Александра Плен - Пария

– И что?

– А ты не думаешь, что магия исчезает, когда предаешь ее? Стоило оболгать, наказать невиновного, и родовой магии Хорн больше нет. Стоило использовать погоду для захвата соседнего государства – и магии Мару больше нет. Я читала хроники. Как раз после войны у семейства Мару больше не рождались дети с силой.

Глаза Эдварда зажглись интересом.

– Стоило начать управлять людьми с помощью ментальной магии, заставлять их делать то, что они не хотят, и нашей силы то же не стало, – продолжил он мою теорию. – Есть доказательства?

Я сокрушенно вздохнула.

– Что бы их найти, нужно перечитать все хроники на протяжении последних сотни-двух лет. Мне такое не под силу. Моя теория основана лишь на семье Мару. Их хроники я читала, когда делала курсовую по Великой войне с югом. Мару тогда были героями, именно их сила помогла выиграть войну и захватить соседнее королевство.

– Согласно легенде, наше королевство берет начало из одной затерянной горной деревушки, которую не заметили боги, когда отбирали у людей магию. И она случайно у них осталась, – задумчиво начал говорить наследник. Я хмыкнула, услышав его интерпретацию известной легенды. – Постепенно, осмелев, используя свои способности, ее жители принялись расширять территорию, год за годом увеличивая свое королевство, пока оно не стало самым огромным в мире.

Я кивнула. Наследник быстро схватывал.

– Мы сильны, пока у нас есть магия, – продолжал он, – если у нас она исчезнет полностью, соседи начнут потихоньку отбирать свои земли назад?

«Сразу видно прирожденного правителя, – подумала я уважительно, – с этой стороны проблему я не рассматривала».

– Согласен, теория интересная. Если магия полностью исчезнет, королевство ждут большие неприятности. И как думаешь, можно ее вернуть?

– Не знаю, никому не удавалось до последнего времени, – ответила я, – но теперь я хотя бы знаю, как ее не потерять.

– И как?

– Не использовать свою силу во вред людям, использовать только во благо, – я немного подумала, вспомнив Хорна и его пуговицы. – Ну, может, еще для защиты можно.

– Библиотека закрывается! – зычный голос герры Виолетты, заставил нас испуганно вздрогнуть. – Всем сдать учебный материал.

***

Слова его высочества не шли у меня из головы. Какое впечатление я произвожу? Что видят парни, смотря на меня? В подтверждение его слов я вдруг начала замечать внимательные взгляды студентов, некоторые исподтишка, некоторые в упор. Действительно, раньше идя по коридору, я смотрела сквозь всех, а чаще всего и вовсе не поднимала головы, упираясь глазами в ковровую дорожку или в конспект.

От этих взглядов портилось настроение, на душе становилось скверно. Иногда во взглядах было восхищение и симпатия, а иногда… Меня словно щупали липкими грязными пальцами.

Странно, мне казалось, я совсем не изменилась. Лишь немного поправилась в груди и бедрах. Точно такие же непонятного цвета волосы были на голове. Ни к блондинкам, ни к брюнеткам меня отнести было нельзя. Ближе всех светлая шатенка с примесью ржавчины. Узкое лицо с широким ртом, слишком большим для такой худой мордашки. Меня всегда это угнетало, и я по возможности поджимала губы, стараясь сделать его меньше. А еще ровные широкие брови. Ни тоненькие, как у Сорти, и без красивого излома, как у Оттаны, например. Единственная моя гордость, по моему мнению – глаза, немного раскосые, карие с зелеными крапинками и густые ресницы. Все по отдельности выглядело странно и совсем не привлекательно. А вместе? Я попыталась посмотреть на себя со стороны.

Не знаю. Не мне судить. На классическую красавицу я точно не тяну. Хотя… Маму считали эталоном красоты, Марта говорила, что я на нее очень похожа. Может быть, я когда-нибудь ею стану?

А пока внимание раздражало и немного пугало. А вдруг все начнут, как Хорн, предлагать свое покровительство?

Не начнут. Побоятся. Я сейчас все время провожу с наследником, даже Хорн отстал, только буравит меня издалека ненавидящим взглядом, что уж говорить о других.

В начале весны я отнесла в портовый банк десять золотых и положила на свой счет. Кассан посоветовал, и я с радостью последовала дружескому совету. Теперь я чувствовала себя в относительной финансовой безопасности. Мой работодатель летом собрался жениться, на герре Виолике. Женщина для покорения кузнеца выбрала самую действенную тактику – она регулярно подкармливала нас пирожками и другой выпечкой, которую продавала в порту.

Я радовалась, что Кассан, наконец, заметил ее ухаживания, а сама думала, что же им подарить на свадьбу. Перечитала кучу формул и нашла одну готовую, как раз подходящую. Купила в тайне от Кассана серебряный слиток и приготовилась экспериментировать в своей комнате.

Через две недели тренировок у меня, наконец, получился красивый серебряный чайник с изогнутым носиком. Не буду говорить, чем этот чайник успел побывать в ходе моих неумелых формулировок. Зато теперь просто загляденье! Я поставила его на подоконник и весь остаток весны любовалась на свое первое творение. Ну и что, что формула была готовая. Нужно же было еще рассчитывать и соизмерять потоки силы на каждую промежуточную фразу, когда я ее читала с листка.

После чайника, уверовав в себя, начала выискивать такие же готовые формулы для создания предметов. Пусть их было немного, они шли лишь примерами в учебниках, но я все их переписала в тетрадку. Так у меня получилась медная плоская тарелка, средних размеров нож без рукоятки, небольшой гвоздь с широкой круглой шляпкой и квадратный кусок решетки с мелкими ячейками.

Гвозди особенно пришлись по душе Кассану. Пусть они недорого стоили, зато всегда были востребованы. А я их делала гору за секунду.

С Хорном мы столкнулись в коридоре, я торопилась в библиотеку, а он выходил из нее. Он молча заступил мне дорогу. Пришлось нехотя поднять глаза. Вблизи сын судьи выглядел неважно. Бледный, хмурый, с мутным взглядом. То ли был пьян, то ли болен. Но язвительность осталась при нем, в этом я смогла убедиться, как только он открыл рот.

– Что-то не вижу на тебе ни одного украшения. Даже самого крошечного бриллиантика. Наследник оказался не слишком щедр? Или папочка не выдает денег на мелкие расходы?

Я даже не обиделась. Наоборот, мне стало смешно. Слова никак не вязались с тем, что я прочитала в его глазах. Я же видела, какой измученный у него вид, каким хриплым, словно простуженным был голос. Мне его даже стало немного жаль. Он сам убивает себя, не понимая, чего хочет. То ли унизить меня, то ли поцеловать.

Я молча обошла Хорна. Он дернулся, схватил меня за руку, притянул к себе и быстро зашептал, глотая слова, уткнувшись губами в мою макушку.

– Становись моей официально, плевать, пусть все видят. Я почти что женат, мне уже можно заводить постоянную любовницу. Я куплю тебе дом в Шалире. Обсыплю…