Бейтс Болдуин - Воин султана

В большой каюте никого не было. Через открытый люк, ведущий на корму, падали лучи солнца. Дик был уверен, что застанет Колина Мак-Грегора на палубе. Это потребовало большего напряжения сил, чем он ожидал, но все же юноше удалось медленно, с трудом вскарабкаться по трапу. Неожиданно он оказался под ослепительно ярким солнцем.

Увидев племянника, капитан Мак-Грегор от неожиданности подскочил.

— Дик, дорогой! — воскликнул он. — Зачем ты пришел сюда? Тебе еще рано подниматься с постели!

Дик оперся на край люка.

— Но я здесь — и ты прекрасно знаешь, зачем.

Колин Мак-Грегор не сразу нашел, что ответить. Присмотревшись к племяннику повнимательнее, он заметил враждебный блеск в его глазах и переглянулся со вторым помощником.

— Мистер Гилбой, замените меня! — приказал он и положил руку на плечо племянника. — Ну-ну…

Дик стряхнул руку и воинственно повернулся к нему.

— Нечего нукать! Я требую объяснений!

— Ладно, будет тебе, парень, — успокаивал его дядя. — Здесь не лучшее место для объяснений. Но раз уж ты так настаиваешь, я не стану с тобой спорить. Только пойдем-ка вниз — там мы сможем поговорить наедине. То, что я хочу тебе сказать, не предназначено для чужих ушей.

Хозяйская каюта занимала всю ширину кормы. Там размещались просторная койка, комод, буфетный шкаф с бутылками на полке, стол, возле которого к полу были прикреплены два удобных кресла. Широкие окна давали достаточно света и воздуха, на полу лежал потертый, но все еще красивый ковер. Дик нашел комнату весьма уютной и удобной и внезапно понял, почему дяде нравится вести такую жизнь. Колин Мак-Грегор кивком указал на одно из кресел.

— Садись!

Дик не стал дожидаться повторного приглашения, поскольку сомневался, что сможет долго продержаться на ногах. Да, он и не подозревал, насколько ослабел! Мягкое кресло показалось верхом блаженства, и юноша с облегчением откинулся на спинку, пока дядя сходил к буфету и принес стаканы и бутылку доброго шотландского виски.

— Стало быть… — начал Колин Мак-Грегор, когда они выпили.

Дик перебил его:

— Я требую…

Красное лицо Колина Мак-Грегора покраснело еще сильнее.

— Требуешь, значит? — заговорил он сердито, но тут же умолк, покачав головой. — Да, пожалуй, ты имеешь право требовать. Но лучше не сотрясай воздух и позволь говорить мне. Тогда мы не будем отвлекаться и тратить время на бесполезные препирательства. Когда я все скажу, можешь задавать любые вопросы, и, клянусь, я постараюсь ответить на них честно.

Дик кивнул, ожидая начала.

— Ну, вот что! — продолжил дядя. — Прежде всего, я должен сказать тебе, что, когда твой отец привез тебя, бесчувственного, на борт, я не имел ни малейшего понятия о том, что случилось.

Услышав, как он попал сюда, Дик открыл было рот, но Колин Мак-Грегор предостерегающе поднял палец.

— Погоди! Конечно, я знал о вашей ссоре и решил, что все дело в ней. Мы с твоим отцом тоже не особенно любим друг друга, но ты здесь ни при чем. Однако этот корабль по большей части принадлежит ему, и я командую им с его согласия. Ранальд привез тебя и оставил мне вполне четкие указания. Мало того, он так же недвусмысленно объяснил, что будет, если я наберусь смелости отказать ему!

Колин помолчал. Дик едва сдерживался, чтобы не обрушить на него слова укоризны.

— Кстати, — заметил капитан Мак-Грегор, — ты все рассказал Лерону Солу. А это, как я понимаю, кое-что да значит!

— И все-таки, ты не повернешь назад? — Теряя остатки самообладания, Дик уже почти кричал.

Но дядя не придал особого значения его словам.

— Чего ради? Послушай меня. Французские корабли ушли, с тем же самым приливом, что и мы. Я не понял, почему они так спешили — но теперь мне все ясно. Но если бы я и знал тогда, что толку? Разве нашему корыту угнаться за двумя легкими, быстрыми фрегатами?

Лицо Дика застыло. Значит, она потеряна!

— По крайней мере, ты мог бы вернуться и призвать его к ответу!

Дядя нахмурился.

— И сыграть ему на руку? В твоей стране, парень, у тебя нет возможности противостоять отцу и его подручным. Ты только снова получишь порцию того же лекарства! И тогда у меня не останется никакой возможности помочь тебе.

— Помочь? — Дик смотрел на него с надеждой.

— Да помолчи же! — Колин Мак-Грегор ткнул его пальцем в грудь. — Послушай! Вот какие указания я получил от твоего отца насчет того, чтобы отвезти тебя в Ливорно.

Он рассказал Дику обо всем, что велел ему сделать Ранальд Мак-Грегор, и юноша закрыл лицо руками.

— Не может быть! Боже, это невозможно!

— Перестань, Дик!

Глаза дяди были полны сочувствия.

— Все не так страшно!

— Есть выход? — Дик смотрел на него с надеждой. — Ты не повезешь меня в Ливорно?

— У меня есть кое-какая мысль. Но все же я довезу тебя до места и отдам в ученики к Омутти.

Дик упал духом.

— Но…

— Ты подумай, парень, только подумай! — перебил его Колин Мак-Грегор. — Девушка француженка, она направилась в Новый Орлеан. Ты сообрази, как трудно будет добраться до Нового Орлеана, если мы вернемся в Вирджинию. К тому времени вполне может оказаться, что она уже уехала домой, во Францию!

Дик неохотно кивнул. Это было совершенно справедливо.

— Но из Ливорно, Генуи, Марселя ходят корабли в Луизиану, и, если тебе не удастся попасть туда самому, вполне можно отправить письмо, — продолжил капитан.

Во взгляде Дика появился блеск надежды.

— И, кроме того, Франция, можно сказать, прямо за углом. Рано или поздно, парень, она вернется домой, и мы должны только молиться, чтобы это случилось поскорее. В одном можешь быть уверен — тебе раньше удастся увидеть свою красавицу во Франции, чем в Вирджинии!

— Но… — Дик, наконец, смог выдавить из себя слово протеста. — Как же все это устроить, если я буду учеником мистера Омутти?

Такие мелочи, похоже, меньше всего озадачивали Колина Мак-Грегора.

— Пустяки! На сей счет не волнуйся. Я знаком с Омутти, а Ранальд — нет. Я уверен, что насчет этого грязного дела наши мнения совпадут.

— А если нет?

— Я обдумал и такую возможность, парень. Конечно, это дело не столь верное, как денежки в кармане. Но Омутти — человек практичный, он связан с моряками во всех частях света. И связи с домом Мак-Грегоров для него одни из самых важных.

— Вот поэтому-то, мне кажется, он и согласится выполнить просьбу отца.

— Да ты соображаешь, парень? Так думает Ранальд. Но поставь себя на место Омутти. Через три года ты вернешься домой, займешься делом, и увидит ли он наш корабль и наши товары, если плохо обойдется с тобой?

— Да ни один враг не возненавидит его больше, чем я, — заявил Дик. — Но я все же не понимаю…

— Не понимаешь? — Колин поднял брови. — Тогда позволь задать тебе один вопрос: кто возглавит семейное дело, когда Ранальд Мак-Грегор удалится на покой?