Helga Duran - Одержимость

– Никита только что говорил мне, что очень торопится, – ответил вместо меня Кир, давая мне жирный намек на то, что мне следует поскорее убираться отсюда.

– Но я хочу, Кирилл, чтобы он остался ненадолго! – ничуть не смутившись, заявила Валерия.

Она перевела взгляд с меня на Кира и чуть вскинула бровь. Узнаю, Лерку – характер все тот же! Кирилл ничего не ответил, просто отошел от дверного проема, пропуская во двор сначала Валерию, а затем и меня.

Проходя мимо Уманского, я всей шкурой чувствовал его негодование, хоть он этого и не показывал. Мое желание побыть в обществе Валерии было намного сильнее недовольства ее мужа, поэтому я постарался проигнорировать Уманского.

Мы вошли в дом – очень уютный на первый взгляд, не то, что мой трофейный склеп. Семейные фото на стенах, детские игрушки повсюду, цветы. Здесь даже пахло живыми людьми. Когда мы вошли в гостиную, где был накрыт большой стол, Валерия представила меня остальным немногочисленным гостям.

Клим, завидев меня, перестал жевать и с любопытством уставился сначала на меня, а затем на Кира.

– Знакомьтесь, это Никита Зотов – старинный друг нашей семьи! – громко объявила меня Валерия. – Клима с Аней ты знаешь… – сказала она про моего телохранителя и его жену. – Это моя подруга Катя, – указала она рукой на молоденькую брюнеточку. – А это наша няня Альбина и наш сын Никита.

Валерия усадила меня на свободный стул, поставила передо мной тарелку и приборы. В полнейшей тишине, пока все гости, как один, уставились на меня, как на инопланетянина, я наблюдал за тёзкой. Никита Уманский сидел на руках у своей няни и мусолил, то ли кусок яблока, то ли груши. Пацан не обращал на меня абсолютно никакого внимания, в отличие от взрослых, занимаясь своим важным делом, а мне было жизненно необходимо знать, на кого он похож. Вылитый Кир, как будто на ксероксе распечатали – его глаза, его нос, и цвет волос. Малыш посмотрел на меня – даже взгляд у него был, как у отца – равнодушный. Этот ребенок должен был быть похож на меня! Он должен был быть моим!

– Что будешь пить, Ник? – вывел меня из ступора голос Кира.

Он сел рядом со мной. Или меня посадили рядом с ним? Не важно. Уманский привел меня в чувство, и я испугался, что он догадается, о чем я думаю. Не уверен, что ему это понравится.

– Без разницы, – ответил я, ища глазами Валерию.

Девчонка вернулась в гостиную, держа в руках пустые стаканы, из чего я сделал вывод, что прислуги у Уманских нет.

Судя по всему, праздник был безнадежно испорчен, потому что обстановка с моим появлением стала напряженной. Я не мог знать, как тут было до меня, но вряд ли все собравшиеся молчали, делая вид, что очень заняты поглощением еды.

Я тоже молчал и делал вид, что ем. Кир с завидным постоянством подливал мне в стакан коньяка, чему я был очень благодарен. Меня ни о чем не расспрашивали, не просили сказать тост или что-то в этом роде, поэтому я каким-то чудом досидел до окончания застолья.

Украдкой я наблюдал за Валерией и Киром. Я не мог на них не смотреть. В присутствии других людей и под действием алкоголя, Кир расслабился и позволил себе быть самим собой. Уманские выглядели такими счастливыми, что мне было и радостно, и плохо от этого зрелища одновременно! Они и были счастливы, а не просто казались! Нельзя притворяться, когда невзначай касаешься любимого человека и бросаешь ему полный нежности взгляд. Я никогда не видел, чтобы Кир был таким мягким и веселым, он как будто помолодел лет на десять. Я пытался одергивать себя в своей зависти, но выходило плохо. Мне приходилось щипать под столом свою ногу, чтобы раз за разом напоминать себе, кто я, и где нахожусь.

Вскоре, гости начали расходиться, и хозяева дома проводили их одного за другим. Я остался последним гостем, за столом. Мне стало немного неловко. Это из-за меня пропало все веселье. Наверное, мне тоже стоило откланяться прямо сейчас и уйди восвояси, пока Кир открытым текстом не попросил меня об этом. Это было бы справедливо, но унизительно.

Я спросил у няни Уманских, где туалет, и пошел в указанном направлении. По пути в уборную, мне удалось немного осмотреть дом изнутри. Мебель, шторы, ковры – все было простым, но каждый уголок был пропитан уютом. Даже дырка в том месте, где не хватало куска обоев, выглядела мило. Ребенок оторвал – догадался я, потому что рядом с дыркой красовались еще пара «художеств» фломастерами.

Когда я вернулся в гостиную, Кир сидел за столом, перед ним непочатая бутылка коньяка, а Валерия стояла рядом с мужем, держа на руках их сына.

– Ну, теперь можем и поговорить… – многозначительно произнес Кир, не глядя на меня, но адресовано это было мне.

– Я уложу Никиту и приду, – с улыбкой сказала мне Валерия.

– Нет, Валерия, – как отрезал Уманский. – Нам с Зотовым есть о чем перетереть. Без тебя. – Девчонка открыла рот, чтобы возмутиться, но Кир взмахом руки остановил ее. – Укладывай сына и садись за уроки!

– Уроки? – не сдержался я.

Сейчас Кир был похож скорее на строгого папашу, чем на мужа Валерии. Это было очень смешно, поэтому я рассмеялся.

– Я заканчиваю вечернюю школу, чтобы потом выучиться на дизайнера, – пояснила мне Валерия. – Тогда я приглашу Никиту еще раз к нам в гости? Или Никита пригласит нас к себе?

– О, конечно! – нашелся я. – Буду рад!

– Мы же договаривались, Валерия! – напомнил о чем-то своей жене Кир.

Валерия закатила глаза и удобнее взяла ребенка.

– Я не буду ждать еще сто лет, пока Никита найдет себе жену, – разозлилась девчонка.

– Будешь! – железобетонно заявил Кир.

– Что происходит? – встрял я в их перепалку.

– Кирилл сказал, что разрешит нам с тобой общаться, только когда ты женишься, – объяснила Валерия. – Вот как-то так… Но насколько нам известно, у тебя даже девушки нет…

Мне очень хотелось спросить, с каких это пор Валерия спрашивает чьего-то разрешения, потому что это было удивительно, но меня больше заинтересовало мое собственное положение.

Если у меня будет жена, мне можно будет общаться с Валерией? Боже, если бы я раньше знал об этом условии, то давным-давно бы его выполнил. Если у меня будет другая женщина, Кир перестанет ревновать ко мне свою жену? Всего-то? Мне хотелось воспарить от счастья и облегчения!

– У меня есть невеста, – глазом не моргнув, сказал я, очень вовремя вспомнив, что у меня имеется стопроцентная кандидатура на эту роль. – Разве Клим вам не рассказывал? Мы с ней уже живем вместе.

– Правда? – обрадовалась Валерия. – Здорово! Боже, это действительно здорово! Как ее зовут? Давно вы вместе? – с неподдельным интересом расспрашивала она.

– Олеся, – это все, что я успел рассказать. И слава богу, потому что я больше о своей вынужденной гостье-беженке ничего и не знал.