Джудит Гулд - Вторая любовь

— Знаешь, для умненькой леди ты можешь быть здорово тупой. — Его голос был ледяным. — Разумеется, я говорил о тебе! Ты только посмотри на свои обручальные кольца! И теперь скажи мне, что в твоей жизни нет другого мужчины.

Глория смотрела на него во все глаза.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что имеешь в виду моего мужа? — недоверчиво переспросила она.

— А почему бы и нет?

Молодая женщина едва не расхохоталась. А она-то боялась, что у него есть другая! Она почувствовала, какой легкой вдруг стала ее голова — она кружилась, но от эйфории и наслаждения, от облегчения.

— Совершенно определенно ты не можешь считать Ханта угрозой. Дорогой, я как-то уже сказала тебе и могу повторить это тысячу раз — наш брак только фикция.

— Ну и что? — грубо сказал Кристос. — Ты считаешь, что я так и буду тебя с ним делить? — Глория посмотрела на него. — Но ты, — он выпустил ее руку и начал жестикулировать, — ты сразу же подумала о самом плохом! Что кто-то есть в моей жизни! — Кристос отвернулся и стукнул ногой в косяк. — Черт! Так-то ты меня отблагодарила за мою любовь?

Глория понурила голову и молча посмотрела на кольца на своей руке. В глубине души у нее поднималось тошнотворное чувство. Какой же дурой он должен ее считать! Это она-то со всей ее изощренностью, со всем ее умом, со всей ее ловкостью, и вдруг устроила истерику, как избалованный, ревнивый ребенок. И из-за чего? На пустом месте!

Стоит ли удивляться, что она чувствует себя неуверенно со всеми, кого знает? Даже с Кристосом?

— Ах, дорогой мой, — печально шепнула Глория, — если бы я только знала!

— Куда уж там! — его голос звучал насмешливо, и он по-прежнему стоял к ней спиной. — Ты всегда так зациклена на самой себе, что ничего больше не видишь, не слышишь и ни о чем другом не думаешь!

Глория вздрогнула, услышав жалящую правду в его отповеди.

— Но почему ты ходил вокруг да около? — спросила она. — Ты что не мог прийти и прямо мне сказать, что у тебя на уме?

— Черт возьми, леди, я пытался. — Кристос развернулся к ней. — Но ты даже не дала мне закончить. Ты все сразу не так поняла.

Лицо Глории исказила гримаса страдания. «Он прав, — подумала она. — Я просто не дала ему такой возможности».

Цепляясь за Кристоса, Глория нетвердо поднялась на ноги. Слезы струились у нее по щекам.

— Прошу тебя, не уходи, — мягко попросила она. — Мы разберемся с этим!

Его лицо оставалось бесстрастным.

— Ага, конечно, — цинично отозвался он.

— Мы сможем! — настаивала Глория. Ее лицо выглядело упрямым, ребяческим, отчаянным.

— А как насчет следующей недели? Будущего месяца? Следующего года? — яростно спросил он. — Мы так и будем прятаться всю нашу гребаную жизнь?

В глазах Глории появилось странное выражение.

— Мы бы не стали ссориться из-за этого, если бы я не была замужем.

— Может быть, да. — Кристос пожал плечами. — А может быть и нет. Но дело в том, что ты замужем, Гло. Взгляни правде в глаза. С этим ничего не поделаешь.

Она поцеловала его в щеку, едва прикоснувшись губами, чтобы не причинить большей боли. «Как я могла так отхлестать его по щекам? — виновато размышляла она. — Что, ради всего святого, на меня нашло?»

Ее голос упал до хриплого шепота.

— А если бы я была одна? Ты бы тогда со мной встречался?

— Будь реалисткой, Гло. Это… Есть какое-то слово… Гипотеза? Ага. Гипотеза.

— Может быть, — прошептала она. — Но как ты не понимаешь? Мы же можем с этим справиться. Мы можем сделать это реальностью!

Кристос покосился на нее.

— Ты хочешь сказать, что подашь на развод?

Глория глубоко вздохнула.

— Ну, не совсем так.

Парень уставился на женщину.

— Тогда что ты пытаешься мне сказать, а?

— Развестись не так просто.

— Почему это? Ты что не такая, как другие? — поинтересовался Кристос.

— Потому, — с горечью ответила Глория, — что перед свадьбой я подписала добрачное соглашение.

— Вот оно как, — отозвался Кристос, чувствуя, что разгадка близка.

— Так что если я с ним разведусь, то мы останемся с носом.

Кристос чуть было не улыбнулся. Нет, вы только послушайте ее. Она говорит «мы». «Мы останемся»…

— Ну и что? — он намеренно оставался холоден. — Значит, ты ни черта не получишь. Но у тебя буду я. Чего еще тебе надо?

Он с ней играл. Забросил наживку, чтобы посмотреть на ее реакцию.

Глория моментально клюнула на нее, как акула на кровь.

— Послушай! — прошипела она. — Я заработала свой кусок пирога! Ты хоть представляешь себе, на что это похоже — все время изображать на публике влюбленную парочку, а потом, стоит только добраться до дома — бац! Занавес упал, и меня как-будто больше нет!

— Что ж, значит, ты несчастна, — заключил Кристос. — Это я усек. И если ты его бросишь, то останешься на мели. Подумаешь, большое дело. — Он пожал плечами. — Кому нужны его бабки?

— А ты, черт побери, как думаешь? Нам!

— Гло…

— Я серьезно говорю! Ты разве не понял, что деньги нужны даже для того, чтобы дышать!

— Ага, но если развод означает, что ты остаешься на бобах, а тебе этого совсем не хочется, то какого хрена вообще это все обсуждать?

— Потому что есть другой способ! — голос Глории звучал мягко. — Мы можем получить наш пирог и съесть его!

Кристос по-прежнему держался начеку.

— Это каким же образом?

Обнаженное тело Глории прижалось к его телу, прикрытому одеждой. Она откинула голову назад и взглянула на любовника снизу вверх.

Кристос видел, как в глубине ее глаз играют странные огоньки, из-за выпивки зрачки казались размытыми. Но он заметил и кое-что еще, что-то твердое, непреклонное, вызывающее беспокойство и скрытое под блестящей поверхностью.

— Кто знает, что может случиться? — прошептала Глория. — А вдруг с Хантом произойдет несчастный случай!

От ее яростного пыла парня затрясло. Какое-то мгновение он просто смотрел на нее, не веря своим ушам. Когда он наконец смог говорить, его голос звучал с таким же ужасом, что отражался и на его лице.

— Что ты сказала? — хриплым шепотом переспросил Кристос.

По лицу Глории пробежала тень боли.

— Почему ты так ужасно на меня смотришь? Дорогой, в чем дело?

— В чем дело? — в ужасе спросил он. — Ты еще спрашиваешь? Боже мой! — Кристос прижал ладони к вискам и медленно покачал головой, словно пытаясь прийти в себя. — Да ты только послушай, что ты несешь! Ты что не понимаешь, что говоришь?

— Разумеется, понимаю, — мирно ответила Глория. — Поверь мне, я очень много размышляла над этим. Если бы существовал другой способ…

— Я не верю своим ушам! — Он выглядел изумленным, и его голос звучал так, словно перед ним разворачивался зрелищный и невероятно отвратительный спектакль.