Аманда Квик - Пламя в ночи

— Осторожно, не наступи на этот камень. — Он показал на пол тоннеля. — Там очень опасная ловушка с ножом. Ее сконструировал Леггетт. Он очень ловко обращается с ножами.

— Понятно. Спасибо, что предупредил.

Она осторожно обошла камень стороной и встала за спиной Гриффина. По другую сторону калитки можно было разглядеть каменные ступени вверх.

Гриффин поднял руку, отодвинул какой-то камень, достал из потайного места ключ и потом вставил его в замок. Калитка из тяжелой железной решетки распахнулась на удивление легко.

— Новые петли, — пояснил Гриффин. — Я слежу, чтобы они были всегда хорошо смазаны.

Он прошел через калитку и стал подниматься по ступеням. Наверху он зажег фонарь и толкнул тяжелую деревянную дверь. Дверь открылась. Воздух, которым повеяло из-за двери, был лишь ненамного свежее, чем в тоннеле. Аделаида увидела тонкую полоску туманного дневного света, пробивающуюся из-под другой двери, и поняла, что они вышли в камеру с каменными стенами. Стены и пол были покрыты десятками очень темных энергетических отпечатков.

— Это крипта, — прошептала Аделаида.

— Ее не использовали много лет, — заверил Гриффин.

Она решила, что не имеет смысла говорить, что хотя печальная энергия, связанная с отпеванием и похоронами на протяжении многих поколений, и меркнет со временем, она никогда не угасает полностью. Людям вроде нее, чувствительным к энергии сносвета, такое место погребения всегда будет шептать о смерти и скорби.

Гриффин прошел вперед и открыл дверь из сводчатой крипты наружу. В крипту пахнуло сыростью. Аделаида закрыла свое паранормальное восприятие и стала рассматривать открывшуюся ей серую картину.

Как и крипта, кладбище явно было заброшено много лет назад. Его заполонили сорняки, переросшая трава, ползучие растения. Ветки деревьев, поникшие над старыми могильными памятниками, в сумерках казались фантомами. Невдалеке стояла небольшая церковь, уже полуразрушенная, дальше, в тумане, маячила каменная стена. В свете газового фонаря, пробивающегося сквозь туман, камни и статуи на могилах напоминали руины какого-то древнего города.

— Это то самое кладбище, на котором вы с Латтрелом заключили перемирие? — спросила Аделаида.

— Нет. Я бы никогда не привел сюда врага. Крейгейтское кладбище находится в другой части города.

Но ее он сюда привел, подумала Аделаида, значит, ей он доверяет. По какой-то неведомой причине это сознание согревало душу.

— Нам осталось недалеко идти, — сказал Гриффин.

Они прошли по лабиринту из полуразрушенных могильных памятников и пролезли через пролом в стене. Вскоре они оказались в старом районе, явно пришедшем в упадок. Кое-где в окнах горел свет, но большая часть домов в узких улочках и переулках были темными. Они шли дальше, петляя теперь уже в лабиринте улочек. Через короткое время они оказались в совсем другом районе, явно более благополучном. Перед входами в дома здесь стояли фонари, а по улицам дребезжали в тумане кареты и двуколки.

Гриффин провел Аделаиду через небольшой аккуратный парк, они свернули за угол в переулок. У стены, ограничивающей сад за домом, Гриффин остановился, достал ключ и отпер калитку. Аделаида вошла вслед за ним и оказалась в саду, за которым, как и за кладбищем, много лет никто не ухаживал. В окнах дома свет не горел.

— Что это за место? — спросила она.

— В этом доме я родился и вырос. — Гриффин очень тихо закрыл калитку. — Здесь были убиты мои родители. Сразу после их смерти дом был продан, чтобы расплатиться с кредиторами отца. Несколько лет назад я смог его выкупить. Сейчас здесь никто не живет.

— Почему ты привел меня сюда? — тихо спросила Аделаида.

— Я хочу, чтобы ты увидела комнату, в которой были убиты мои родители.

Наконец она поняла причину этого странного путешествия. Логика Гриффина ее удивила. Она посмотрела на него.

— Ты надеешься, что я посмотрю и смогу сказать, убил ли твоих родителей тот же человек, с которым я встретилась тринадцать лет назад, не так ли? Ты думаешь, между этими событиями есть какая-то связь.

— Ты говорила, что узнаешь энергетические следы Смита, если увидишь их снова.

— Да, но почему ты ожидаешь, что я увижу его следы здесь, в твоем доме, в комнате твоих родителей?

— Потому что до того, как он нашел тебя, у него в руках оказалась Лампа. Она была украдена из сейфа моего отца в ту ночь, когда произошло убийство.

Аделаида быстро посчитала в уме.

— Но между этими двумя событиями, кражей Лампы и моей встречей со Смитом, прошло несколько лет.

— Да, я знаю. — Гриффин отпер дверь, ведущую в кухню. — Как минимум ты хотя бы скажешь, прав ли я, считая, что моих родителей убили. Или все эти годы я лелеял какую-то выдуманную теорию заговора.

Аделаида вошла в кухню. Окна были закрыты плотными занавесками, и в комнате было почти темно.

— Я все время держу портьеры задернутыми, — сказал Гриффин. — Для любопытствующих соседей дом принадлежит одной семье, которая живет далеко на севере и приезжает в Лондон очень редко. А я — просто смотритель, прихожу сюда время от времени убедиться, что все в порядке.

— Понятно.

— Нам сюда.

Они оставили вещи на полу в кухне и поднялись по черной лестнице наверх. На площадке второго этажа Аделаида открыла свое паранормальное восприятие и сразу затаила дыхание при виде энергетических отпечатков, покрывавших пол коридора перед спальней.

— Ох, Гриффин… — прошептала она.

Даже через два десятилетия после событий энергия убийственного насилия зловеще светилась и мерцала в темноте. Гриффин всмотрелся в ее лицо, его глаза сверкали, как глаза алхимика, глядящего на свой магический огонь.

— Ты видишь следы убийцы? — тихо спросил он.

— Да. — Она глубоко вздохнула. — У меня нет никаких сомнений, что здесь произошло убийство. Но следы, которые я здесь вижу, оставил не человек, которого я знала под именем Смит.

— Проклятие! — Голос Гриффина стал очень низким. — А я был так в этом уверен…

— Мне очень жаль, — мягко сказала Аделаида.

— Но это не означает, что между двумя событиями нет связи! В этом деле вполне могло быть замешано несколько человек.

Гриффин не спешил отказываться от своей идеи, и Аделаида не собиралась с ним спорить. Это было бы бессмысленно, ведь он одержим своей теорией.

— Что ж, по крайней мере я могу точно сказать, что ты был прав насчет убийства. Я уверена, что твоих родителей убили. — Она поежилась, изучая светящиеся следы. — Как говорят, убийство всегда оставляет следы.

— Он поднялся по парадной лестнице? — спросил Гриффин. Теперь его голос стал до странности невыразительным. Как будто он принял на себя другую роль, роль незаинтересованного наблюдателя.