Мейси Ейтс - Похищенная страсть

Она взяла его за руку сначала неохотно, но вскоре пальцы увереннее обхватили его руку. Фелипе улыбнулся. Он сделает все возможное, чтобы очаровать ее. Чтобы она была счастлива. Он умеет очаровывать женщин. Ему много раз говорили, что он очень хорош в этом. И ему ничего не стоит применить свои чары к этой женщине. Теперь, когда он ее заполучил, а она согласилась.

— Вы умеете танцевать?

Она засмеялась.

— Конечно. Я даже ходила на бал.

— В качестве дебютантки?

— Да.

— Вы действительно великолепны. И ваши родители замечательно вас воспитали, и они знали, что это вам понадобится.

Она нахмурилась.

— Если вы говорите правду, значит, они надеялись, что я вернусь в свою страну, а не в вашу.

— Возможно. — Он придвинулся ближе, обвив руку вокруг ее талии. — Хотите попрактиковаться?

Ее темные глаза расширились, полные губы распахнулись.

— Мне это не нужно.

— Весь мир будет смотреть, как мы танцуем свой первый танец как супружеская пара. Нужно не просто уметь танцевать. Вы должны знать, как двигаться именно со мной.

Затем без музыки, в абсолютной тишине они стали двигаться по глянцевому мрамору, танцуя вальс. Она исполняла свои па красиво и изящно, хотя лицо выдавало напряжение.

Он слегка наклонился к ней:

— Покажите всем, что мои прикосновения вам приятны.

Когда он это произнес, сразу понял, как должен действовать. Надо сделать так, чтобы ей нравилось, когда он к ней прикасается. Да, отношения начались с принуждения, но нет причин, чтобы они не стали взаимоудовлетворяющими. О-о, никакой любви, ничего подобного. Он не верил в эмоции, поскольку не мог ничего почувствовать. Но рассчитывать на разумное общение они вполне в состоянии.

Он медленно переместил руку с ее талии на бедро. Она посмотрела на него в замешательстве. Он догадывался почему. Его прикосновения не показались неприятными, и она не находила этому объяснения.

— Не напрягайтесь, — мягко посоветовал он. — Я очень опытен в таких делах. Обещаю, через несколько минут вы, вместо того чтобы гневаться, будете в наслаждении выкрикивать мое имя.

Краска залила щеки, и Брайар попыталась вырваться. Но он крепко ее держал. Не позволял уйти. Они продолжили танцевать.

— Вам стыдно. Оттого что нравится, когда я прикасаюсь к вам.

Он был этим покорен. Надо же, кто-то испытывает стыд за то, что чувствует удовольствие. У него было безрадостное детство, и он понял это, когда покинул дом отца. Однажды открыл для себя наслаждение, которое может доставить женщина. И ни разу об этом не пожалел. Разве можно жалеть о чем-то хорошем?

— Я не понимаю, — сказала она ровным голосом, не пытаясь спорить.

— Нечего понимать, это химия. Нет смысла этому противиться. В конце концов, мы жених и невеста. Неужели вы собираетесь разыгрывать роль мученицы в моей постели? Давайте начнем с этого, а закончим ролью Жанны дʼАрк — вы будете гореть в огне наслаждений.

— Это наглость, — ее голос завибрировал от сильного волнения, — и самонадеянно думать, будто я испытываю стыд. А вам не приходило в голову, что я могу испытывать совершенно иные чувства?

— Извините. Вы слишком поздно стали все отрицать. И да, говорите правильные слова, а тело предает вас, принцесса. Ваши глаза потемнели, зрачки расширились. Это показатель возбуждения, разве вы не знаете?

— У меня темные глаза. Сомневаюсь, что вы там что-то разглядели.

— Хорошо. Пойдем дальше. А цвет ваших щек? Вы покраснели.

— Возможно, потому что злюсь.

— Подозреваю, отчего вы сердитесь. Вы злитесь больше на себя, чем на меня. — Он медленно провел пальцем по ее щеке до нижней губы. — Дрожите. Ваше дыхание участилось.

— А это, может быть, от страха.

— Да. Но вы не похожи на женщину, которую так уж легко напугать.

— Меня сбило такси, меня похитили, переместили на другую половину земного шара. Да, после всего этого меня действительно нелегко напугать.

Он засмеялся.

— Не думаю, что вы боитесь меня. Скорее опасаетесь себя. Собственных желаний. Вы знаете, что я не прекрасный принц, а монстр. И все равно вас ко мне влечет. Это очень странно. Большинство женщин даже не догадываются, какой я на самом деле, я ведь их не похищал. А вы знаете, как я ужасен. И все равно хотите меня. Интересно, не правда ли?

Он попытался отогнать от себя внезапно возникшее ощущение тревоги. Нельзя, чтобы сейчас проснулась совесть и он стал заботиться об ее чувствах. Нужно просто соблазнить ее. В конце концов, она должна стать его женой, а какой брак без секса. И потом, разве обязательно хранить верность в браке? Это зависит от множества факторов, один из которых — мир в семье. Возможно, ей не захочется, чтобы все его внимание было сосредоточено на ней.

Правда, недавно он осознал, что ее счастье тоже должно приниматься в расчет. Ничего не скажешь, это ново и необычно для него: ему не свойственно заботиться о чувствах другого человека.

— Чему вы удивляетесь?

Ее вопрос прозвучал искренне, она не дразнила его, не подначивала. Он редко встречался со столь бесхитростными людьми, как Брайар. Людьми настоящими. Она дерзка и остроумна, а кроме того, еще и невинна, молода, безгрешна. В его кругу, в его мире почти не осталось безгрешных людей. Все уже успели в чем-то согрешить. Он предположил, что в конечном итоге узнает, что и она тоже не такая уж белая и пушистая.

— Интересно, повел ли себя кто-либо так же на вашем месте. Возможно, вы не уникальны, и любая женщина, столкнувшаяся с возможностью выйти замуж за принца, который вот-вот станет королем, из желания стать королевой закроет глаза на то, что я, ну, скажем так, немного монстр.

— Я ни на что не закрываю глаза. Вы шантажируете меня слишком многими вещами, вот мне и пришлось согласиться на этот брак.

Он, как ни странно, испытал облегчение.

— Это правда.

Он по-прежнему касался пальцем ее нижней губы, от чего щеки у нее горели все сильнее.

— Перестаньте, пожалуйста, — попросила она.

— Я не уверен, что хочу перестать.

— Зато я хочу.

Он опустил руку и с удовлетворением услышал, как она глубоко вздохнула, уверенный, что это вздох разочарования.

— Должно быть, это удобно, — он отпустил ее и отступил на шаг, — снять с себя ответственность за ситуацию.

— О чем ты говоришь?

— Я похититель. Похититель, шантажист, словом, что еще там по списку? Вы? Кстати, с другой стороны, кто вы? Жертва, полагаю. У вас нет иного выбора, кроме как выйти замуж за меня. И конечно, это выгодно вам по многим причинам, хотя вы и утверждаете, будто вам не интересны ни деньги, ни титул. На самом деле вы всего этого желаете.

— Прекратите. Вы все перевернули с ног на голову. Мне и без того плохо, а вы подливаете масло в огонь.

— Очень хорошо. — Он отошел от нее. — На сегодня закончим.