Сюзан Таннер - Пленник мечты

— По крайней мере, — пробормотал он, — она не безразлична. — Салек бросил на него недовольный взгляд, который не ускользнул от Гавина. Он пожал плечами. — Да, — признал он, — мои мысли витают в другом направлении, заняты другой осадой, но они обе составляют одно целое.

— Не позволяй девчонке забивать себе голову, иначе ты потеряешь все и не сможешь отвоевать Галлхиел.

— Я сохраню разум при себе, — сухо отозвался Гавин, — если только это успокоит тебя. — Ночной ветер стал пронзительным и холодным, и он с тоской подумал о теплой постели леди Беатрис. Но он быстро отогнал прочь эту мысль. Нужно было завоевать замок. — Приведи мне утром какого-нибудь жителя, желательно толкового.

Салек нисколько не удивился. Ничто из того, что делал Гавин перед сражениями, больше не удивляло его.

— Ладно. Будет исполнено.

Они расстались, и Гавин направился к палатке, где лежал его знаменосец. Человек, сидевший возле него, печально покачал головой. Лихорадка сотрясала небольшое тело. Гавин долго сидел возле мальчика и поклялся отомстить тому, кто выпустил эту стрелу.

Он спал не очень хорошо и встал задолго до рассвета. Вскоре он уже всматривался в тревожные глаза мужчины, который был на несколько лет старше его.

— Как тебя зовут?

— Рос.

Гавин спрятал улыбку. Мужчина не был дружественно настроен, он также не проявлял ни малейшего признака покорности или угодничества. Салек сделал хороший выбор.

— Тебе не нравится новый хозяин, Рос?

— У Чарена было много хозяев. — Рос, все еще настороженный, немного расслабился. Его не собирались бить там, где он стоял, да и светловолосый гигант не причинил его семье никакого вреда. Он даже был более менее почтителен с его женой, хотя она и стукнула его граблями, увидев своего мужа с заломленными назад руками. Гигант развязал ему руки, когда они вошли в палатку.

— А ты видел многих хозяев?

Рос изучающе взглянул на него.

— Я должен заботиться о земле, у меня нет времени ни на что другое. Один лорд или другой, все равно, если я занят только своей скотиной.

Гавин задумался, покачиваясь на каблуках.

— Я не лорд.

— Хозяин Чарена для меня лорд.

На этот раз Гавин позволил себе улыбнуться.

— Тогда я буду твоим новым лордом. — Он стал серьезным. — Кто будет сражаться против меня?

Рос знал, что от него хотели.

— Вам придется следить только за стенами, мой лорд. Больше ниоткуда не будет опасности.

Услышав это, Гавин удивился:

— Неужели никто из людей Чарена не будет сражаться за своего господина?

— Мы послушные овцы, мой лорд. Лорд Мортон до этого не нуждался ни в ком из нас.

— Ты сторонник англичан?

Рос посмотрел испуганно, а затем рассердился:

— Я - нет.

— А лорд Мортон думал как раз о них. Шотландия вполне могла потерять часть своей земли на южной границе.

Глаза у крестьянина сощурились.

— Кто вас послал?

Гавин пропустил его вопрос.

— Ни одному человеку на этой земле не следует бояться за свой дом или свою семью. Мы не собираемся жечь ваши дома или издеваться над женщинами. С каждым из вас будут обращаться как с моими подданными с этого момента и впредь, вы будете подчиняться моим законам и моему суду. Но, — повысил он голос, — если кто из вас поднимет руку на меня или моих людей, то потеряет все.

— Но вы еще не завоевали замок, — Рос был слишком смел, он сам понимал это.

Гавин снова улыбнулся, улыбка была уверенной.

— Я завоюю. И я хочу, чтобы ты всем рассказал о моих намерениях.

Рос изучающе вглядывался ему в лицо некоторое время, потом медленно кивнул:

— Хорошо, я все так и сделаю.

— У меня долгая память, Рос. Это принесет тебе пользу.

После того как Салек вернулся, проводив крестьянина до границы их лагеря, он увидел удовлетворенный взгляд Гавина и кивнул. Им повезет, даже если несколько местных жителей считают так, как этот.

— Теперь - размышляя, произнес Салек, — нам нужно найти способ сломить лорда Мортона, не разрушая при этом стен нашего нового дома.

— Время неподходящее для осады, — произнес Га-вин. — Все запасы еды надежно укрыты за стенами Чарена. Единственным слабым местом может быть доставка воды.

Салек кивнул:

— Как стемнеет, я пошлю кого-нибудь, чтобы поискать, откуда вода поступает внутрь.

— Хорошо, — согласился Гавин, потом остановился. — Нет, я совсем не устал. Мы пойдем сами.

— Это глупо, — начал было ворчать Салек, но затем улыбнулся: — Хорошо.

Когда он выходил из палатки, Гавин спросил:

— Как Тим?

— Он жив. — Это все, что мог ответить ему Салек. Если мальчик проживет день, это будет просто чудо.

Позже, днем, Гавин навестил мальчика. Прерывистое дыхание слабо приподнимало небольшую грудь. Окинув взглядом палатку, Гавин убедился, что для удобства мальчика было сделано все, что возможно. Небольшой огонь обогревал палатку, раненому с регулярными перерывами понемногу давали овсянку. Гавин посмотрел на мужчину, ухаживавшего за мальчиком.

— Он будет жить?

Мужчина неуверенно посмотрел на него.

— Стрела повредила мышцы, но не задела жизненно важных органов. Его может унести лихорадка. — Он помолчал и наконец прямо ответил на вопрос: — Боюсь, он не выживет.

Губы Гавина сжались, глубокие морщины пролегли между бровями, и именно в таком настроении он отправился к стенам замка. Вечер был мрачным и темным, ни луна, ни звезды не освещали их путь, когда они с Салеком быстро пробирались сквозь высокий кустарник. Позади на холме остались огни лагеря. Перед ним маячили светлые, белеющие в темноте стены Чарена.

Они осторожно обходили вокруг стены; Салек почувствовал странное притяжение к гладким камням, высоко вздымавшимся в небеса. Время от времени он почти благоговейно прикасался ладонями к прохладной, ровной поверхности, пытаясь определить происхождение этого чувства. Он был рад, что Гавин полностью сосредоточился на поисках источника воды и не обращал на него внимания.

Когда наконец они обнаружили источник с той стороны замка, что ближе всего была к Ривер-Клайд, Гавин издал довольное ворчание. Салек остановился, глядя вниз на небольшой чистый ручей.

— Неужели они настолько глупы, что полагаются только на этот ручеек?

— Этого достаточно для замка, — заявил Гавин.

— Но не так безопасно. Ведь это первое, что будет искать осаждающий их противник.

— Правда, — согласился Гавин. — Чарен очень старинное владение. Я не сомневаюсь, что на такой случай где-то в стенах замка может быть выкопан колодец. Может статься, что он все еще полон, а может, и нет. Я только знаю, что здесь уже много лет не было сражений. Если колодец пересох, то, бьюсь об заклад, они не станут тратить силы, чтобы выкопать другой. На это надо много времени, а они всегда были дружны с Англией.