Рэдклифф - Любовь и честь

Резко оживившись, Блэр села верхом на бедра Кэмерон. Она склонилась вниз, опершись на руки по сторонам от плеч Кэм. Ее грудь была в дюйме от лица Кэм, глаза решительно горели.

– Знаю. Просто не люблю ни с кем делиться.

– Я тоже.

– Хорошо, – прошептала Блэр, прежде чем утвердила свои права на Кэм властно-собственническим поцелуем.

Поцелуй получился довольно продолжительным. Это был не просто поцелуй: это было подтверждение обладания и слияние в единое целое. Кэмерон открыла для себя глубину желания Блэр, предоставляя ей все, чего она хотела, отдавая с готовностью все, в чем она нуждалась, и, наслаждаясь своей капитуляцией, будто глотком свободы.

Когда руки Блэр спустились вниз между ног Кэмерон, Кэм выгнулась в спине и приподняла бедра, отдаваясь ей без остатка. Когда Блэр толчком вошла в нее, быстро и жестко, свет взорвался в глазах Кэмерон, ее кулаки судорожно сжались. Эта неконтролируемая мощь стремительно проникала в глубины ее тела, и заставляла бурлить кровь. Бедра Кэм дрожали, дыхание перехватывало. Она кончила беззвучно, не в состоянии даже вскрикнуть, паря где-то между небом и землей. В конце концов, обессиленная Кэм притянула к себе Блэр и слабо простонала ее имя.

Где-то посреди любви и желания они уснули.

На рассвете Блэр проснулась от едва ощутимого движения рядом с собой. Открыв глаза, она обнаружила, что Кэм обнаженная сидит на краю кровати. Блэр провела рукой по ее спине и спросила:

– Что с тобой?

– Ничего, – поспешно сказала Кэмерон. В сумрачном свете она повернулась и улыбнулась Блэр. Затем откинула прядь волос с ее щеки и наклонилась, чтобы нежно поцеловать.

– Не можешь уснуть? – снова спросила Блэр, как только Кэм выпрямилась. – Должно быть, я ерзала.

Кэмерон негромко рассмеялась.

– О, нет, поверь мне, это не из-за тебя. Просто я никак не могу угомониться. В это время я привыкла вставать и приступать к работе.

– Ложись, – сказала Блэр, беря возлюбленную за руку и укладывая рядом. Когда Кэм вытянулась на кровати, Блэр приподнялась на локте и заглянула ей в лицо. – Не хочешь сказать мне, кто она?

– Не могу.

– Не можешь или не хочешь? – удивительно, но в ее голосе не было ни гнева, ни обвинений – только сомнение.

– Я не знаю точно, кто она. Никогда не знала.

– А если бы знала?

– Даже если бы я знала ее имя, то, скорее всего, не сказала бы тебе, – призналась Кэмерон.

– Чтобы защитить ее?

– Отчасти, – осторожно ответила Кэм, всматриваясь в лицо Блэр. – Но главным образом, чтобы защитить тебя.

– Ходили слухи, что ты пользовалась эскорт-услугами. Это правда?

Если Кэмерон и удивилась прямолинейному вопросу, то не показала этого. Ее темные глаза внимательно наблюдали за Блэр, когда она ответила:

– Да.

– С ней?

– Да.

– Почему? – Блэр провела рукой по животу Кэм, поглаживая мышцы, а ее глаза проследовали вниз, созерцая бедра Кэмерон. Каждый раз при виде этого тела, Блэр задумывалась о совершенстве форм, высеченных скульптором. – Видит Бог, тебе нет нужды платить за секс.

– Так было проще.

Блэр подняла бровь.

– Проще?

– Всегда легко планировалось и никаких тебе осложнений или последствий.

– Простое деловое соглашение, да?

– Ну, что-то в этом роде.

Блэр наклонилась и поцеловала ее долгим, чувственным поцелуем, который нес в себе напоминание о ночной страсти и обещание будущих наслаждений. Когда она отстранилась, уголок ее полного рта поднялся в удовлетворенной улыбке.

– Кэмерон, забудь о своих привычках секретного агента. Почему ты делала это?

Это был один из тех редких случаев на памяти Блэр, когда Кэмерон отвела взгляд. Она ждала молча, пока Кэм примет решение, которое, как Блэр знала, имело для них и их будущего бо́льшее значение, чем все, что происходило в прошлом. Наконец, Кэм посмотрела на нее и ответила:

– Утром того дня, когда погибла моя Джанет, мы занимались любовью. А еще мы повздорили и наговорили друг другу немало неприятных слов. Я не знала подробностей предстоящей операции по аресту наркоторговцев, в которой она принимала участие. А потом оказалось слишком поздно. Мы хранили друг от друга секреты и считали это само собой разумеющимся. Мы привыкли так жить. Этого было достаточно, и не думаю, что кто-то из нас хотел рисковать чем-то большим. После того как я видела, как она умирала, я не могла привести себя в чувство, чтобы влюбиться в кого-то еще.

– Потому что ты все еще любила ее? – Блэр была рада, что ее голос не дрогнул.

– Нет, – выдохнула Кэмерон, – потому что чувствовала себя виноватой. Если бы я любила ее сильнее, то, возможно, смогла бы что-то изменить.

– Мне жаль, – прошептала Блэр.

– Все уже в прошлом, – спокойно ответила Кэм. Она похлопала ладонью по бедру Блэр. – Но все равно спасибо.

– Знаешь, женщина, которая была здесь вчера вечером, влюблена в тебя.

– Нет, – непреклонным голосом быстро сказала Кэмерон. – Это исключено.

Блэр провела кончиками пальцев вдоль ее подбородка к уголку рта.

– Для тебя, может быть.

– Блэр, между нами никогда не было ничего большего, – настаивала Кэмерон.

– Я рада, – искренне сказала Блэр. – Я прихожу в бешенство от одной только мысли о том, что ты занималась с ней любовью. Не говоря уже о том, что между вами могло быть нечто большее.

Кэм запустила пальцы в волосы Блэр у основания шеи и стала водить большим пальцем за ушком – нежная и одновременно собственническая ласка.

– Я никогда прежде не разделяла ни с кем ничего подобного.

– Я люблю тебя, Кэм.

– Мне нравится, как это звучит.

– Да, мне тоже.

Блэр лежала на кровати, ее голова была у Кэм на плече, рука - на изгибе бедра любимой, а пальцы медленно скользили по нему вперед-назад. Так спокойно, как только смогла, она спросила:

– Ну и зачем она приходила сюда вчера вечером?

– Тебе не нужно этого знать. Из соображений безопасности.

– К черту безопасность. Просто ответь мне.

– Кто-то задает вопросы в организации, где она работает, – неохотно призналась Кэмерон. – Там упоминалась и мое имя. Она хотела предупредить меня.

– Боже. – Блэр села на кровати, откидывая волосы с лица, и вдруг стала напряженной и сосредоточенной. – Кто?

– Не знаю. Возможно, это хорошо продуманная операция ФБР. Это также может быть расследование на основании закона «О коррумпированных и подконтрольных теневым структурам организациях», проводимое Министерством юстиции. Хотя никогда не слышала, что организация как-то связана с мафией. Это было непросто выяснить, но все же то, что я про них узнала, заставляет думать, что они тут не при чем.

– Ты можешь пострадать от этого?

Кэмерон молчала.

– Блин, Кэмерон. Ответь мне.