Сандра Браун - Сбиться с пути

— Тебе что, больше нечем заняться, кроме как нянчиться со мной?

— Что-то мне больше не приходит на ум ничего стоящего.

— С тех пор как все это случилось с Холом, ты такой замечательный. Почему ты делаешь все это для меня, Кейдж?

Его золотистые глаза внимательно смотрели в ее лицо. Указательным пальцем он убрал с ее лба прядь непослушных волос.

— Потому, что мне нравится цвет твоих волос. Особенно когда их, как сейчас, освещают приглушенные лучи заходящего солнца.

Он подошел ближе. Дженни была вынуждена слегка откинуть назад голову, чтобы не выпускать из виду его лукавую физиономию.

— И мне нравятся твои глаза, — мягко произнес Кейдж.

Он нагнулся к ее талии и развязал концы шали. Потом медленно сдернул ее с таким видом, будто снимает гораздо более значимую деталь ее гардероба, и небрежно опустил на пол.

— Мне нравится, как ты улыбаешься. Звук твоего смеха пробуждает меня к жизни. — Кейдж приобнял Дженни за талию и нежно приласкал руками. — Мне нравится твоя фигурка. — Он склонил голову и поцеловал ее в ушко. — И очертания твоих губ.

Секунду спустя он дотронулся своими губами до ее губ. Кейдж мягко касался их легкими, воздушными поцелуями, пока ее губы не распахнулись, словно требуя, чтобы он владел ими.

Он услышал ее молчаливую мольбу, и их губы слились в страстном поцелуе. Его язык проскользнул в ее рот, пробуя, разведывая, маня. Ушли грубость и напор поцелуя прошлой ночи, однако нежность и страсть этого поцелуя так же разожгли тайные желания ее тела, разбудили столь же головокружительные и ошеломляющие чувства, как это случилось тогда. Ее неумолимо влекло к нему, и она сделала еще один шаг… Когда их тела буквально сплелись друг с другом, Дженни была почти потрясена, осознав это.

— Господи, Дженни, — шептал Кейдж. Его горячее дыхание обжигало ее покрытые лихорадочным румянцем щеки. Он касался влажными губами мочки ее уха и возбуждающе и нежно покусывал.

Она почувствовала, как впадает в странное оцепенение, уступая, теряя над собой контроль, забывая здравый смысл, позволяя овладеть собой его безрассудному желанию.

— Кейдж, мы не должны…

— Тсс, тсс…

Ее память напряглась. Она сознавала, что должна, просто обязана что-то вспомнить.

Однако прежде, чем ей удалось поймать ускользающие, туманные воспоминания, их уста снова слились в страстном поцелуе и все другие мысли покинули ее.

Он поднял кисти ее рук и положил себе на плечи. Его ладони ласкали ее руки, мягко скользя от локтей к запястьям и вверх к нежной впадине подмышек. Кейдж прервался на секунду, прежде чем коснуться соблазнительного изгиба ее грудей. Он едва дотронулся до них кончиками пальцев. Дженни издала сладостный вздох.

— Тебе хорошо?

Она пробормотала что-то в подтверждение. Поцелуи становились все настойчивей и настойчивей.

Дженни наклонила голову так, что одна ее щека лежала на его груди. Кейдж стремился достичь ее, касаясь, жаждуя, взывая, пробуя ее на вкус своим быстрым и настойчивым языком. Он крепко сжимал ее в объятиях. Кейдж положил одну руку на ее бедро, чуть пониже талии, и прижал еще ближе, так чтобы она ощутила всю силу его желания.

Дженни простонала и потерлась о него всем телом. Она чувствовала, будто вся горит изнутри, что ее охватывает все возрастающее томление. Ее женская сущность рвалась к нему. Она вся готова была отдаться этой сладкой истоме, ее била страстная дрожь.

— Дженни, я хочу тебя.

Он протиснул руку между их переплетенными телами, касаясь ее груди, нежно лаская ее. Кончиком среднего пальца он нащупал чувствительное окончание ее груди и, поглаживая, довел до томительной тяжести.

— О, как прекрасно. — Он осыпал ее страстными хвалами, будто она сделала что-то волшебное. — Ты так прекрасна. Я хочу видеть тебя, пробовать, касаться. — Кейдж нагнул голову и сквозь материю блузки поцеловал ее грудь. Его язык возбуждал твердые шишечки ее сосков. — Я хочу любить тебя. — Он коснулся губами ее шеи, лаская, нежась в бархатной теплоте ее кожи. Его голос слегка охрип. — Ты понимаешь? Я хочу войти в тебя. Глубоко, глубоко. — Его губы снова встретились с ее губами, требовательно, страстно.

— Эй, вы двое, а ну-ка, открывайте, — раздался настойчивый стук в дверь. — У меня для вас сюрприз. Эгей, вечеринку заказывали?

Кейдж с трудом оторвался от Дженни, не в силах произнести ни слова. Потом глубоко вздохнул. Он посмотрел на нее и неловко улыбнулся:

— Мы не можем просто так оскорблять ее чувства.

Дженни высвободилась из его объятий.

Он подошел к двери и приветливо пригласил Рокси войти.

Рокси ввалилась в квартиру, держа бутылку вина в одной руке и пакет с покупками в другой.

— Ага, и что же это такое? — воодушевленно спросил Кейдж, беря из ее руки пакет. Он бросил беглый взгляд вовнутрь. — Чипсы, соус, попкорн и сыр.

— Я же сказала, сюрприз — вечеринка! — радостно произнесла Рокси. — Привет, Дженни. С квартирой все в порядке?

— Она просто замечательная. Спасибо.

— С ума сойти! Выглядит потрясающе! — восхищенно присвистнула Рокси, осматривая новую мебель. Кейдж отдал распоряжение грузчикам все расставить по местам, предварительно посоветовавшись с Дженни, как это должно быть. Все предметы обстановки, как оказалось, прекрасно соответствовали размерам квартиры. — Бокалы есть? — спросила Рокси. — Давайте, давайте выпьем за твое новое место. — Не дожидаясь приглашения, она прошла на кухню, сопровождаемая Кейджем. Дженни не оставалось ничего другого, как проследовать за ними, хотя на маленькой кухне места для них для всех было явно недостаточно.

Кейдж раскрыл пакет с кукурузными чипсами и откупорил крышку банки готового соуса. Макнув туда кусочек, он протянул его Рокси. Она слегка надкусила его, заливаясь хохотом, поскольку пыталась одновременно вытащить пробку из бутылки вина. Кейдж засунул недоеденный Рокси кусок себе в рот и облизнул пальцы.

Дженни оставалась в стороне, чувствуя себя очень неуютно среди общего веселья. Она совсем не была настроена на вечеринку.

— Знаешь, я вовсе не обслуживаю так всех моих постояльцев, — заметила Рокси Дженни, после того как отмыла ценники с недавно приобретенных бокалов. Очевидно, Рокси не испытывала ни малейших затруднений и чувствовала себя на чужой кухне как дома. — Но ты подруга Кейджа, а он мой друг… Ой! — воскликнула она, когда Кейдж незаметно подкрался к ней сзади и крепко обнял, сомкнув руки чуть ниже ее роскошной груди.

— Еще какой, можешь не сомневаться! Друзья до гробовой доски!

— А ну-ка, убери свои руки, придурок, и лучше порежь сыр.

Дженни чувствовала себя пятым колесом в повозке. Она не была здесь своей. Она не знала, как вести себя в этой шутливой перебранке. Казалось, Рокси в точности известно, что сказать, чтобы вызвать приступ смеха у Кейджа. И он непрерывно касался ее руками.