Сьюзен Льюис - Месть

— Никогда не видела, чтобы так быстро выздоравливали. Это правда, что врач разрешил тебе уехать? Я не хочу участвовать ни в какой авантюре.

— Если не веришь, пойди и спроси у него. Мы сегодня долго с ним разговаривали. Недельки две мне придется поберечься, но в целом он считает, что мы оба — я и ребенок — в полном порядке. Элен, я все еще не могу поверить, что мне так крупно повезло, — радостно сказала Кирстен, но на глаза ее навернулись слезы.

— Эй, — рассмеялась Элен, тоже сквозь слезы, — перестань. С ребенком все будет хорошо. После всех потрясений он все-таки удержался на месте.

— Он?

— Ну она. Какая разница? Лишь бы с ним все было в порядке.

— Разницы никакой, — улыбнулась Кирстен, смахивая слезы.

— Почему, черт возьми, ты мне не позвонила? — спросила Элен.

— А ты почему не позвонила?

Элен усмехнулась.

— Ну, это длинная и не очень-то красивая история. Но об этом мы поговорим потом, когда ты будешь дома и снова встанешь на ноги.

— Хорошо, — согласилась Кирстен. — Ну, расскажи мне, что у тебя новенького? Как ваши дела с Дэрмотом?

Элен комично подняла брови и расплылась в улыбке.

— Мы поженились, — сообщила она. — Две недели назад. Дэрмот буквально вынудил меня, но теперь я даже рада, что так получилось.

— О Элен, прими мои поздравления, — обрадовалась Кирстен, обнимая ее.

— Полагаю, что развод неизбежен, и без конца ему это повторяю. Но, чем черт не шутит, возможно, в конце концов мы притремся друг к другу. Он не худший из мерзавцев.

Кирстен рассмеялась.

— У вас был медовый месяц?

— Пока не было, да, по правде говоря, я и не хочу. Во всяком случае, то, что он предлагает, не приводит меня в восторг.

— Почему? Что он предлагает?

— Держись крепче, не то упадешь. Дэрмот хочет сесть в любой поезд, поехать в любом направлении и выйти где захочется. Если бы мне пришлось пойти на это, я выбросила бы его с этого самого поезда. Но мы никуда не поедем, пока не скопим немного денег. Он надеется получить через суд хорошую компенсацию от Диллис за злонамеренное использование его имени, но на сегодняшний день он такой же банкрот, как и я.

— Разве тебе еще не выплатили деньги за участие в фильме?

— Выплатили, но ведь нам нужно на что-то жить, пока Дэрмот не получит «свое наследство», как он это называет.

— Знаешь, вот о чем я думаю, — сказала Кирстен. — Я сняла коттедж в Провансе и должна была улететь туда сегодня утром. Как видишь, пока я не смогу этого сделать, так почему бы вам с Дэрмотом не поехать туда?

Элен покачала головой.

— Ты считаешь, что я способна бросить тебя в такое время? За тобой надо кому-то присматривать, следить, чтобы ты отдыхала, и я этим займусь. Я уже предупредила Дэрмота, что покидаю его на две недели. Он грозится тоже приехать сюда, но пусть тебя это не тревожит.

Они одновременно оглянулись, услышав стук в дверь. В палату заглянула Тея.

— Тея? — удивилась Кирстен. У нее болезненно сжалось сердце.

— Как вы себе чувствуете? — с улыбкой спросила Тея.

— Лучше. Значительно лучше, спасибо, — сказала Кирстен, но Элен заметила, как в глазах ее мелькнул испуг. Очевидно, Кирстен решила, что Элен рассказала Tee о ребенке.

— Не бойся, — шепнула Элен. — Никто не знает.

— Вы достаточно окрепли, чтобы принять одного маленького посетителя? — спросила Тея.

Кирстен широко раскрыла глаза, боясь радоваться раньше времени.

— Он тут, за дверью, — сказала Тея. — Можно его позвать?

— Да, — с нетерпением сказал Кирстен, расплываясь в улыбке. — Да, да, прошу вас.

Тея открыла дверь и выглянула в коридор.

— Хорошо. Поставь это на место, а потом можешь войти.

Когда Том ворвался в палату, щеки Кирстен заливали слезы.

— Кирсти! — завопил он. — Я только катался в инвалидной коляске!

— Да неужели? — рассмеялась она. — И как тебе это понравилось?

— Здорово! Тебе нужно тоже попробовать.

— Обязательно попробую. — Она отстранила Тома, заглянула ему в лицо и поцеловала его.

— У меня есть для тебя подарок, — заявил он.

— Правда?

— Да. Я нарисовал твой портрет. Я повесил его дома на стенке, но бабушка сказала, что ты, может быть, захочешь взять его себе. И я принес его с собой.

— Где же он?

Том поднял глаза на Тею и вдруг смутился.

— Я позабыл, что надо говорить дальше, — признался он.

Теперь Кирстен в замешательстве смотрела на Тею.

— Он, наверное, забыл рисунок в машине, — улыбаясь, сказала Тея. — Я за ним схожу. — У двери она обернулась, поймала взгляд Элен и сделала ей знак глазами, чтобы она тоже вышла.

— Ну, рассказывай, — попросила Тома Кирстен, когда они остались одни. — Чем ты занимался?

— Разными вещами. Но я скучал по тебе, Кирсти. Я даже плакал, потому что мне хотелось к тебе. Мама сердилась на меня, а папочка сказал, что плакать можно. Он мне сказал по секрету, что тоже плакал, потому что тоже скучал по тебе.

— Неужели? — прошептала Кирстен дрожащими губами.

— Ты так и не научился хранить тайны, Том?

От звука этого голоса у Кирстен сжалось сердце. Оглянувшись и увидев, что Лоренс стоит на пороге, она почувствовала, что вот-вот разрыдается.

— Привет, — сказала она, пытаясь улыбнуться.

— Привет. — Его глаза смеялись, но Кирстен заметила в них и тревогу. Неужели он тоже думает, что она пыталась убить себя?

— Ты принес мой рисунок, папа? — весело прощебетал Том.

— Вот он. — Лоренс положил рисунок на кровать. — По-моему, сходство довольно большое, а?

Кирстен увидела человечка с паучьими ручками и ножками, взъерошенными волосами и улыбкой во все лицо.

— Ты умница, Том, — сказала она, тормоша его и крепко прижимая к себе.

Лоренс присел на краешек кровати рядом с ними и погладил Кирстен по голове.

— Я люблю тебя, — прошептал он. — Если бы с тобой что-нибудь случилось…

— Произошло не то, что ты думаешь, — сказала Кирстен. — Уверяю тебя, это несчастный случай.

Он пристально посмотрел ей в глаза.

— Клянусь тебе, — повторила Кирстен, и Лоренс, наконец, улыбнулся.

— Я пытался дозвониться тебе, — сказал он, — вчера вечером…

— Так это был ты?

— Да. Или, вернее, мы, — улыбнулся он, потрепав Тома по подбородку.

— Я сам набирал номер, — с гордостью заявил Том. — Теперь я знаю его наизусть.

— А почему вы звонили? — спросила Кирстен, глядя на Тома.

— Мы хотели попросить тебя позволить нам вернуться домой, — ответил Лоренс.

У Кирстен замерло сердце. Должно быть, это ей показалось или она не так поняла его…

— Ведь ты позволишь нам вернуться, Кирсти? — умоляюще спросил Том.

Кирстен взглянула на Лоренса.

— Я не понимаю, — сказала она. — А как же?..

— Мы разводимся.

— А опекунство?

— За мной. Она больше не будет его оспаривать. Я потом объясню, без Тома. Так что ты нам ответишь? Можно двум парням, которые любят тебя, вернуться домой?