Дарья Кузнецова - Венец безбрачия

Не знаю, как он проделывал всё это, будучи слепым, но действовал змееглазый безукоризненно. Легонько дёрнув меня назад, перемещая себе за спину, демон второй рукой перехватил драчуна за запястье. Кажется, почти не применяя силу и пользуясь исключительно инерцией движения массивного тела, Менгерель с отчётливым влажным хрустом, окончившимся болезненным воплем, неестественно вывернул нападающему руку за спину. Затем последовал короткий удар по локтю, вновь что‑то хрустнуло, и вопль сорвался на поскуливание.

— За вывих извини, не рассчитал, — с тем же спокойствием добавил демон, толчком отправляя покалеченного второго к третьему.

— Ах ты! — с нецензурным воплем первый, продемонстрировав похвальное мужество и явный недостаток инстинкта самосохранения, бросился на хвостатого. С этим мой спутник церемониться не стал, и попросту выкинул за ограждение. Переливчатый вопль оборвался влажным шлепком, потом — ещё одним. Я нервно сглотнула вязкую слюну, радуясь, что мне с моего места не видно, что осталось от этого первого.

— Подойди сюда, и, если будешь хорошо себя вести, не пострадаешь, — обратился демон к последнему. Покалеченный лежал на полу, тихонько постанывая, но пытаясь сделать вид, что его здесь нет. — Подойди. Сюда, — с нажимом повторил Менгерель, доставая из‑за ремня за спиной пистолет и направляя его на последнего. Этот аргумент оказался весомей, и тот, третий, на дрожащих ногах подошёл ближе. — Что находится в той стороне? — спокойно уточнил он, махнув рукой на противоположную сторону тоннеля.

— Не знаю, — дрожащим голосом проблеял он. — А что вам нужно?

— Что в принципе есть в той стороне на расстоянии около сотни километров? — уточнила я.

— Ну, там промышленные районы, заводы разные, склады старые, — разговаривая со мной, он явно чувствовал себя спокойней.

— Как туда добраться?

— Ну вот отсюда маршрут восемнадцать двадцать шесть пять ходит, должен скоро прибыть, но часто опаздывает, — затараторил он.

Ещё пару минут промурыжив парня, оказавшегося самым младшим из тройки, и разжившись в итоге тонким пластиковым браслетом, в недрах которого в электронной форме числилась небольшая сумма денег и несколько билетов на транспорт, мы отпустили его с миром. Третий помог второму подняться, и они поспешили убраться подальше.

— Ты маньяк, ты в курсе? — осторожно уточнила я у демона.

— Если бы я предоставил им такую возможность, меня бы они забили до смерти, тебя пустили по кругу, а потом продали бы в какой‑нибудь притон. Считаешь, надо было именно так завершить эту встречу? — спокойно поинтересовался Менгерель. Я не нашлась с ответом, только качнула головой, хотя он этого, конечно, не видел.

— Почему подобным мужчинам, независимо от национальности и эпохи, нравится унижать и насиловать женщин? — пробормотала я. Вопрос был практически риторический, тем более что ответ на него было не так уж сложно найти, но демон почему‑то ответил. С тем же невозмутимым спокойствием.

— В конечном итоге это всё способ самоутверждения неуверенного в себе индивида. Победа над заведомо более слабым противником и его унижение, — раз. Возможность взять ту, которая в иной ситуации в его сторону и не посмотрела бы, — два. А некоторым просто доставляет удовольствие чужая боль.

— Последних ты, должно быть, очень хорошо понимаешь, — не удержалась от язвительного замечания я. Но мужчина совершенно не оскорбился, спокойно пожал плечами и невозмутимо ответил.

— Я вообще неплохо разбираюсь в мотивах поступков различных разумных существ.

— А некоторые ещё и разделяешь? — упёрлась я.

— Ах, вот к чему ты клонишь, — усмехнулся он уголками губ. — Вопросы «жертвы во имя науки», «жизни одного взамен многих», «наименьшего зла», «допустимой жестокости» и прочего «морального выбора» весьма интересны, но обсуждать их нужно обстоятельно, за бокалом вина у камина, а не на бегу. Подними эту тему, когда вернёмся в Аэрьи.

Я досадливо поморщилась и замолчала, сетуя на себя за несдержанность. По делу меня змееглазый уел, ничего не скажешь. Нашла время решать философские вопросы и собачиться с единственным разумным существом в этом мире, которому я могу хоть немного доверять!

И хотелось бы не поверить заявлению Менгереля относительно намерений этой троицы, но — не получалось. Нарисованная им картина была настолько безжалостно — очевидна, что меня передёргивало от отвращения. Я отдавала себе отчёт, что демон жесток, но также понимала: в подобных ситуациях излишний гуманизм до добра не доводит. И эгоистично предпочитала оказаться за спиной у безжалостного и очень сильного психа, чем один на один с проблемой.

Но вообще лёгкость, с которой мужчина раскидывал нападающих, поражала. Я тоже смотрела боевики про супер крутых слепых бойцов, но всегда относилась к ним со здоровым скепсисом, как и ко всем прочим боевикам. А здесь… Демон, конечно, объективно сильнее и быстрее, но уж слишком уверенно он двигался. Может, помогала как раз та самая «неудобная» способность смотреть моими глазами? Жалко, я никак не воспринимала этот процесс и не могла понять, «подключился» ко мне спутник или нет.

— У нас не будет проблем из‑за этих троих? — спросила в конце концов я. Лучше задать вопрос по существу, чем додуматься до чего‑нибудь интересного и начать лезть не в своё дело.

— Как минимум, не с местными службами правопорядка, а остальное вполне решаемо, — отмахнулся он. Несколько секунд помолчал, а потом добавил: — У меня есть подозрение, что нас уже ищут.

— Кто? И зачем? И откуда такие выводы? — вытаращилась я на него.

— Я чувствую пристальное внимание, рассеянное в пространстве; то есть, внимание группы лиц, — пояснил он. — Почти с того самого момента, как мы оказались в этом мире.

— А как мы, кстати, вообще здесь оказались? — опомнилась я.

— Развлечения Санса, — поморщился демон. — Видимо, он состряпал проекции своего дома не только в разных точках нашего мира, но и за его пределами. А когда он умер, нас то ли случайно, то ли благодаря каким‑нибудь заковыристым охранным чарам выкинуло сюда.

— Если он эту проекцию сделал, то, наверное, пользовался ей. Может, за дверью попросту следили, и когда мы вышли, начали наблюдать за нами? — предположила я.

— Не исключено, — пожал плечами мужчина. — Вполне жизнеспособная версия.

— Непонятно только, зачем им это. Просто для порядка, отслеживают нелегалов, или цель более конкретная?

— Зная Санса, цель у них более чем конкретная и серьёзная, — усмехнулся он.

— Что ты имеешь в виду? — я озадаченно нахмурилась.

— Я очень сомневаюсь, что он не пользовался выходом в этот мир, равно как сомневаюсь, что он просто ходил сюда любоваться видами, — спокойно пояснил Менгерель. — В любом случае, я надеюсь, что точного ответа на эти вопросы мы не узнаем. Санс мёртв, а общаться по душам с местными властями я не хочу. Вряд ли они нас ищут, чтобы объявить благодарность.