Аманда Квик - Пламя в ночи

— Думаете, мистер Уинтерс не будет возражать, если вы угоститесь его дорогим бренди?

— Сдается мне, у него сегодня вечером голова будет занята совсем другим.

Она медленно улыбнулась:

— Пожалуй, вы правы. Карты и пара глотков бренди — это отличный способ провести вечер.

— Конечно, не такой романтичный, как свидание в тайном месте.

— Но все равно прекрасно, — сказала миссис Тревельян.

— Я вас понял. — Мистер Смит вцепился в подлокотники стула. — Вы говорили, что заполучить женщину и артефакт не составит труда. Вы также сказали, что те двое, которых вы планируете нанять для этой работы, — специалисты в такого рода делах.

Латтрел откинулся на спинку стула и посмотрел на Смита. Их разделял широкий элегантно инкрустированный письменный стол. Как и все остальное в этом кабинете, стол был самого лучшего качества и очень искусно сделан. Латтрел получал большое удовлетворение, окружая себя только такими произведениями искусства и дорогой мебелью, которые сделали бы честь дому истинного джентльмена. Весь антиквариат был подлинным. За исключением одной небольшой статуэтки египетской царицы, которая стояла на его письменном столе. Но этим вопросом он собирался заняться в ближайшее время.

Латтрел прошел большой путь от сточной канавы, в которой родился, до нынешнего положения, и сознание этого доставляло ему истинное наслаждение.

— Прошлой ночью вышел небольшой промах, — сказал он.

— Вы называете это промахом? — Смит был в ярости. — Латтрел, мы заключили сделку, и вы ее не выполнили.

Его имя было не Смит, но пока Латтрел готов был вежливо мириться с этой выдумкой. Смит был высоким, с угловатыми чертами лица и держался с тем раздражавшим Латтрела высокомерием представителя высшего класса, которое нельзя приобрести, с ним можно только родиться. Волосы его, по-видимому, когда-то были черными, но сейчас они почти все поседели и начали редеть.

Смит обладал определенным талантом, и довольно сильным, но энергия, которая пульсировала в атмосфере вокруг него, была переменчивой и прерывистой. Латтрел достаточно долго прожил, борясь за выживание в опасном и полном предательств криминальном подполье Лондона, и он научился распознавать красноречивые признаки неустойчивости психики, когда видел их.

— Наша договоренность все еще существует, — холодно сказал Латтрел. — Я вам говорил, что действовать против директора Консорциума будет довольно сложно. Тем не менее я вам обещаю, что работа по нашему проекту будет продолжена.

— Уинтерс теперь насторожится.

— Думаю, будет точнее сказать, что он насторожился еще в ту ночь, когда ваш очень молодой и неопытный подручный неумело попытался схватить Пайн возле театра. Из-за этого провала вы ко мне и пришли, помните? Вы не знали, что человеком, который ее тогда увез, был Уинтерс. Это я выяснил, кто он, и узнал, что он держит ее пленницей в своем доме. Черт, да вы даже не знали, что Гриффин Уинтерс и есть директор Консорциума.

— Мне до сих пор трудно поверить, что Уинтерс — криминальный лорд, которого вы описываете.

— Но теперь, когда вы знаете, что он проявляет большой интерес к Пайн, все изменилось, не так ли?

— Да. Да! — Смит стиснул кулаки. — Если директор — это действительно Гриффин Уинтерс, как вы утверждаете…

— Это он. Мы с ним живем в одном мире, я и Уинтерс. Мы знаем друг друга так хорошо, как могут знать только враги. Так что можете мне поверить, когда я говорю, что Гриффин Уинтерс — директор Консорциума.

— В таком случае, все действительно изменилось, — хрипло прошептал Смит. — Если он был готов рискнуть жизнью, чтобы защитить Аделаиду Пайн, это может означать только одно: он заполучил Лампу и ему нужна женщина, которая с ней работает.

— И вам теперь нужно и то, и другое: и Пайн, и Лампа.

— Неужели вы не понимаете? Совершенно ясно, что мое предназначение — преуспеть в том, в чем Николас Уинтерс и его потомки потерпели неудачу.

— У меня один вопрос, — сказал Латтрел. — Зачем вам нужна была Пайн еще до того, как вы заподозрили, что Лампа могла быть найдена?

Смит ощетинился.

— Я недавно пришел к заключению, что я могу использовать сильного считывателя сносвета другим образом.

Интуиция Латтрела тихо зажужжала.

— Это имеет какое-то отношение к красным кристаллам?

— К вашему сведению, я продвинулся в их совершенствовании так далеко, как только мог. — Смит раздраженно махнул рукой. — Но есть вероятность, что я мог бы продвинуться в концентрировании их энергии гораздо дальше, если бы мне помогала женщина, читающая сносвет. Когда вы мне рассказали, что Аделаида Пайн объявилась в Лондоне, я подумал, что она может мне пригодиться. Но теперь, когда я знаю, что и она, и Лампа находятся в пределах досягаемости…

— Я достану вам и артефакт, и женщину, не волнуйтесь.

— А что рассказали эти два вора? — требовательно спросил Смит. — Что пошло не так?

— У меня не было возможности поговорить с людьми, которые были посланы в Эбби, — признался Латтрел. — Они исчезли.

— Исчезли?

— С теми, кто докучает директору, такое нередко случается. Вот почему я принял такие меры предосторожности, чтобы убедиться, что ничто в этом предприятии не сможет навести на мой след. — Он выдержал паузу для большего эффекта. — Или на ваш, конечно.

Смит вскочил со стула и заходил по комнате.

— Могу вас заверить, кристаллы не могли подвести, каждый был настроен должным образом.

— Я понятия не имею, что случилось и что пошло не так, — признался Латтрел. — Возможно, контейнеры с газом не сработали, как надо. Я только знаю, что эти двое воров исчезли и, вероятнее всего, никогда не будут найдены.

Он не стал добавлять, что поручил своему человеку поискать их — на случай, если им удалось сбежать из Эбби. Если их найдут, то они сразу исчезнут снова. На этот раз в реке. Но маловероятно, что они когда-нибудь обнаружатся. В конце концов, у Уинтерса есть определенная репутация.

— Беспокоиться не о чем, — заверил Латтрел. — Я вас уверяю, к концу недели у меня будут и женщина, и артефакт.

Смит остановился возле письменного стола.

— Это точно?

Латтрел улыбнулся:

— Даю вам слово.

— Я уже отказался от надежды когда-нибудь вернуть Лампу, не говоря уже о том, чтобы снова найти эту женщину, которая читает сносвет. Вы и представить себе не можете, как долго я ждал.

— Ошибаетесь, — тихо сказал Латтрел. — Я очень хорошо представляю, сколько вы ждали.

Смит нахмурился.

— Я вас не понимаю! Что вы хотите этим сказать?

— Вы приобрели Лампу двадцать лет назад. На то, чтобы найти Аделаиду Пайн, вам потребовалось еще шесть лет. Во время пожара в борделе вы лишились и того, и другого.