Барбара Вуд - Пророчица

От этой идеи ему стало дурно.

Как и в случае с дневниками Коперника, на которые десятками лет никто не смотрел, или Духом Кризиса, к которому была допущена лишь кучка священников, выходило, что за последние две тысячи лет этот папирус видели лишь два человека. От этого свитки еще сильнее манили Майлза.

Итак, он должен был достать их до того, как Кэтрин Александер расскажет о них всему миру.

Но как ее отыскать?

Титус оставил своих людей в больнице, куда забрали Стивенсона, однако Майлз сомневался, что Кэтрин появится там. И хотя Тедди Ямагучи расставил электронные флажки, Хэйверз был почти уверен, что она не настолько глупа, чтобы воспользоваться своей кредитной картой. Так как же…

В этот момент зазвенел колокольчик, и Майлз посмотрел на монитор камеры слежения. Зашла Эрика. На ней был надет шелковый пеньюар персикового цвета, под которым виднелась кружевная ночная сорочка. Ее загорелое лицо было немного отекшим после сна, а пепельные волосы, как отметил Майлз, были сексуально растрепаны.

– Я проснулась, а тебя нет, – сказала она. Он притянул ее к себе.

– Прости, дорогая, я не хотел причинять тебе неудобства.

Майлз занимался делами сутки напролет, и все же Эрика любила проверять, все ли у него в порядке.

– Я все равно не очень хорошо спала, – сообщила она.

– Бессонница? Может, стоит проконсультироваться у доктора Сэнфорда?

– Нет, я думаю, это из-за того, что дети приехали на праздники, а еще из-за Человека-Койота.

Майлз нахмурился. Старый шаман.

– Хочешь, я попрошу его уехать?

– О нет, я хочу, чтобы он оставался здесь. Завтра он отведет меня к священному месту на плато Клауд Меса.

– Я не знал, что там есть что-то особенное.

– Там ничего и нет, если смотреть невооруженным глазом, но Человек-Койот говорит, что, если ты знаешь, как нужно правильно смотреть, тебе откроются невидимые духовные дороги, по которым путешествуют боги и предки. Ты знаешь, подобное есть и в Австралии: линии песен аборигенов.

– Духовные дороги, – повторил Майлз, улыбаясь, – звучит романтично. – Он поцеловал ее. – Я буду чуть позже, дорогая.

Как только она ушла, он вернулся к столу и стал молча рассматривать фотографии, подобранные людьми Титуса в квартире Стивенсона. Он заметил, что не все папирусные листы сохранились хорошо. В местах возможного разрыва виднелись пробелы; в одном месте отсутствовало целое предложение. Он постучал пальцами по гладкому граниту. Что сказал Стивенсон, когда обнаружил, что папирус «П245» находится в Британском музее? Что для перевода текста свитков Кэтрин, возможно, понадобится найти их копии?

Как выразился Стивенсон? «Найти убежище и отправиться в электронный мир».

Неожиданно в его голове раздался голос Эрики: «Невидимые духовные дороги».

– Мы оба начнем работать, – сказал отец Гарибальди, пододвинув стул и устроившись перед компьютером. – Пока вы занимаетесь переводом, я войду в Интернет. Поскольку в этом компьютере имеется модем, надо думать, ваш друг выходил в Сеть.

– Дэнно делал много работы через Интернет.

Отец Гарибальди дважды щелкнул на папку «Интернет». Кэтрин сказала:

– Вам вовсе не обязательно делать это. Я и сама умею.

– Мы можем сделать вдвое больше работы, если разделим обязанности. Я не силен в греческом, но с компьютером общаюсь на «ты».

Он дважды щелкнул на значок программы, управляющей протоколом TCP, и, когда появилось окно с надписью «Trumpet Winsock», прошептал:

– Будем надеяться, что ваш друг записал где-нибудь сценарий входа в Интернет. Давайте молиться, чтобы модем находился в рабочем состоянии.

Когда Гарибальди щелкнул в меню на «Дозвон», Кэтрин задержала дыхание, надеясь на то, что, упав в мокрую траву, компьютер не повредился.

И тут они услышали желанный звук набора номера. В следующее мгновение появилось: **Добро пожаловать в «Меганетс», Санта-Барбара, Калифорния POP**. Но тут же внизу высветилось слово «Имя», а за ним следовало двоеточие и мигал курсор.

– Дэнно не написал сценария входа, – сказала Кэтрин.

– А это означает, что без пароля нам не обойтись. Да, с этим нам не справиться при помощи скрепки. Что же придумать на этот раз?

Кэтрин задумалась. Дэниел всегда все записывал. Порой он забывал собственный номер телефона. Где же он мог записать имя пользователя и пароль? Она интуитивно протянула руку и аккуратно отклеила фотографию с внутренней части футляра от ноутбука. Перевернув ее, она прочла: «Кэт, выпуск, 15 июня 1974 года». Ниже другими чернилами Дэниел написал: «dstevens, Klaatu».

Гарибальди ввел слова. Кэтрин не отрывала от экрана взгляда. И затем возникло:

«Протокол РРР

Сценарий завершен

Протокол РРР запущен

IP 670.65.324.000»

– Мы в Сети, – сказал отец Гарибальди, дважды щелкнул на значок «NetScape».

«Невидимые дороги», – сказала Эрика. Майлз быстро присел, загрузил компьютер и зашел в Интернет.

Суббота,

18 декабря 1999 года

Кэтрин вздрогнула и проснулась.

Пытаясь вспомнить, где находится, она лежала без движения, прислушиваясь к звукам лагеря; сейчас раздастся зов муэдзина из далекой мечети. Вместо этого она услышала звук, который сначала не узнала, но затем поняла.

Дождь.

На Синае?

Она села на кровати, и тут события предыдущего дня начали возвращаться к ней. Она не помнила, как заснула, сидя на стуле и изучая папирус. Так или иначе, она понимала, что отец Гарибальди, видимо, отнес ее в кровать, снял с нее сандалии и накрыл одеялом. Она посмотрела на рядом стоящую кровать. Постель была заправлена, но измята, как будто здесь тоже спали на покрывале. Она посмотрела на стол, стоявший у окна, из которого в комнату вливался нежный утренний свет; компьютер Дэниела был открыт, и тут она вспомнила: отец Гарибальди собирался зайти в Интернет.

Кэтрин увидела, что дверь ванную закрыта. До нее донесся шум воды в душе. Поставив ноги на пол, она схватилась за голову – Дэнно в больнице – она заснула; она так и не поехала к нему. Она взялась за телефон. Гудка не было.

Тихо выругавшись, Кэтрин встала и босиком направилась к сумкам. Первым делом она проверила свитки – они все так же были надежно спрятаны под обложкой книги по палеоботанике.

Похоже, к ним никто не прикасался. Она снова посмотрела в направлении ванной. Майкл Гарибальди мог бы взять их, пока она спала. Но не взял. Неужели она могла ему доверять?

Она перевела взгляд на его черную сумку. Слыша, что вода в ванной продолжает течь, она в второпях открыла сумку и осмотрела ее содержимое, сразу заметив орарь, бутылочку масла, серебряную дароносицу для поднесения хлеба и вина больным во время причащения и несколько книг: миниатюрную Библию, Литургию Часов и последнюю работу Тони Хиллермана.