Джанет Эдвардс - Жнец

– Террорист явно хочет контролировать ситуацию, он сам выбрал место, – сказал Ястреб.

У меня было пять секунд, чтобы пожалеть тех, кто тщательно проработал каждую деталь нашей комнаты, а подрывник так её и не увидит. И тут мой телефон завибрировал от входящего звонка. Ястреб кивнул, и я ответила.

На экране появилось лицо Томаса. Смотрел он обиженно.

– У вас есть тридцать минут, чтобы добраться до места встречи. – Он пробормотал ряд цифр и оборвал разговор.

– Это место – новое общежитие, которое откроется на следующей неделе, – дополнил голос наблюдения. – Вы едва успеете добраться до него с помощью стандартной капсулы, но можете сэкономить время, используя высокоскоростной вагон.

– Если нас направили в то место, – возразил Ястреб, – то, наверное, террорист уже разместил там шпионские глаза. Возможно, он также наблюдает за ближайшей остановкой. Мы не можем рисковать, выходя из шикарного вагона. – Он помолчал. – Лучше подгоните вагон поближе, на случай, если он нам понадобится, но мы с Джекс поедем в обычной капсуле. Убедитесь, что поблизости нет дроидов Едзакона. Я попытаюсь установить несколько шпионских глаз, когда доберусь, но если не смогу передать весть, вы должны ждать наших дальнейших указаний.

– Понятно, – ответил голос наблюдения.

Мы с Ястребом выбежали за дверь и помчались к ближайшей транспортной остановке.

Ястреб зашёл вслед за мной в двухместную капсулу и сел напротив. Когда мы тронулись с места, он нервно стиснул поручни сиденья.

– Сейчас, в человеческом теле, я чувствую себя таким уязвимым. Почему в этих штуковинах нет ремней безопасности? А вдруг авария?

– Стандартные капсулы не едут слишком быстро.

Ястреб втянул носом воздух.

– Пахнет так, будто кого-то стошнило.

Я взглянула на подозрительное пятно на полу.

– Похоже, что таки стошнило.

Ястреб вздохнул и нажал кнопку на телефоне.

– Можем пока продолжить предыдущий разговор, хотя обстановка, конечно, отнюдь не романтическая. Как я и пытался сказать, четыреста лет хронологической разницы значения не имеют.

– Для меня имеют, – возразила я. – А ещё вся длинная череда девушек, с которыми ты встречался за эти четыреста лет.

Он рассмеялся, и пусть передо мной сидел худой подросток, смех его был в точности смехом Ястреба.

– Хочешь знать правду обо мне и моих отношениях с девушками?

– Ага… Нет. – Я неопределённо взмахнула рукой. – У тебя в Игре, наверное, были тысячи романов, но я не желаю знать все кровавые подробности. Хотя, думаю, должна их услышать, это пойдёт мне на пользу, я тогда окончательно пойму, что… Да, расскажи мне.

– Тысячи романов! У меня? Ты удивишься. – Ястреб скептически скривился. – Сидеть вот так, рядом с тобой, в моём физическом теле – потрясающе. Прошлое снова воскресло. Я стал прежним Майклом и разговариваю с девушкой, но на этот раз она слушает меня, а не дразнит. Она предпочитает Майкла, а не Ястреба Непобедимого. Я могу быть самим собой, открыто и честно говорить обо всём. Прошло столько времени с того момента, когда это случалось в последний раз.

– Но ты ведь можешь быть собой с другими Игроками-основателями.

Он улыбнулся.

– О да, мои отношения с членами семьи совсем другие, но там тоже всё сложно. Жизнь на Небесах не похожа на остальную Игру. В первые же десять лет семья установила собственные правила. Среди Игроков-основателей восемьсот пятьдесят мужчин и только семьдесят девять женщин, поэтому у Майкла не было шанса завести роман ни с одной из них. А что касается мужчин… дело не только в старой доброй конкуренции, Игроки-основатели – странное сообщество.

– Но ведь за четыреста лет в Игре…

– Нет-нет, мы с самого начала были ещё той компанией. – Его слова лились, словно прорвало вековую плотину. – В детстве я увлекался играми, но в то время… На экране образ, а ты им управляешь. Немного напоминает контролирование дроида в Игре, но куда примитивнее.

Воспоминания вызвали у него улыбку.

– Эти игры были неплохими, но потом началась та самая Игра. По сравнению со старыми временами это как небо и земля. Игровая компания замораживает твоё тело и переселяет сознание в мир Игры. Ты больше не зритель, а полновесный участник. Сначала был лишь один игровой мир.

Я попыталась представить Игру без Ганимеда, Авалона, Коралла и Звёздного Света.

– Люди боялись даже пробовать, – продолжал Ястреб. – Ходили жуткие истории о том, что может пойти не так. Эксперты предупреждали о возможном повреждении тканей в камерах заморозки или о сбоях данных, от которых мозги превращаются в омлет.

– Мы это в школе учили, – подтвердила я. – Игроки-основатели были смелыми героями, вы прокладывали путь другим и сделали Игру реальностью.

Ястреб рассмеялся.

– Смелые герои. Ха! Правда в том, что мы были адской смесью социальных неудачников, неизлечимо больных, а также одержимых геймеров. Если ты не можешь сосуществовать с реальным миром, или умираешь, или не можешь устоять перед соблазном игры, то вот тебе крутой шанс. Именно такие люди и вошли в Игру первыми. Стали Игроками-основателями.

Я не знала, что ответить. Не секрет, что Игроки-основатели несколько эксцентричны, но исключительные звания давали им право вести себя, как заблагорассудится.

– Я принадлежал ко двум из этих трёх категорий. Не мог оторваться от игр и с трудом находил общий язык с людьми. Мои родители всё твердили, что мне надо почаще гулять на улице.

Он вздохнул.

– Я пытался. Забросил игры, погрузился в реальность, даже девушку себе завёл на три недели, но потом она бросила меня крайне гадким способом. Это она сказала, что я привлекателен, как разлагающийся слизняк. Про остальное лучше умолчим из чувства сострадания. – Он помолчал. – Смешно, но мне всё ещё больно от тех воспоминаний. Я снова вернулся к играм, спасаясь от реальности, и попытался забыть о существовании Сюзанны.

Я зачарованно слушала, не веря своим ушам. Всё пыталась соединить в одно внятное целое неудачника из рассказа с легендарным Ястребом и гиком Майклом.

– А потом Игровая компания начала рекламировать тестовый период, – вёл дальше Ястреб. – Они инвестировали в проект кучу денег и отчаянно доказывали, что все страшилки – чистый вымысел, а Игра абсолютно безопасна. Они предлагали возможность играть ежечасно и ежедневно, физически исчезнуть из реальности, и всё это бесплатно! Для такого, как я, кто бросил школу, не имел ни профессии, ни друзей, ни работы, невозможно было отказаться от соблазна.

Ястреб покачал головой.

– Когда я думаю о том, что тебе пришлось работать уже в десять лет, да ещё и заботиться о себе… Я был таким незрелым. Проигнорировал возражения родителей и связался с Игровой компанией. Они колебались, потому что мне не исполнилось восемнадцати, но всех кандидатов доставили в Америку и месяц гоняли по физическим и ментальным тестам перед допуском в Игру. Я успел стать совершеннолетним, поэтому попал в первую тысячу игроков.