Ли Райкер - Полюбить ковбоя

– Мам, можно мне еще?

– Ты уже съел порцию, пока шла скачка на неоседланном мустанге. – Она наклонилась к самому его уху. – Но если ты потерпишь до конца папиного выступления, я передумаю.

К тому времени когда взлетевшие в воздух ракеты оповестили о начале послеобеденных скачек, нервы Эрин были уже напряжены до предела. Взрывы ракет были такими сильными, что заглушали крики возбужденной публики, ожидавшей десятидневной феерии, известной под названием «Лучший из всех». Конечно, по традиции скачка на быке была самым последним номером, зрителям нравилось это испытание мужской смелости, им очень хотелось острых ощущений. Ведь бык-брахма действительно мог выскочить в толпу.

Эрин хмуро смотрела в программку, приглашавшую ее принять участие в «Живой легенде» – самом крупном в мире родео под открытым небом с числом участников, превышавшим тысячу, и с денежным призом в полмиллиона долларов. Она не переставала удивляться, что в этот первый день состязаний собралось от двенадцати до пятнадцати тысяч зрителей; говорили, что в Шайенне трудно найти место, чтобы переночевать.

Эрин, Мег и Тимми повезло. Они получили комнату – даже две. Благодаря переговорам Денни в офисе родео их в конце концов поместили в недорогой мотель на окраине города по соседству с зоной ранчо. Номер, который они заняли вчера вечером, был чист, удобен и по-спартански прост, но Эрин это мало интересовало, она ничего не замечала. Ей предстояло снова увидеть Денни верхом на быке.

Была пятница. Прошла ровно неделя с тех пор, как Денни покинул Парадиз-Вэлли, и весь вечер до самого ужина Денни и Тим были неразлучны. Словно приклеенные друг к другу, они бродили по Шайенну, и в витринах магазинов их встречали вывески типа «Всем привет!» или «Добро пожаловать, ковбой!»

Эрин пугали давно знакомые запахи арены, лошадей и крупного рогатого скота. Хотя когда-то они ей нравились, но страшнее всего были сами быки. Ерзая на самом лучшем месте в центре нижнего ряда восточной трибуны, прямо над коридорами, она безуспешно пыталась справиться с внутренней дрожью и уже начинала жалеть, что не послушалась Кена.

– Оставайся дома, – сказал он, помогая ей и Мег загружать джип. – Ты уже видела, как он ездит верхом, и не один раз.

Она не могла не согласиться, но он добавил:

– Зачем ты едешь?

– Незаконченное дело. – Это все, что она ответила.

Восемь лет назад на родео в Коди она сидела возле самой арены. Словно ожидая чего-то, она согнулась в три погибели и неустанно молилась. Сейчас она чувствовала, что готова делать то же самое.

Господи, пусть с ним все будет хорошо.

В Коди Денни не победил. А если сегодня бык сбросит его и он разобьется, как она утешит своего малыша? Почему Денни не понимает, что она почувствовала, когда большущий черный бык с огромными рогами взвился в воздух и заставил ее молодого мужа потерять равновесие и опору? На расстоянии не более тридцати футов от того места, где за ограждением сидела Эрин, тот бык подбросил Денни в воздух, словно он весил не больше игрушечной обезьянки Тимми, и швырнул его на землю так, что Денни с размаху ударился о землю затылком. Она до сих пор слышала единодушный вздох зрителей, когда Люк Хастингс бросился отвлекать быка. Клоунская работа Люка была опасной; если взбрыкнувшая лошадь просто хотела сбросить с себя седока, то бык желал отомстить, и не кому-нибудь, а наезднику-укротителю. Еще одна страшная картина стояла перед глазами Эрин: прежде чем Люк успел добежать до Денни, брангус – наполовину брахма, наполовину черный ангус – поддел мужчину рогами и поднял в воздух на одном кривом остром роге.

Эрин зажала рукой рот, чтобы не закричать от страха. А в Шайенне как раз начинались скачки на быках, и, как обычно бывало перед каждым заездом, публика притихла. Из загона на площадку вылетел новичок, по мнению Эрин, совсем еще мальчик, на темно-рыжем быке, с загнутыми рогами.

Вначале зрители всегда замирают, словно не знают, как реагировать на представление, а затем включаются в длящуюся несколько секунд скачку. Чем дольше ковбой остается на быке, тем сильнее шумит публика, если не происходит чего-либо непредвиденного, как тогда с Денни.

Она снова вспомнила неподвижное тело Денни, распростертое в пыли на арене Коди. Один из помощников попытался накинуть аркан на вырвавшегося на свободу быка, но промахнулся, и черный бык, обезумев, носился по арене, пока кому-то не удалось загнать его обратно в загон. К этому времени Денни уже уносили с арены на носилках, и публика подбадривала его аплодисментами.

Не продержавшись на том быке и пяти секунд, Денни получил тяжелое сотрясение мозга, вывих плеча и чудом избежал серьезных внутренних повреждений. Через несколько дней после того, как он снова встал на ноги, Эрин упаковала свои вещи и уехала в Парадиз-Вэлли. Тогда она еще не знала, что беременна.

– Мама, – потянул ее за руку Тимми, – когда папина очередь?

– Через два заезда, – заглянув в программку, ответила Мег, сидевшая по другую сторону от Эрин. – Волнуешься?

– Да! Он победит!

Сигнальный пистолет оповестил об истекших восьми секундах, молодой наездник невредимым соскочил со спины рыжего быка на арену, и Эрин перевела дух.

– Все будет хорошо. – Тимми похлопал ее по руке. – Если папочка заметит, что ты волнуешься, он тоже будет волноваться и может упасть.

Вполне разумное замечание, но Мег не была до конца уверена в победе Денни, да и сама Эрин жалела, что пришла. Ей был ненавистен шум, ненавистен азартный блеск в глазах Люка Хастингса, когда он, закончив свой клоунский номер, повернулся к ним, подняв вверх большие пальцы. В целом шоу было варварским, похожим на травлю медведя или бросание христиан на растерзание львам. Или Люк смотрел только на Мег? Эрин внимательно присмотрелась к свекрови.

– Что? – спросила Мег, почувствовав ее взгляд.

– Мне кажется, ты рада, что пришла. – Эрин смущенно кивнула в сторону Люка. Между скачками на быках он вот уже несколько минут бегал рысцой по кругу, изображая лошадь и вытаскивая один за другим яркие разноцветные шарики, как казалось, из заднего кармана своих мешковатых штанов.

– Наверное, да, – пробормотала Мег.

Эрин увидела, как из загона выскочил на арену следующий бык с ковбоем. Она поняла, зачем пришла сюда; пришла в последний раз, чтобы доказать себе, что поступала разумно, когда строила свою жизнь и жизнь Тимми вдали от этой жестокости и опасности.

Наездник, длинноногий парень, поспешно удирал от грязно-желтого быка по кличке Сники Пит, и у Эрин пересохло во рту, она не сможет вынести жизнь, которую выбрал Денни, а он любит родео больше, чем ее, Эрин.

Эрин и моргнуть не успела, как следующий ковбой появился и сошел с арены. В Шайенне, вероятно, из-за большого числа выходов, иногда казалось, что все происходит одновременно, и временами можно было видеть сразу двух или трех быков, бегавших по арене без седоков.