Барбара Вуд - Огонь души

В беззвучной молитве Селена обратилась к богине, умоляя ее помочь им беспрепятственно достичь реки. Селена инстинктивно подняла руку и прижала ее к оку Гора под своими одеждами. Там же она нащупала амулет, который ей подарила Фатма, когда они прощались этим утром. Арабы называли его «шамрах»; это был трилистник клевера, символ трех фаз богини луны, который защищал своего владельца от опасностей и несчастий.

Увлекаемые толпой, Селена и Вульф вошли еще в одни ворота и попали на огромную площадь.

Они озадаченно остановились.

— Что это? — спросила Селена шепотом, но ошарашенный Вульф ничего не ответил, только покачал головой.

Площадь раскинулась у подножия небесной горы, которая выделялась своим темно-коричневым цветом на фоне неба цвета слоновой кости. Башня называлась Ба-Бел, что означало божественные ворота, и площадь гудела от людских голосов. Люди продвигались к стенам, скапливались вокруг фонтана в центре площади, они лежали и сидели на циновках, на соломе или на голом полу, везде. Повсюду стоял оглушительный гомон, многоголосый хор людских страданий.

Медленно, постоянно озираясь, Селена и Вульф продвигались все дальше. Мужчины стояли, прислонившись к стене, плачущие дети лежали на покрывалах, молодые женщины сидели на корточках, стыдливо опустив головы. Там почти некуда было ступить — так близко друг к другу лежали люди на глиняных кирпичах площади — больные и калеки, мужчины и женщины, от мала до велика. Те, у кого еще хватало сил, тянули руки, чтобы подергать за подол одежды прохожего, другие еле слышно звали на помощь.

У многих больных висели таблички на шее либо на больной части тела, на табличке было написано имя человека и род заболевания. «Небе из Урука, — было написано на одной из них, — ожог». Или: «Шимакс из Вавилона, плотник, у которого отнялась одна рука». Те, кто не умел писать, рисовали картинки, сообщавшие о болезни, — сердце, сыпь, опухоль. Самые бедные просто обвязывали кусочками ткани голову, руку или колено.

Когда Вульф и Селена подошли к фонтану, Селена воскликнула:

— О, что же это за место?

Она произнесла это громко, чтобы Вульф мог расслышать ее, и тут же кто-то у нее за спиной крикнул:

— Вы, должно быть, нездешние, если не знаете площади Гилгамеш. Она известна во всем мире.

Селена обернулась. Мужчина позади нее, видный и хорошо одетый, встал со скамеечки. Но прежде чем встать, он протянул кубок воды женщине, лежавшей рядом с ним на покрывале.

— Это моя жена, — сказал он. — Вы можете помочь?

Селена взглянула на женщину, от которой остались лишь кожа да кости. Она лежала под светлым весенним небом, рядом с мужчиной, чесавшим гноящийся нарыв на ноге.

— Почему ты привел сюда свою жену? — спросила Селена. — Почему здесь собрались все эти люди?

Он непонимающе посмотрел на нее:

— Она больна! Куда же еще я мог привести ее?

— Но почему именно сюда, в это ужасное место? Почему не к врачу?

— Обратиться к врачу было бы богохульством, а мы, жители Вавилона, — люди благочестивые. Обращение к врачу — это вызов богам, поэтому мы приводим наших больных на площадь Гилгамеш и просим богов о помощи. Ты видишь, у каждого таблички.

Он показал на свою жену, на вздувшемся животе которой лежала глиняная табличка с надписью «Я Нанна, мой ребенок умер внутри меня».

— Мы приходим сюда в надежде, — объяснил мужчина, — что боги пошлют сюда людей, которые когда-то страдали тем же и знают средство исцеления.

Селена огляделась и заметила то, на что прежде не обратила внимания: рядом со многими больными стояли или сидели на коленях люди, которые что-то говорили больным или предлагали какие-то средства. Но далеко не у каждого был кто-то, кто заботился о нем.

— Разве это не то же самое, что обратиться к врачу? — спросила она.

— Нет, это совсем другое, — возразил мужчина, слегка раздражаясь, — если обращаешься к врачу, значит, ты протестуешь против приговора богов, это попытка отменить его с помощью человеческого вмешательства. Но ведь только боги сами могут отменить наказание.

— Наказание за что?

— За грехи, конечно.

Селена опять взглянула на лежащую без сознания женщину.

— А твоя жена? Какой грех совершила она?

Лицо мужчины омрачилось.

— Ребенок, видимо, был не мой, раз боги его взяли себе.

Селена уставилась на него:

— Ты хочешь сказать, что она прелюбодействовала?

— Она отпирается. Но что же еще может означать смерть неродившегося ребенка?

Селена опустилась на колени рядом с женщиной и осторожно приложила руку к ее животу. Она сразу почувствовала, что там нет жизни. Лоб женщины был удивительно холодным и сухим. Пульс был учащенным, а дыхание затрудненным. Селене хотелось бы осмотреть ее более внимательно, но не здесь, в этом публичном месте. Она встала и бросила взгляд на Вульфа, который, похоже, уже нервничал.

— Мне хотелось бы ей помочь. Может быть, еще можно кое-что сделать.

Мужчина смерил ее недоверчивым взглядом:

— Что, например?

Селена помедлила. Необходимо извлечь ребенка. Селена только однажды, много лет назад, видела, как Мера совершала эту операцию.

— Так ты можешь помочь моей жене или нет? — спросил мужчина грубо.

Не успела Селена ответить, как Вульф схватил ее за руку и бросил на нее предупреждающий взгляд.

— Я не верю, что вас послали боги, — резко заметил мужчина и посмотрел на их бедуинскую одежду и тюки путешественников.

— Не прикасайтесь к моей жене. Убирайтесь отсюда. Прочь!

Селена хотела возразить, но Вульф уже тянул ее в сторону. Он сказал, что им нужно к реке. Что уже поздно.

Но уже через пару шагов Селена опять остановилась и огляделась. Она увидела мужчину с больной ногой, пытавшегося передвигаться с помощью клюки, она увидела женщину, склонившуюся над больным ребенком, подростка, сидевшего прислонившись к ограде фонтана и вытянув перед собой безжизненные ноги, — он был мертв.

— Вульф, это ужасно, — шептала она.

Он поднял глаза к солнцу. Оно приближалось к зениту. Скоро полдень.

— Нам пора идти, — сказал он и снова взял ее за руку.

— Пожалуйста, — раздался тоненький голосок. Селена опустила взгляд и увидела маленькую девочку, цеплявшуюся за ее подол. — Помоги моей маме.

Селена последовала за ней к молодой женщине, которая лежала на покрывале, прижав руки к низу живота, и стонала.

— Что случилось? — спросила Селена, присев рядом и пощупав ее горячий лоб.

— Это случилось ночью, — ответила девочка, — совершенно неожиданно. Отец привел нас сюда, но ему нужно работать. Пожалуйста, помоги моей маме.

— У тебя есть кровотечение? — спросила Селена молодую женщину, осторожно нажимая на точку около паха. Женщина вскрикнула от боли.