Элейн Гудж - Нет худа без добра

Вдруг ей стало ясно, что же было так дорого ее матери, ради чего она могла солгать – даже самой себе. Потому что Грейс было нужно то же самое: волшебный круг ее семьи, целый и невредимый. Семьи, которую она могла представить в голове так же отчетливо, как рисунок на рождественской открытке – Крис, Джек и, конечно, Бен и Ханна.

Джек дослушал на автоответчике послание Грейс, перемотал пленку назад и стал слушать снова. Не потому, что упустил что-то, – нет, просто ему хотелось, ему нужно было услышать Грейс еще раз.

"Джек, пожалуйста, позвони мне. Я знаю, что ты, возможно, сердишься на меня. Но случилось ужасное. Я говорю о Крисе. Он убежал. О, Господи, я не смогу пережить это без тебя…"

Через минуту он уже был в такси. Джек смотрел в окно автомобиля на Пятую авеню, проносившуюся мимо, и в нем разгоралась злость. Ему хотелось ударить кого-нибудь, разбить что-то.

Черт бы побрал этого мальчишку! И этого подонка Уина! Господи, даже если он надеялся на шанс помириться с Грейс, какое право он имел посвящать своего сына в их интимные дела?

К тому времени, когда Джек вышел из такси на углу Девятнадцатой и Седьмой улиц, он успел взять себя в руки, однако гнев не утих – маленький сверкающий алмаз, поблескивающий внутри него холодным пламенем. Лифт не работал, и именно этот гнев помог ему промчаться пешком шесть этажей… И он же помог пережить почти физическую боль, которую Джек почувствовал, когда Грейс открыла ему дверь. В поношенных джинсах и мятой батистовой рубашке, свисавшей до колен, она сама выглядела потерявшимся ребенком. – Джек…

Она произнесла его имя почти извиняющимся или просительным тоном – словно умоляла его не выражать пока своих чувств.

И тут, заглянув в комнату, он увидел блейзер из неяркой шотландки, брошенный на спинку дивана, и худощавого, атлетически сложенного мужчину, стоявшего у книжного шкафа с развязанным галстуком и стаканом в руке.

– Уин, – представился тот.

Джек кивнул небрежно, но кровь вновь забурлила в нем. Ему захотелось вцепиться в Уинстона Бишопа Третьего и выбить из него поганую душонку. Самодовольная улыбка этого типа заставила Джека представить Грейс в постели с Уином…

Он сжал кулаки.

Затем он заметил мать Грейс, сидящую спиной к Уину. Она выглядела возбужденной и измученной, чего нельзя было сказать о ее бывшем зяте, который направился к кофейному столику и поставил стакан, не забыв сначала вытереть его донышко о рукав рубашки, чтобы не оставить след на поверхности стола. Он вел себя так, будто это был его дом.

Джек заставил себя разжать онемевшие кулаки. Еще не время.

– Мы обзвонили всех, кого я только могла припомнить, – сообщила Грейс.

– Что полиция? – спросил Джек, пытаясь разглядеть ее сквозь кольцо огня, бушевавшего, казалось, у него в голове.

Она покачала головой.

– Я устроила скандал дежурному сержанту в нашем полицейском участке. Они согласились принять меры, но только после того, как я позвонила в полицейское управление и наорала на них. Официально он будет считаться в розыске с послезавтрашнего дня. – Грейс скрестила руки на груди. В глазах ее блестели слезы. – Джек, я схожу с ума. Не знаю, что еще сделать, куда пойти.

– Ты выглядишь ужасно. Первое, что ты должна сделать, это сесть и отдышаться.

Лицо Грейс осунулось от переживаний, волосы развились и висели прядями. Она была босиком, и пальцы на ногах почти посинели от холода. Джека охватило безумное желание посадить Грейс на колени и согреть ее ступни ладонями.

– Джек, я в порядке, – запротестовала она, напомнив ему Ханну, которая к вечеру всегда уверяла, что ничуточки не устала, хотя глаза у нее слипались и она с трудом открывала их. – Когда все это закончится, я буду спать целую неделю, но сейчас я накачала себя кофеином так, что смогу переплыть Ла-Манш. И если я выгляжу ужасно, то ты можешь претендовать на второе место.

Она поглядела на него с нежностью и, протянув руку, почти коснулась лацкана его пиджака, но потом опустила ее. Джек вздрогнул, закрыл глаза и вздохнул.

Она тронута тем, что ты пришел, и ей жалко тебя – вот и все. Такая молодая женщина, как Грейс, из совершенно другой среды – неужели ты всерьез поверил, будто из этого что-то получится?

– Грейс. – Джек взял ее за руку. Он не знал, что хочет сказать, но что бы это ни было, ему не хотелось, чтобы слышали Корделия и Уин. – Я бы выпил кофе.

Грейс кивнула и подняла к нему лицо. Под глазами у нее виделись синяки усталости и волнения.

– Я принесу тебе кофе.

– Успокойся. Я не забыл, что где лежит… Во всяком случае, пока еще не забыл.

В голосе прозвучала горечь, и он заметил, что попал в цель. Дешевый трюк! – выругал он сам себя.

Джек чувствовал, что Уин следит за ним. За тем, как он полез в шкафчик над раковиной и нашел там чашку.

В кофейнике оставалось на полчашки, и он налил его заново, а сам тем временем допил старый кофе. Это было хоть какое-то занятие… К тому же ему доставляло удовольствие видеть, как Уин наблюдает за ним.

– А салоны компьютерных игр? – вслух стал размышлять Джек. – Этот мальчишка бредит «Нинтендо». Ты помнишь, Грейс, сколько раз тебе приходилось тащить его домой из того магазинчика на Пеннстейшн? На одной Таймс-сквер должно быть около двенадцати салонов.

– Если бы вы знали Криса, то поняли бы, что он не оставит собаку привязанной около видеосалона на Таймс-сквер.

Уин подошел к краю кухонной стойки, где стоял Джек. Его голос звучал ровно, он двигался с легким неторопливым изяществом. Но в тоне угадывалась враждебность.

– Вы правы – я не подумал, – кротко сказал Джек, заставляя себя не поддаваться на провокацию. – Но теперь, раз уж вы упомянули о собаке, поговорим о ней. Предполагаю, что он скорее рискнет быть пойманным, чем подвергнет собаку каким-либо страданиям. Ее надо кормить и держать в тепле. В молодежных приютах принимают детей с домашними животными?

– Не думаю, – сказала Корделия. – Вы знаете, у них ведь бывают блохи.

– Я знаю, что делать, – оживилась Грейс. – Я позвоню Лиле! Она – ходячая собачья энциклопедия. Клянусь, она знает, есть ли здесь поблизости какое-нибудь место, куда Крис мог пойти с Коди.

Пока она набирала номер, Уин подошел к ней и жестом собственника обнял за талию. Грейс, может быть, по рассеянности, а может, и потому, что ей нравилось это, не сбросила его руку и не отстранилась.

Наговорив длинное послание Лиле на автоответчик и повесив трубку, она на миг прикоснулась головой к плечу Уина. Джек почувствовал, что теряет самообладание, хотя обещал себе сдерживаться. Однако этот тип, выставляющий напоказ свою близость с Грейс… Черт, это уж слишком! Он готов был поспорить на недельную получку, что именно под давлением Уина Крис переехал жить к нему.