Валентина Герман - Возвращённые тенью

— Я не могу придумать другого.

«Слава Богам!..»

— Я был бы удивлен, если бы ты смогла опередить меня в этом, — улыбнулся Терлизан, и Диадра ответила ему кривой невеселой улыбкой.

— Зачем тебе вообще нужна Илли? — спросила она тихо.

— Мне нужна сила, которую только она может дать мне.

— Что за сила?

— Возможность свободно переходить границу между Светом и Тенью.

— Что?.. — Диадра непонимающе уставилась на него. — Но ты же олл. Ты и так можешь жить в Свете и Тени одновременно.

Брови Терлизана взметнулись в усмешке.

— А мой братишка не скупился на тайны, не так ли? Что ж, если ты знаешь это, то, вероятно, имеешь представление и о том, почему мы не живем в своем истинном обличье, и почему в человеческом, умирая, неизбежно остаемся в Тени. И я говорю об этом, Диадра, о возможности перейти границу, оставаясь живым человеком, о возможности сознавать себя в Тени и опуститься в такие глубины, откуда бессознательной душе уже никогда не вернуться.

Диадра ошеломленно смотрела на него.

— Но ведь твоя душа умрет, рассеется по Ауре там, в глубинах.

Терлизан усмехнулся.

— Кто сказал тебе такую глупость?

— Один знакомый марсонт… но постой, это… это неправда?.. — голос ее дрогнул.

— Разумеется, нет. Если я захочу рассеять себя по Ауре, я сделаю это. Если же я хочу лишь уйти навеки, чтобы мою душу не тревожили бесконечным зовом, и в недвижимом безвременье ждать своей реинкарнации, я опущусь в глубины, откуда уже ни одно существо на свете не сможет вернуть меня… — голос его был наполнен печалью и горечью, и Диадра, смятенно сознавая смысл его слов, загоралась внезапно расцветающей верой, чувствуя, как вновь наливается жизнью и вспыхивает в сердце обессилевшая любовь — и лишь спустя несколько мгновений она внезапно осознала и тот смысл, который был для него во всем этом.

Сердце ее дрогнуло.

— Ты… хочешь вернуть Даенжи?..

Он резко посмотрел на нее.

— А ты хочешь вернуть Берзадилара?..

— О Боги… — выдохнула она едва слышно.

Это было возможно… это было возможно, и он был все еще жив, там, в глубинах Тени…

— Но почему Илли?.. Почему Слеза Тени?.. Ведь это были камни, слезы Даенжи… Почему теперь ты думаешь, будто Слезы Тени — это люди?..

Терлизан повел плечами.

— Неважно, как называть их, Диадра. Иллиандра — одна из тех, кто способен даровать мне силу. Я окрестил их Слезами Тени, потому что взамен способностей, которые я получал от них, одна слеза Даенжи бесследно исчезала с моей груди.

— И сколько всего их было, до Илли? — тихо спросила Диадра.

— Трое. Четверо, если считать тебя, однако ты каким-то неведомым образом потеряла свою особенность как раз в тот день, когда Даенжи покинула меня, уйдя в глубины. Так что, — Терлизан усмехнулся, — можешь считать, что тебе невероятно повезло, Диадра. Из всех себе подобных ты единственная, кто сумел избежать моего преследования.

Холод окутал сердце Диадры.

— Ты поглощаешь людей так же, как этих призраков?..

— Нет, я делаю это, будучи одним из них.

— Ох. Но ведь они создания Тени. Я думала, вы можете принимать форму только живых существ, тех, что обитают в Свете.

— Я не принимаю их обличье, — чуть улыбнулся Терлизан. — После того, как я поглотил сотни этих тварей, их сущность просто стала частью меня.

— Я не совсем понимаю.

Он вдруг поднялся со ступеней, в один миг обращаясь черным маревом.

— Так понятнее?..

Диадра резко вскрикнула, отшатываясь и отползая назад по ступеням, но в следующий миг черные крылья сложились, превращаясь в белоснежные рукава его рубашки, изумрудные глаза потухли, оставляя после себя насмешливый золотистый взгляд.

— Вижу, я впечатлил тебя.

— О Боги… — она все еще не в силах была унять охватившую ее дрожь.

До этого момента, несмотря на все, что обрушилось на нее за этот долгий день, Диадра все еще не могла связать их всех воедино — этого заносчивого наглеца с надменными золотистыми глазами, сломленного юношу, стремившегося вернуть жизнь возлюбленной, и жуткого черного призрака, убившего ее… теперь же она внезапно видела в нем всех троих — одновременно.

— Но как же ты можешь, Терлизан?.. — прошептала она, вглядываясь в его глаза. — Ты ведь стремился спасать человеческие жизни, веками истребляя этих существ, и в то же время ты сам своими руками убивал невинных… Как ты можешь делать это ради спасения лишь одной, пусть и дорогой тебе жизни?..

На мгновение ей показалось, что усмешка окаменела на его губах, однако глаза его тотчас наполнились лишь еще большим цинизмом.

— Кто сказал тебе, что я стремился спасать жизни, Диадра?.. Все, чего я когда-либо хотел, истребляя этих демонов, это отомстить за смерть Даенжи, — он резко обернулся, скрывая от нее свое лицо. — Довольно откровений на сегодня. Если ты не помнишь, ты отвлекла меня от гораздо более приятного занятия, чем занудные беседы.

И с этим он растворился в воздухе так быстро, что Диадра не успела больше сказать ему ни слова. Она несколько мгновений смотрела на опустевшую лестницу, потом печально улыбнулась и прошептала:

— Но ты ведь тоже задавал себе этот вопрос…

Иллиандра, устроившись на просохшем наконец диване гостиной, читала книгу. Диадра, несмотря на все ее уговоры, отказалась присоединиться к ним за ужином, Дариан отчего-то был молчалив и мрачен, и теперь Иллиандра с тоской считала минуты, мечтая о том, как завтра утром проберется тайным ходом в королевские кабинеты и, заперев двери, наконец бросится в объятия Плоидиса. Сегодня же он и Алиетт допоздна принимали у себя шамбренского посла с супругой, и даже во дворце этот неизбежно одинокий вечер не сулил бы Иллиандре ничего, кроме бесконечно тянущегося ожидания в пустынных королевских покоях.

Дверь отворилась, и в гостиную вошел Дариан, однако, увидев Иллиандру, остановился.

— Ох, прости, Илли, я не знал, что ты здесь.

— Ты едва ли помешаешь, Дариан, — улыбнулась Иллиандра, закрывая книгу. — Признаться, я и так подумывала бросить этот скучный роман.

Он неуверенно взглянул на нее.

— В самом деле?

— Конечно, — она встала и бросила на Дариана веселый взгляд. — Быть может, присоединишься ко мне? Я бы не отказалась от позднего десерта.

— Разумеется, — он улыбнулся, но улыбка получилась натянутой.

Иллиандра остановилась и внимательно взглянула на него:

— Что-то случилось, Дариан?..

— Нет, — он качнул головой, отводя глаза, и Иллиандра подошла ближе, касаясь его плеча.

— Ты уверен?

Он повел плечом, отстраняя ее руку, и Иллиандра, втянув носом воздух, вдруг удивленно подняла брови:

— Дариан… ты пил?..

— Немного, — он сжал губы и взглянул на девушку. — Илли, можно поговорить с тобой?

— Конечно, — она взволнованно нахмурилась и жестом позвала его на диван.