До Майами всего четыре часа. Они прилетят туда еще до рассвета. Им будет чем заняться до открытия антикварных магазинов…

Она покачала головой.

— Да, я хочу тебя. Мне нужно это как-то продемонстрировать?

— И ты все еще будешь хотеть меня в Майами?

— Нет, если ты сейчас же не заткнешься. Коул усмехнулся.

— Умолкаю.

— Вот и замечательно. Собирай вещи!

— Вызвать такси?

— Нет. Брэдли может следить за отелем. Давай выберемся через задний ход и поймаем такси через пару кварталов.

— Это возбуждает, когда ты строишь из себя секретного агента, — он легонько сжал ее в объятиях.

Она с видимым нетерпением взглянула на него.

— Уровень желания заметно снижается. До Майами может не хватить.

— Замолкаю надолго.

— Умница!

Как только дверь отеля в Майами захлопнулась, Коул тотчас заключил Сидни в объятия, и страсть в считанные мгновения овладела ими.

Склонив лицо к груди Коула и вдыхая его запах, Сидни застонала от удовольствия.

— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, запуская руку ей в волосы.

В ответ она принялась молча расстегивать пуговицы его рубашки.

Они потеряли шесть дней, хотя могли бы прожить их как в раю.

Коул поднял Сидни на руки и отнес в спальню.

Там он бережно положил ее на огромную кровать, лег рядом и, убрав волосы с ее лица, тихо и восторженно произнес:

— Ты прекрасна.

До чего же приятно чувствовать себя красивой и желанной!

Утреннее солнце озарило величественную картину океанского побережья. А в номере отеля Коул кормил Сидни клубникой со сливками. Несмотря на ранний час, бутылка шампанского была уже наполовину пуста.

После очередной ложки Коул наклонился и, поцеловав Сидни в ее клубничные губы, спросил:

— Ну что, наелась, принцесса?

— Принцесса? — чуть отклонившись, спросила она.

— Не нравится? Тогда буду звать тебя горячей штучкой.

Сидни с наигранным удивлением приподняла брови, а потом рассмеялась:

— Не слишком почтительно. «Принцесса» мне нравится больше!

— А если я буду звать тебя красивой, умной, веселой и божественной леди?

— Длинновато, но в целом неплохо.

Коул забрал у нее бокал с шампанским.

— Иди сюда. — Он потянул Сидни на кровать.

Они легли, и она положила голову ему на плечо.

Коул принялся нежно ласкать Сидни, с наслаждением вдыхая запах ее волос.

— Тебе, похоже, известно о некоторых сторонах жизни моей семьи чуть ли не больше, чем мне самому. Откуда ты почерпнула столько информации?

— Я настырная. И задаю много вопросов.

— А можно ли мне задать тебе один вопрос?

— Валяй.

— Ты говорила про приемных родителей.

Она кивнула.