Энн Стюарт - Ритуальные грехи

— Ужин в семь тридцать, и если ты опоздаешь, то не жди никаких поблажек, — она замолкла, уставившись на Рэйчел. — Куда это ты собралась, крошка?

— О еде я позабочусь сама.

Эстер фыркнула, да так громко, что было слышно на улице.

— Что-то ты плохо справляешься со своей задачей. Того и гляди, ветер дунет и унесет тебя в дальние края.

— Значит, мне повезло, что ветра нет, — буркнула Рэйчел, открывая дверцу машины.

— Как знаешь, крошка. Только смотри, чтобы ночь не застала тебя одну, на темной улице. Лерой Пелтнер рассказывал, что видел неподалеку летающего вампира.

— Есть вещи и похуже, — проворчала себе под нос Рэйчел.

— Что ты сказала? — проскрипела Эстер.

— Что буду вести себя осторожно!

С недовольным видом Эстер захлопнула входную дверь и исчезла в недрах своего унылого, прокуренного дома, заставив Рэйчел пожалеть о том, что она оставила чемодан в душной комнате. Полуденный воздух казался таким густым, что дыхание давалось с трудом, да и вообще этот городок начинал действовать Рэйчел на нервы. Ее не покидало ощущение, что за ней пристально наблюдают, следят за каждым шагом, шпионят.

Но она отсюда не сбежит, пускай не надеятся. Она уже сбежала из Санта Долорес и вернется туда только тогда, когда откопает какой-нибудь компромат на Люка. К тому же она была уверена, что напала на верный след. Интересно, как почувствуют себя восторженные последователи, когда узнают, что он убил своего приемного отца? Конечно, отчим — не родная кровь, но все же… И вообще, почему люди тянулись к Люку, откуда взялось это опасное притяжение? Он был человеком, по следам которого шла смерть. А может, он сам ее призывал?

Нет, ей определенно не нравился этот знойный городишко. Здесь было как-то неуютно, не хватало свежего воздуха, чистого пространства, и хотя многие дома были заново выкрашены белой краской, создавалось впечатление, будто все здесь пришло в упадок. Как будто слой краски скрывал не только прогнившие доски, но и порочные души.

Она не знала, кто может ей помочь, да и сама не спешила обращаться за помощью. Лорин из кафе пояснила в общих чертах, как попасть на местное кладбище, но уклонилась от ответа на вопрос, где искать старый дом Джексона Берделла. Она сказала, что там никто не живет с тех пор, Джексон Берделл застрелился. Мол, все превратилось в болото.

Странно, но Рэйчел не нашла кладбища возле старой церкви, одного из немногих зданий, стены которого не украшала свежая краска. Оказалось, что оно находится на краю города, неподалеку от густого заболоченного леса. Всю дорогу, пока она ехала в том направлении, Рэйчел не покидало тягостное чувство. Она ожидала совсем другого от Алабамы. Она ожидала здесь встретить старомодное очарование и милых, дружелюбных людей, которыми славятся небольшие городки старого Юга. Странное ощущение упадка и тления давило ей на мозг, путало мысли.

Но ведь именно это и было основным занятием Люка Берделла, в котором он достиг блестящих результатов. И неважно, где находилась Рэйчел — рядом или за тысячи миль вдали от него. В этом-то и крылась величайшая опасность. В его присутствии она становилась совершенно беззащитной, и воображение уносило ее в заоблачные выси. А ведь именно этих чувств она боялась и боролась с ними всю свою жизнь. Поэтому она вернется в Санта Долорес только тогда, когда искоренит в себе эти вредные качества.

Трава на кладбище была аккуратно пострижена, чистенькие гранитные таблички выстроились в симметричные ряды. Рэйчел бродила между ними, читая даты и фамилии, среди которых были и жертвы войн, начиная с 1850 года, и дети, унесенные всплеском сезонных болезней. Среди них встречались имена Пелтнеров, Колтрейнов и Берделлов, но родителей Люка она так и не нашла.

И снова у нее возникло странное чувство, будто за ней наблюдали, будто пара настырных глаз сверлила ей спину. Может, кто-то тренировался в снайперском мастерстве? Она живо представила себе Эстер Блессинг с винтовкой в руках — картинка получилась презабавная, а главное, очень правдивая. Оружие прекрасно сочеталось с черными глазами и злобной душой старухи. А как насчет остальных — Пелтнера, Колтрейна и даже Лорин? Может, и они были не прочь поохотиться за Рейчел? Неудивительно, что здесь творились странные вещи. Чего еще можно ждать от города, где рождаются личности вроде Люка Берделла?

Она остановилась посреди кладбища и постаралась собраться с духом. Может, она сама виновата, потому что буквально зациклилась на Люке Берделле, к тому же она всегда была немного мнительной. А все потому, что не доверяла никому на свете.

Но ведь у жителей Коффинз Гроув не было причин, чтобы желать ей зла. А если немного призадуматься, позволить опасную роскошь и проанализировать эти странные ощущения, то можно даже прийти к выводу, что со стороны наблюдателя ей ничего не грозит. В смысле физического насилия.

Все здесь пугало ее до смерти. Рэйчел готова была уже сдаться, когда ненароком наткнулась на то, что тщетно искала. Грандиозное надгробие Джексона Берделла.

У нее в голове не укладывалось, как она могла его пропустить. Оно было выше остальных памятников, у основания сидел высеченный из гранита пес. Вокруг пестрели букеты искусственных цветов самых невероятных оттенков — от темно-красного до желтого, от времени они выцвели и покрылись грязью. Тут же валялись окурки сигарет разного срока давности, причем двух разных марок. Значит, у надгробия стояло двое людей. Но оба ли они скорбели об усопшем? Она прочла слова, выбитые на камне: ДЖЕКСОН БЕРДЕЛЛ, ЛЮБЯЩИЙ СЫН, ОПЫТНЫЙ ОХОТНИК, ПРИМЕРНЫЙ МУЖ. СРАЖЕН ВО ЦВЕТЕ ЛЕТ. 1930–1976.

И ни слова о его собственном сыне. «Сражен во цвете лет» — эти слова, конечно, придумала Эстер, чтобы весь мир узнал о том, что Джексона убили. Она сказала, что убьет Люка, как только представится удобный случай. Удивительно, что она так долго ждала.

Рэйчел быстро пошла к воротам и чуть было не споткнулась о небольшую мраморную дощечку в земле, вдали от помпезного памятника Берделла. МЭРИДЖО МАКДОНАЛЬД, 1940–1968.

Имени мужа не значилось. Возле мраморного надгробия лежал букетик полевых цветов, еще не успевших зачахнуть под палящим солнцем.

Кто-то успел побывать здесь до нее. Причем, совсем недавно. Кто-то, кому Мэриджо Макдональд была небезразлична, тогда как собственный муж постыдился указать на надгробии свою фамилию. Словно по наитию Рэйчел вскинула голову и быстро огляделась. Вокруг не было ни души. Тот, кто пришел навестить могилу Мэриджо, а потом наблюдал за Рэйчел, уже ушел.

Ей страстно захотелось забраться в машину, захлопнуть дверцу и убраться из проклятого городка к чертовой бабушке. Однако она уже зашла слишком далеко, чтобы вновь спасаться бегством.