Аманда Мэдисон - Только любовь!

Прекрати вспоминать!

Виктория закрыла глаза, крепко сжала руки в кулак. Слишком поздно сожалеть о чем-либо. Сделанного не воротишь. Как ни странно, уговоры помогли ее ноющему сердцу.

Она была готова к чему угодно, но не к тому, что произошло. Все оказалось много лучше. Ее посвятил в тайны секса настоящий мужчина — сильный, властный, искушенный. Он дал ей познать истинное наслаждение. И это было прекрасно. Лучше, чем она себе воображала.

Так почему же она готова разреветься?

Всхлипнув, Виктория прижала пальцы к губам, старясь подавить рыдания.

Она понимала, что с мужем такого не будет. Даже в первую брачную ночь. И неожиданно осознала, хотя явно слишком поздно, что неведение порой лучше знания…

— С вами все в порядке, мадам? — участливо поинтересовался водитель. — Мы уже подъезжаем.

— Да, все хорошо. Спасибо…

Открывая дверь квартиры, Виктория снова почувствовала себя слабой и несчастной. Но на сантименты времени уже не оставалось. Необходимо было успеть на утренний рейс до Лондона.

Позвонив в аэропорт, она заказала билет. До вылета оставалось еще часа четыре. За это время надо было собрать вещи, попрощаться с друзьями и успеть пройти регистрацию в аэропорту.

Зайдя в спальню, Виктория с удивлением остановилась на пороге. На ее кровати спала Николь. Но как только она приготовилась уйти, за спиной раздался сонный голос подруги:

— Ну, как все прошло? Он хорош, да?

— Что ты здесь делаешь? — спросила в ответ Виктория.

— Решила переночевать здесь, чтобы дождаться твоего возвращения. Не терпится услышать подробности из первых уст.

Виктория печально усмехнулась.

— Николь, сегодня я возвращаюсь домой, — объявила она.

Подруга моментально проснулась и вскочила с кровати.

— Что-то случилось? — встревоженно спросила она.

— Нет. Просто мне захотелось уехать раньше намеченного срока.

— Невероятно! Ты явно чего-то недоговариваешь, — нахмурилась Николь.

— Пожалуйста, ни о чем не спрашивай. Я приняла решение и не хочу его отменять.

— Хорошо, хорошо, — сдалась подруга. — Мне ли не знать, какая ты скрытная. Но когда-нибудь я тебя выведу на чистую воду. — Она погрозила Виктории пальцем. — Нет, но ты скажи хотя бы, как все было.

Виктория вздохнула.

— Ладно. Все было просто великолепно. А теперь мне нужно принять душ и начать собираться.

— И это все? — разочарованно протянула Николь. Затем внимательно посмотрела на Викторию. — Ты точно — уверена, что хочешь вернуться домой именно сегодня?

— Да! — решительно бросила Виктория, выходя из комнаты, чтобы скрыть наполнившиеся слезами глаза.

Но в ванной горячие струи воды, казалось, нашептывали ей о пережитом удовольствии.

Почему все так обернулось? Как все вышло из-под контроля? Где она совершила ошибку? Все должно было быть легко и просто. Она проанализировала ситуацию, постаралась учесть все нюансы.

Виктория готова была сладить с легкой грустью, небольшим душевным переживанием. Но ей и в голову не приходило, что она может серьезно увлечься своим сексуальным партнером. Ей казалось неважным, будет ли ее первый опыт хорошим или плохим. Главное — получить хоть какой-то…

В дверь ванной постучали, и раздался звонкий голос Николь:

— Эй, поторопись, если хочешь успеть на самолет!

Виктория очнулась от задумчивости, выключила воду и, вытершись, надела халат. Выйдя из ванной, она обнаружила, что Николь уже приготовила кофе с булочками и аккуратно сложила почти все ее вещи на диване.

Поблагодарив за помощь, она быстро собрала чемодан. Не успела она одеться и выпить кофе, как раздался звонок в дверь. Это пришел Себастьян, которому верная Николь успела позвонить и попросить отвезти Викторию в аэропорт.

— Вы здесь совсем с ума посходили, что ли? — хмуро поинтересовался он, появляясь на пороге гостиной — Неужели нельзя было улететь попозже? Из-за вас мне пришлось подниматься ни свет ни заря.

— Хватит ворчать, — проворковала Николь, чмокая его в щеку. — Успеешь еще выспаться.

Себастьян в ответ обнял ее и прильнул к ней губами. Виктория деликатно отвернулась.

— Надо поторопиться, — произнес он, заметно повеселев после поцелуя с Николь. — До аэропорта ехать не очень далеко, но в это время возможны пробки.

Виктория подхватила чемодан.

— Я уже готова…

Еще толком не проснувшись, Мигель понял, что Виктория ушла. Он знал это до того, как открыл глаза. И несколько минут просто лежал не шелохнувшись, стараясь преодолеть разочарование.

Ему не следовало спать с ней. Он должен был остановиться раньше, не доводить дело до секса. Как он смог потерять контроль над собой? Прежде с ним ничего подобного не случалось. Обычно, находясь с женщиной, он никогда не терял головы. А тут повел себя как неопытный юнец с неподходящей женщиной и в неподходящее время…

Ругая себя последними словами, Мигель откинул одеяло… и увидел на простыне небольшое пятнышко крови. Он замер. Затем закрыл и снова открыл глаза — пятнышко никуда не исчезло.

Она не была девственницей! Просто не могла быть ею! Иначе какой смысл терять девственность за месяц до свадьбы? Это просто нелепо!

Однако в сердце остался неприятный осадок.

Мигель стремился доказать себе, что Виктория не подходит ему, вопреки доводам Беатрис и своего отца тоже. Он намеренно соблазнил ее, используя свой опыт и знания женской психологии, поскольку предполагал… Нет, был абсолютно уверен в том, что она не заслуживает лучшего обращения.

В его памяти всплыли отдельные моменты проведенной с ней ночи. Напряженность тела, сопротивление, которое он почувствовал на короткий миг, — все это заставило его задуматься над тем, занималась ли Виктория любовью прежде. Но она молчала, просто обняла его, поощряла, а он, ослепленный страстью…

Проклиная все на свете и в первую очередь самого себя, Мигель встал с кровати и тут заметил на тумбочке записку.

Мигель, я не могла бы пожелать себе более изумительного первого раза или более чудесного любовника. Спасибо тебе за все. Ты был великолепен. Я глубоко тебе признательна.

Клоранс.

Он остолбенел. Черт побери! Виктория оставила ему записку со словами благодарности. Как будто он оказал ей какую-то услугу! О чем она только думала?

Его никогда раньше не благодарили за секс, тем более в такой вежливой форме. Он стал ее первым мужчиной, и теперь она давала ему отставку, так, что ли?

Его изумление переросло в гнев. Бросив смятую записку на пол, Мигель потянулся к телефону и только тогда вспомнил, что не знает номера Виктории.

Снова выругавшись, он сел на край кровати, поднял записку, разгладил и перечитал.

Произошедшее не укладывалось в его голове. Как могла Виктория позволить соблазнить себя перед самым замужеством практически незнакомому мужчине? Что двигало ею? Это было просто бессмысленно. Нелепо. Невероятно.