Василий Боярков - Финал роковой проститутки

Сегодня она была одета в серый демисезонный плащ; расстегнув только пояс, Катька еще не успела начать освобождать из петель большие черные пуговицы…

– Я дам тебе много денег, – машинально произнесла Екатерина, поняв цель его визита и нисколько не надеясь, что каким-нибудь удивительным образом сможет выпросить для себя пощаду.

– До твоего прихода я не сидел без дела, и, смотри-ка, взял на себя смелость осмотреть твои помещения, – ответил Туркаев, похлопывая рукой по дорожной сумке, – так что деньги у меня теперь есть.

– Я дам тебе очень много денег, – настаивала хозяйка, нервно перебирая в голове все возможные варианты спасения.

– Ничто не может сравниться с чувством, когда воздаешь по заслугам врагам, расправляясь с ними исключительно за смерть «обманутых братьев», преданных и проданных такой «поганой стервозой», как ты, – произнес Глеб, извлекая из-за пазухи пистолет, снабженный глушителем, а следом производя три прицельных, четко выбранных, выстрела.

Две пули попали ей в бесподобную грудь, а третья, как и полагается у профессиональных киллеров, прямо в очаровательное лицо. Начиная падать от первых ударов, полученных в прочный бронежилет, прямо перед третьим выстрелом Вернер чуть запрокинула назад прекрасную голову и, теряя сознание, успела истерически вскрикнуть:

– Помогите!!!

Телохранители, замешкавшиеся у лифта словно бы по какому-то роковому стечению обстоятельств, услышали призывы о помощи, звучавшие из квартиры хозяйки, и, встревоженные, бросились к металлической двери; не жалея огромных кулаков, они принялись настойчиво колотить по железной оснастке, требуя открыть и немедленно пустить их внутрь помещения. В ответ же не слышалось ни единого звука. Один из них, похожий на «терминатора», обладавший «квадратным», звероподобным лицом и мощной фигурой, а во взгляде не лишенный рассудка, набрал номер прямого руководителя и дрожавшим голосом доложил:

– Эдуард Владиславович, произошло ЧП: Екатерина Сергеевна зашла в квартиру и, после того как за ней закрылась дверь, закричала, призывая на помощь; но, когда мы стали стучать, нам никто не открыл… мы подозреваем, с ней случилось большое несчастье.

– Что?! – на том конце сотовой связи заорал в телефонную трубку Корнилов, – Да вы что, с ума там, что ли, все «посходили»?! Немедленно на место спецов с резаками – и… скорую! – на пару секунду замолчал, что-то быстро обдумал и уже более спокойно добавил: – Впрочем, нет. Отставить. Я сам.

Дом располагался почти в центре города, поэтому бригада скорой помощи прибыла оперативно, ровно через десять минут; а по прошествии еще двадцати минут подкатили Федеральные штурмовики, которым предварительно была разъяснена вся важность случившегося чрезвычайного происшествия. С невероятным проворством и применяя всевозможные режущие приспособления они принялись нещадно уничтожать металлические конструкции, установленные на входе в квартиру; их операция заняла еще чуть более десяти минут. Пока специалисты трудились успел прибыть и главный руководитель процесса, явивший собой генерал-лейтенанта Корнилова. Нервно расхаживая по коридору, он ожидал, когда спецы закончат основные технические работы.

В то же самое время Туркаев совершенно спокойно, отлично зная, что дверь непростая и что, для того чтобы ее открыть, понадобиться значительно долгое время, не спеша привязал к концу веревки сумку с небывалой, просто огромной, добычей; далее, являясь достаточно физически развитым, он легко взобрался на тринадцатый этаж и затем подтянул к себе витую бечевку, на конце которой болталась сумка, содержавшая в себе добрых полмиллиона американских долла́риев (так он называл их то ли в шутку, а то ли всерьез); также не торопясь, он проследовал к лифту и на нем же спустился вниз. На выходе из здания он лицом к лицу столкнулся с Корниловым, но тот был в страшном волнении, априори непреодолимом смятении, что не обратил на Туркаева, одетого в сантехническую спецодежду, никакого внимания, как будто того и не было; Глеб же, уступая ему дорогу, машинально отвернул лицо в сторону. Корнилов отлично знал его брата, и заостри он на необычном работнике коммунальных служб пристальное внимание – мог бы, еще не побывав на месте, с точностью определить, что же именно случилось у его невероятно красивой избранницы. Тем не менее и он не был лишен человеческих слабостей, поэтому и спешил на помощь к наречённой невесте, ничего не видя перед собой и взирая на всех будто бы враз обезумевшими глазами. Так генерал и появился на месте происшествия, надеясь на то несомненное условие, что найдет мучительную разгадку, только оказавшись внутри квартиры.

Едва проем освободился, он первый бросился внутрь, предварительно достав и приведя в боевую готовность табельное оружие; нечеловеческим воплем офицер возвестил о случившейся в квартире трагедии…

– Все сюда, немедленно!!! – было первое, что он прокричал после иступленного возгласа, будоражившего в жилах кровь и наполненного горечью тяжкой утраты.

Первыми, разумеется, заспешили медики – они сразу же стали осматривать пострадавшую. Как и следовало ожидать, легкий бронежилет, находившийся под плащом и следовавшей за ним белой блузкой, принял на себя первые две свинцово-стальные пули; соответственно, ни внутренние органы, ни сама грудь, исключая лишь пару легких ушибов, мягко выражаясь, не пострадали. Но вот голова?! Во лбу имелось маленькое кругленькое отверстие, окаймленное запекшейся кровью, что не вызывало сомнений о наступлении драматических, крайне печальных, последствий.

Присутствовавший офицер хотя и относился к высшим чинам, но тем не менее не смог скрыть искренней скорби (он был живой человек, и ничто человеческое было ему не чуждо): мужчина бросился на кровать и, рыдая, стал попросту вырывать на себе волосы. Внезапно! Один из прибывших на место медбратьев диким, не вызывающим возражений, голосом заорал:

– Тихо всем!!!

Мгновенно наступила мертвая тишина… Удерживая руку на шее возле самого горла, медицинский работник уже гораздо тише, вполголоса, произнес:

– Есть пульс… она жива.

После последних слов пришел в себя и Корнилов; моментально собравшись, он резко скомандовал:

– Немедленно в «склиф» ее – прямо в отделение нейрохирургии.

Далее, самолично помогая медицинским работникам, высокопоставленный руководитель стал спускать несчастную на носилках вниз, предварительно отдав спецназовцам, оставшимися на месте жесткое указание:

– Обыскать здесь все, чтобы ни одна «маленькая мышка» не выскочила, – за информацию отвечаете лично!

– А вы, – обратился генерал к телохранителям, – либо принесёте мне голову того, кто это сделал, либо ищите себе другую работу – и можете не сомневаться, что, после того как вы провалили – этот! – объект, вам вряд ли удастся найти что-либо стоящее.