Кей Хупер - Аманда

— Это убийство? — резко спросил Уокер.

Хелен сжала губы.

— Я думаю, да. Очень возможно. Множественные переломы, происшедшие, по-видимому, в момент гибели, особенно в верхней части тела. Повреждение черепа, вероятно, еще до смерти.

— Он мог просто упасть, — произнес шериф тоном человека, продолжающего питать слабую надежду.

— Ну разумеется, мог. А потом сам себя похоронил. Завтра, шериф, я представлю вам письменный отчет о результатах своего так называемого осмотра.

Хелен коротко кивнула всем собравшимся и быстрыми шагами направилась к дому, чтобы сообщить Джессу.

— Она не считает, что он мог упасть, — проговорил шериф как бы самому себе и вздохнул. — Пойду распоряжусь, чтобы огородили и прикрыли останки. Салли, я пошлю в лес своего человека посторожить то место, пока не приедет бригада. Скажи об этом Джессу.

— Хорошо.

Шериф ушел.

— Говоришь, ты слышал собачий лай? — спросил Уокер.

— Так мне показалось.

— Но собак ты так и не видел?

— Нет.

— Может быть, стоит посмотреть там еще, Салли?

— А может быть, тебе стоит… — свирепо начал Салли.

Его прервал мягкий голос Лесли:

— Может быть, нам всем стоит этим заняться. Я буду добровольцем, Салли. На этот раз будем искать в том месте, где ты слышал лай.

Похоже, Салли для разрядки требовалась хорошая драка. Однако в конце концов он направился в другой конец двора, постепенно замедляя шаг, чтобы Лесли Кид могла идти с ним в ногу.

Уокер наблюдал за тем, как Салли почти инстинктивно соразмеряет свой шаг с шагом Лесли. Внезапно на него снизошло озарение.

— Ах черт! Будь я проклят! — пробормотал он.

— Со мной все в порядке, — произнесла Аманда.

Да нет, подумал Уокер, еще не все в порядке, хотя, конечно, сейчас она выглядит лучше, чем несколько часов назад. В глазах еще застыл ужас, но лицо уже не такое мертвенно-бледное, и голос не дрожит.

— Я знаю, радость моя, для тебя это страшное потрясение, — сказал Джесс. — И все-таки попытайся забыть об этом.

— Я постараюсь.

Уокер знал, что она ничего не сможет забыть, но прежде чем он успел что-либо сказать, раздался изумленный голос Кейт:

— Труп, захороненный на территории «Славы»?! Кто это может быть?

— Сколько людей прошли через эти места за последние сорок лет? — вмешался Уокер. — Сколько рабочих уходили, увольнялись или просто исчезали в один прекрасный день? Наверное, несколько сотен наберется.

С другого конца комнаты послышался голос Риса:

— Есть ли надежда опознать останки?

Уокер пожал плечами:

— Судебная медицина сейчас творит чудеса. Но все зависит от того, был ли этот человек в свое время зарегистрирован как пропавший без вести. Если нет, если его исчезновение прошло незаметным и досье на него не существует, то опознать его будет практически невозможно.

— Мы только зря расстраиваем Аманду этими разговорами, — сказал Джесс.

— Нет-нет, со мной все в порядке.

В углу большого дивана она казалась странно одинокой, как будто изолированной от всех, несмотря на то что Кейт сидела рядом. Грязь она смыла несколько часов назад и теперь, одетая в белые джинсы и светло-голубую рубашку, снова выглядела свежей и опрятной, как всегда.

Часы показывали около девяти. Еще не совсем стемнело. В лесу, у прикрытого рогожей скелета, остался лишь один, самый несчастный из людей шерифа. Всех остальных словно смыло час назад очередной короткой грозой с ливнем. Поисковые команды сдались и вернулись домой. Лишь Салли еще не вернулся.

Прочие домочадцы, включая Уокера и Бена, сидели в главной гостиной. Во время ужина никто практически не притронулся к еде. Аманда совсем притихла. Уокер с самого своего прихода не мог улучить момент, чтобы побыть с ней наедине. Вообще-то ему было наплевать на собравшихся и до боли хотелось сжать ее в объятиях, но, поймав ее предостерегающий взгляд, он понял, что следует держаться на расстоянии. У него возникло ощущение, что Аманда сознательно изолировала себя от окружающих.

— Тебе надо лечь пораньше, радость моя, — встревоженно произнес Джесс.

Она с улыбкой взглянула на него:

— Я пока не хочу ложиться. Все равно, как только закрою глаза, сразу вижу… тот череп. И потом, в грозу я обычно не сплю.

— Я могу остаться и составить тебе компанию, — немедленно произнес Уокер.

— Да, я очень на это надеюсь.

Она снова кинула на него быстрый взгляд, в котором на этот раз мелькнуло что-то такое, чего он не смог понять. Обернулась к Джессу:

— Вы ведь не будете против, если Уокер останется?

Джесс не успел ответить: из его кабинета раздался телефонный звонок. Он взглянул на Мэгги, и та выскользнула из гостиной. Джесс с улыбкой обернулся к Аманде:

— Конечно, нет.

После этого он, ко всеобщему удивлению, обратился к Бену:

— И ты тоже можешь остаться, Бен. Конечно, это дело Кейт пригласить тебя. Но я не возражаю.

Бен, сидевший рядом с Кейт, ответил коротко:

— Спасибо.

Тень пробежала по красивому лицу Кейт. Уокер прекрасно ее понял. Наконец-то Джесс заметил и, по всей видимости, признал ее любовника, но с характерным для него уничижительным высокомерием выразил это признание Бену, а не Кейт.

В гостиную вошла Мэгги.

— Аманда, вас к телефону. Хелен хочет с вами поговорить.

Аманда встала и направилась к двери.

— Наверное, проверяет, как я себя чувствую. Я уже устала всем повторять, что со мной все в порядке.

— Повторите это еще несколько раз, кузина, — вставил Рис. — Может быть, мы вам в конце концов и поверим.

Аманда взглянула на него с улыбкой и вышла из гостиной.

В кабинете Джесса она ощутила едва заметный запах дыма, но не придала этому значения. Взяла трубку.

— Хелен?

— Аманда, вы одна?

— Сейчас да. Я в кабинете Джесса. А что случилось?

— Слушайте. Мне только что принесли результаты анализов из лаборатории. Пробы с вечеринки.

Аманда почувствовала странную отстраненность.

— И что же?

— У всех, кому стало плохо на вечеринке, установлено отравление ядовитыми ягодами. Больше ничего. Кроме вас. У вас в желудке и в крови обнаружен еще и другой яд — аконит. Очень высокая концентрация аконита. Никакой случайностью это объяснить невозможно. Кто-то пытался убить вас, Аманда.

«Кто-то пытался убить вас, Аманда…» Зти слова эхом звучали в ее мозгу, не вызывая никаких эмоций. Она ощущала все ту же отстраненность, как посторонний наблюдатель, очень мало интересующийся происходящими событиями.

— Аманда… вы меня слышите?

— Слышу, Хелен.

— Я обязана доложить шерифу. У меня нет выбора. Вы меня понимаете?

— Понимаю. Но… не могли бы вы подождать до завтра?

— Зачем? Что от этого изменится?

— Может быть, очень многое. — Аманда помолчала, прислушалась к отдаленным раскатам грома. — Хелен, кажется, я могу опознать этот скелет. Но мне нужно еще немного времени.