Барбара Колли - Пятновыводитель для репутации

— Да, вроде помню. А что такое?

— Только что я разговаривала с Надей. У Дэви снова был кошмар. Только в этот раз… Слушай внимательно! На этот раз он сказал, что папа пришел раненный и у него текла кровь.

— Кровь текла?

— Именно.

В трубке надолго воцарилась тишина.

— Но ты же, конечно, не думаешь… — Девушка снова замолчала, и Шарлотта даже через телефонную трубку услышала, как она лихорадочно барабанит пальцами по столу.

— Знаешь, тетя, — заговорила она наконец, — теперь, после некоторого размышления, мне это кажется возможным. Ведь парни из суда штата до сих пор не прислали нам отчет о результатах исследования ДНК в этих костях. — Повисла еще одна длинная пауза. — Все это, конечно, немного фантастично, но мы видели кое-что и постраннее.

— Я велела Наде вместе с Дэви приехать ко мне на то время, пока ты осмотришь его комнату. Там ведь могут оказаться кровавые следы!

— Хорошо соображаешь, тетя! Уже еду. Сообщу тебе, если что-нибудь обнаружу. Созвонимся!

Шарлотта медленно опустила трубку на рычаг. Мозг ее работал с бешеной скоростью. Ведь если вдуматься, такая возможность существовала всегда. Но только потому, что в вазе оказался бумажник Мартинеса, да еще потому, что расследование вел Уилл Ришо, никому и в голову не пришло провести анализ ДНК.

Шарлотта нервно огляделась, потом бросила взгляд на часы. Пора бежать на работу! Мэриан Хеберт будет ее ждать… Но сейчас она просто не в силах думать о работе!

Шарлотта тяжело вздохнула. По опыту она знала, что в такие моменты лучше всего занимать себя чем-нибудь. А отменив заказ и оставшись дома, она будет нервничать и терзаться.

Снова огорченно вздохнув, она отнесла пустую чашку на кухню и помчалась в ванную — мыться и одеваться.

В тот день Шарлотта работала как проклятая и в результате отмыла дом Мэриан за рекордно короткое время. Но даже изнурительного физического труда оказалось недостаточно, чтобы выбить из ее головы назойливые вопросы, кружившие там неистовым хороводом.

Укладывая инструменты в фургон, Шарлотта уже, наверно, в сотый раз принялась гадать, нашла ли Джудит в комнате Дэви кровавые следы. И в тысячный — спросила сама себя, возможно ли, чтобы Рикко Мартинес был жив? А если он жив, то чьи же кости лежали в той злополучной вазе? И еще более сложная загадка: если кости — не Рикко, откуда взялся там его бумажник?

Сворачивая на Милан-стрит, она уже практически сходила с ума от мучительной неизвестности. Нашла Джудит что-нибудь или нет?!

Шарлотта уже въезжала на дорожку, ведущую к дому, когда в глаза ей вдруг бросился почтовый ящик на стене рядом с дверью Луи. Не то чтобы ящик этот отличался сверхъестественными размерами, но даже издалека было видно, что письма выходят из берегов и грозят наводнением.

Шарлотта заглушила мотор, укоризненно качая головой. Как же так! Она забыла о своем обещании забирать его письма и складывать у себя, пока Луи в отъезде!

Пока Луи в отъезде…

— И кто ты после этого? — проворчала Шарлотта, выбираясь из кабины. — В одну минуту ты воображаешь, будто бы у тебя с этим мужчиной может быть общее будущее, а в следующую… — Голос ее грустно затих. А в следующую — напрочь забываешь о том, что его нет в городе! — мысленно закончила она, поднимаясь по ступенькам.

Но Шарлотте очень хотелось найти для себя оправдание. В конце концов, с того вечера много всего произошло, включая и грандиозную перепалку с Луи и Джудит. Но оправдания — всего лишь оправдания. Луи уехал уже почти пять дней назад, а она за это время ни разу даже не вспомнила о нем, не задумалась, а каково ему там, что он делает. И вот оно, доказательство ее равнодушия: забитый до краев ящик.

Правда, от него тоже все это время ничего не слышно. Ни разу не позвонил справиться о ней или хотя бы поболтать! Опять оправдания! Может, права старая пословица? С глаз долой — из сердца вон?

Все было бы иначе, если бы ты действительно что-то к нему чувствовала, — зазвучал в ушах настойчивый тонкий голосок. Сколько лет прошло с тех пор, как Хэнк-старший уехал во Вьетнам, чтобы никогда уже не возвратиться! Но не было за это время ни единого дня, когда Шарлотта хоть раз да не подумала о нем!

Шарлотта принялась выгребать почту из ящика Луи и рассортировывать письма: те, что побольше, совала вниз огромной стопки, а маленькие — наверх. Потом, зажав груду конвертов подмышкой, добралась до собственной двери, отперла замок и вошла в дом.

Может, настало время посмотреть правде в глаза?

Милашка пронзительно вскрикнул и начал выделывать свои обычные трюки, призванные привлечь внимание хозяйки.

— Знаю, знаю, Милашка! Я в последнее время совсем тебя забросила.

Шарлотта кинула взгляд на автоответчик.

Но мерзкий огонек, будто назло, горел ровно, не мигая. Ни одного сообщения. Шарлотта сложила письма на столик у двери, потом сняла туфли и влезла в мокасины.

— Подожди минутку, Милашка! Сейчас я выпущу тебя полетать.

Посмотреть в лицо правде… Луи… Она медленно побрела к клетке и отворила дверцу. Попугайчик тут же бочком подскочил к проему, выпорхнул наружу и взмыл в воздух. Но Шарлотта, снедаемая грустными и запутанными чувствами, по-прежнему стояла на месте, бессмысленно глядя на пустую клетку.

Итак, правда. Да, Луи действительно ей небезразличен. Возможно, она даже любит его — но только не той всепоглощающей любовью, какую испытывала к Хэнку-старшему. Хотя она знала, что существуют разные виды, разные степени любви. Пусть так. Но все равно она не уверена, что ее чувства к Луи хватит, чтобы смотреть сквозь пальцы и прощать те маленькие недостатки, которые, если любви нет, в конце концов отвращают людей друг от друга.

Значит, правда? Она одинока. Да, есть семья и друзья, но порой она мучительно ощущает зияющую пустоту в своей жизни, от которой не спасают родные и близкие. И тогда жаждет обрести те особые, интимные отношения, отношения между мужчиной и женщиной, которым только и под силу заполнить этот провал.

Так вот она, правда! Как бы ни хотелось ей вновь обрести отношения, подобные тем, что были у нее с отцом ее ребенка, Луи Тибодо никогда не подарит их ей.

Она просто-напросто не интересует Луи ни как объект любви, ни даже в качестве единственного доступного варианта. У него было предостаточно возможностей превратить их знакомство в более серьезную связь, но он ни разу и пальцем ради этого не шевельнул.

Теперь все решено и сказано. Шарлотте остается лишь признать, что она в очередной раз понапрасну выпустила на волю свою фантазию.

И вывод из всего этого только один: их отношения с Луи — игра в одни ворота. Она играет сама с собой. И вся беда в том, что дурачок Луи так и не догадался…